Постоянный адрес сатьи http://soob.ru/n/2006/9/messages/3


Требуются гавроши?!

Либеральная оппозиция немногочисленна, но энергична. В её рядах есть талантливые и творческие люди. Удивительно, но как и 100 лет назад они готовы направлять свою креативность на планирование протестных операций. Однако одним уменьем - без числа - в российской политике победить сложно. Думая о президентских выборах, либеральная оппозиция строит свои структуры и оттачивает технологии. Об этом мы беседуем с яркой представительницей этой пёстрой среды.

Курс уличного бойца

-Даже небольшая политическая организация может быть эффективней многотысячной партии, если она представляет собой спаянную и дисциплинированную команду воодушевлённых и деятельных людей, знающих свои задачи. Многочисленность далеко не всегда означает успешность. Высока ли реальная эффективность «Единой России», при всей её массовости?

-Я плохо знаю ситуацию в ЕР. Но моё внимание как наблюдателя привлекает обилие пристроек к этой партии - различных интеллектуальных центров, пишущих для неё тексты, программы и т.п. Это выглядит странно: с одной стороны - вот политический субъект, а с другой - вот структуры вне этого субъекта, разрабатывающие его идеологию и стратегию.

Если речь идёт о партии, имеющей доктрину и стратегию, основанные на идеях, то центры, рождающие эти идеи и работающие с ними, должны находиться внутри - там, где партийная жизнь, коллективная работа, дискуссии... В либеральной (так называемой оппозиционной) среде вся интеллектуальная работа идёт внутри. И здесь - одно из важных её отличий от официозных структур: оппозиция опирается на идейных людей. Конечно, попадаются и карьеристы, но редко. А идейные люди, уверенные в ценностях, за которые они борются, - норма.

-По отношению к оппозиции вы употребили оборот «так называемая». Видимо, не случайно…

Давайте разберёмся: если речь идёт об оппозиции, скажем, в Великобритании, то понятно, что это такое: в выборах участвовали консерваторы, либералы, лейбористы и другие, победили лейбористы - получили большинство в парламенте, сформировали кабинет, а консерваторы пожаловали в оппозицию.

Есть там и внепарламентская, внесистемная оппозиция - протестные группы левых и правых радикалов, анархистов… Их нет во властных структурах, да они туда и не стремятся, сражаясь не с партией власти, а с системой в целом.

Если кадры парламентских сил рекрутируются из законопослушных граждан, то внесистемная оппозиция опирается на маргинальные, асоциальные элементы. Так - на Западе. А что сегодня представляет собой оппозиция в России?

-И у нас есть парламентская оппозиция. Это ЛДПР (с некоторыми оговорками) и КПРФ, которым отведена эта роль.

Есть и российская версия внесистемной оппозиции. Это не просто силы, протестующие против политики властей, а те, кто упёрся в то, что система закрыта и не оставляет легальных возможностей ни включиться в неё, ни изменить её, ни даже соперничать с ней. Честных выборов в России нет, а значит, на электоральной площадке конкурировать невозможно. Используя оборот «так называемая оппозиция», я подчёркиваю специфичность этого сообщества. Эта специфика предъявляет особые требования к его человеческим ресурсам.

-Каковы же компетенции, нужные российскому оппозиционеру, чтобы продвинуться в этой среде? Умение организовывать незаконные митинги? Стоять в пикетах? Драться с ОМОНом? Метать майонез?

-Действительно, люди строят карьеру оппозиционера тем удачнее, чем сильнее получают по башке. Чем больше у них задержаний, судов, избиений - тем они выше ценятся. Но эта схема порочна.

Когда я вижу, как ребята гордятся, что впервые попали под дубинки, когда в их глазах загорается профессиональная оппозиционная гордость, мне это не нравится.

Но в оппозиции иначе карьеру1 не сделать. Время заявлений прошло. Непарламентская, внесистемная политика выходит на улицу, которая осталась единственным доступным ей местом действия. Отсюда и «уличные карьеры». Растут бойцы, задача которых - зажигать толпу, перекрывать улицы… На нынешнем этапе они нужны.

-Но на что они сгодятся потом?

-Революции часто приводят во власть баррикадников, но выясняется, что большинство из них не способно ни на что, кроме бунта. Это - проблема.

Оппозиция растит кадры узкого профиля. Сложно представить себе, например, оппозиционный интеллектуальный центр. Потому что сейчас он мало нужен.

Вот, например, Андрей Илларионов… Умнейший человек, и - совсем не политик. Когда он уволился, обстоятельства сделали его политиком. Он будет нужен через какое-то время как сверхкомпетентный специалист. Но сейчас-то с ним на площадь не выйдешь: раздражённым, протестующим людям не нужны его графики соотношения ВВП и ещё чего-то...

Идеи без формул

-В моих беседах с оппозиционерами часто наступает момент, когда они говорят важные слова: «карьерный лифт» - лифт, которого нет. И возникает впечатление, что они ушли в оппозицию потому, что не заняли в системе места, на которые претендовали. Не кажется ли вам, что всякий раз, когда система будет открывать двери перед деятелями оппозиции, они будут входить,мало задумываясь?

-Многие люди никогда не согласятся на это. Их счёты с системой так велики, а отношение к тому, что творится в стране, столь категорично, что им не нужна такая сделка. Это - идейные люди, готовые рисковать многим не ради хлебных мест, а чтобы улучшить этот мир.

Любой разумный человек понимает: карьерных перспектив у оппозиции нет - впереди долгая борьба. Никто не обещает, что всё будет хорошо, что будут деньги и работа. Формируется группа деятельных людей, не ищущих материальных благ, но готовых на жертвы.

-В оппозиции есть те, кто может терпеть тяготы и даже умирать ради идей. Но каковы эти идеи? Это очень важный и серьёзный вопрос. Потому что не так много найдётся сегодня в мире идей, за которые кто-то готов умирать.

-Да, это очень серьёзно - готовность умирать, готовность сесть в тюрьму (а это сегодня примерно то же самое), готовность жертвовать покоем и здоровьем. Вспомним тех же «лимоновцев» - они же пачками сидят…

Сегодня у меня нет ответа на ваш вопрос. Нет формулы. Надо разбираться.

Левоватая оппозиция: добровольцы vs наёмники

-Протестные акции могут быть привязаны к выборам. Например, внепарламентские группы способны использовать улицу, прессу, Интернет для влияния на предвыборный процесс. Но чтобы что-то доказать избирателям, нужны тысячи людей. Понятно, где возьмут их левые, - есть АКМ, РКСМ, Левый фронт и другие. А где и - главное - как возьмёт эти тысячи либеральная оппозиция?

-Я бы не делила оппозицию на правую и левую. Она сегодня вся левоватая. Вызовы и проблемы толкают людей в ряды оппозиции. Вспомним дела с уплотнительной застройкой, с обманутыми дольщиками, выселениями, с экологическими нарушениями... Протестных тем - море, и новые кадры снизу текут рекой. Люди проходят эволюцию от борьбы за личные интересы к более широкому пониманию проблем. И это - бойцы, которых сложно подкупить.

-То есть идеологии отступили на второй план, и теперь мало кого волнует - что приколото к куртке нового кадра: профиль Ильича или лимоновский «серп и молот».

-Да. Сдвижение и сближение флангов оппозиционного фронта идёт уже давно.

- И вот - в одних рядах оказываются дядьки с портретами Сталина… -…и студенты с МВА. И это - тенденция, в которую упаковывается целенаправленная работа.

-Вы говорите о притоке нового актива. Но когда людей много, их нужно структурировать и управлять - строить штабные структуры. Придёт момент, когда оппозиции будут нужны не только ораторы, но стратеги и управленцы.

-Мы работаем над созданием демократичных координирующих органов. Ищем управленцев и подходящие формы управления. Пример - «Другая Россия». Лидеры различных направлений в протестном движении начали встречаться, дискутировать, понимать друг друга…

Впрочем, и раньше люди, выступающие под разными эмблемами встречались на одном митинге и вели себя терпимо, хотя им это не всегда легко давалось. Особенно сложно для многих было взаимодействие с «лимоновцами». Но общий язык мы нашли. Совместная работа снимает проблемы.

-Вам не кажется, что в этом сотрудничестве виден этакий ленинский цинизм - ради решения насущных задач можно вступить в союз хоть с чёртом…

-Этот вопрос можно задавать в двух версиях. Первая: «почему вы так циничны?"; и вторая: «какие тенденции отражает факт такого сотрудничества?».

Отвечая на первую, скажу, что мы принимаем к себе далеко не всех и каждого.

А что касается тенденций, то да: люди разных взглядов объединяются вокруг конкретных проблем. И даже если бы никто не работал в этом направлении, они бы находили друг друга и объединяли усилия, понимая, что вместе они сильнее.

Так в первой Думе начала ХХ века представители разных фракций сплотились в борьбе против царизма. А на конференции «Другая Россия» пожали руки Михаил Касьянов и Эдуард Лимонов.

Для обоих это был очень непростой шаг. И наивно обвинять их в циничном пиаре. Этому предшествовалаих большая внутренняя работа, и работа многих других людей.

Есть конкретные люди, формирующие оппозиционный фронт - реализующие модель, в рамках которой объединяются разные силы для решения согласованных задач. Сегодня этот фронт строят те, кто выступал на «Другой России». Этим занимаются Гарри Каспаров, я и многие другие.

-Вы можете собрать в Москве 10000 подготовленных, идейных активистов?

-Это реально. Пример такой мобилизации есть - избирательная кампания Виктора Шендеровича. Я возглавляла штаб. Всё, что у меня было, - немного денег, немного людей и противодействие по всем направлениям. Мы сделали ставку на идейных добровольцев, которым не обещали никаких денег. Мы разослали e-mail'ы и обратились через «Живой журнал» к людям, когда-либо посещавшим наши собрания; к полевикам, работавшим с СПС и «Яблоком», - нам отвечали. В итоге мы отобрали идейных и имеющих время, сколотили из них команды, распределили по участкам, и дали какие-то деньги - такие скромные, что работать за них могли только те, кто пришёл сражаться за идею.

Я контролировала пикеты у метро, расклейку, подготовку к встречам и видела, как люди вкладываются. Они бы никогда не вкалывали так, если б работали просто за деньги. Людей, готовых трудиться ради идей, проще и собрать, и организовать и запустить в дело, чем наёмников. У нас этот ресурс есть.

Предвыборный расклад

-На предстоящих выборах в Думу окружных кампаний не будет. Не будет, видимо, и единого списка оппозиции2

-Да, участвовать смогут только СПС, «Яблоко» и КПРФ. Но для нас тема сотрудничества с СПС и «Яблоком» закрыта …

-Почему?

- «Союзу правых сил» даёт деньги Чубайс. А он встроен в систему и зависим от неё. И СПС он и приложить-то никуда не может… То есть нет серьёзной силы, которой была бы нужна эта партия, в которой осталось много фантазёров, считающих, что так они придут во власть. Ну как с ними работать?

Что касается «Яблока», то Григорий Явлинский куда-то исчез... В «Другой России» участия они не принимали. Контактировать с нами не хотят…

Поэтому на выборах 2007 года мы «пролетаем».

Но остаются иные формы участия, например - агитация за бойкот выборов. Какую тактику избрать - один из главных вопросов, стоящих перед оппозицией.

-Но закон не мешает оппозиции выставить кандидата на президентских выборах. Это будет Касьянов?

-Он - один из возможных кандидатов. Но есть и другие.

-Кампания такого масштаба потребует серьёзного управления и мощных ресурсов. В том числе - человеческих. Квалифицированных, творческих, успешных. В «Другой России» они есть?

-Если сейчас в каждом регионе сосчитать активистов Объединенного гражданского фронта (ОГФ), сторонников Касьянова и Рыжкова, правозащитников, «молодёжку», НБП, вменяемых членов «Яблока», СПС и КПРФ, то увидим: их много. Остаётся только их объединить. И такие примеры есть - в Воронеже давно объединились местная КПРФ, «Родина» и наш ОГФ. Так что оппозиционную структуру для президентских выборов строить можно. Дело за деньгами. Ведь пока мы живём на гроши.

-Люди, способные провести такую кампанию, войдут в историю как те, кто сделал невозможное. Вы видите себя в их числе? Или - во главе?

-Таких амбиций у меня нет. Но если будет действительно нужно - я возьмусь.

Однако меня смущает то, что как только начнёт выстраиваться дееспособная оппозиционная предвыборная конструкция, многие рванут в строители, почуяв возможность карьеры. Может, было бы лучше, чтобы никто не чувствовал, что история выигрышная? Тогда и кадры будут более идейные и эффективные.

Вспомним Майдан. Он же не возник сам по себе - была проведена огромная работа.

Я могу себе представить российский аналог. Не обязательно - какую-то площадь, а сопоставимую по масштабам организационную кампанию; создание подобной структуры, которая была бы востребована и после победы.

Когда речь идёт о технологии, представить я могу всё. Другое дело, можно ли будет применить эту технологию, ибо технология имеет смысл, только если она подходит к конкретному моменту. Важная задача - точно угадать или создать момент, когда сочетаются технологии и чистый порыв, как это было в Украине…

-Это - один из важнейших вопросов политической работы с человеческими ресурсами: как порыв упаковать в структуру?

-Приведу пример. Помните громкое «дело Сычёва», когда солдата сделали инвалидом? Я решила, что невозможно просто сидеть дома и возмущаться, что надо протестовать публично, и написала в своём «живом журнале»: «Давайте придём к Министерству обороны». Тогда в ЖЖ это интенсивно обсуждали, все возмущались дедовщиной и сочувствовали парню. Я тоже очень переживала… И вот в четверг поздно ночью написала: давайте в субботу придём… Я имела в виду, что мы просто будем там стоять - безо всяких лозунгов - и так выразим своё недовольство. И люди просто волной откликнулись! Пришло около 300 человек. Я всех предупредила: акция несанкционированная. Всё равно - пришли.

Это очень важно - чувствовать, когда у людей душа просится, а ты только подсказываешь: что надо сделать. И всё происходит.

-Сейчас для Москвы 300 человек - это много.

-Потом, когда я анализировала эту ситуацию, мне говорили: «Литвинович, ты - политтехнолог, ты использовала людей».

Опосля это легко - говорить, но тогда-то был наплыв людей, страсть, желание что-то сделать, выразить недовольство.

Такие ситуации будут возникать. Кондопога - тоже подходящий пример того, как гнев граждан был технологично направлен в нужное русло.

Важно уловить момент душевного подъёма: желания встать и действовать. Без этого ничего не получится, никакая технология не сработает.

Беседовал Дмитрий Петров

1 Был период, когда сотни громких фраз публиковались на сайтах, которые никто не читал, и это вроде как была оппозиционная жизнь.

2 См. «Закон овыборах»

Дата публикации: 15:58 | 08.11


Copyright © Журнал "Со - Общение".
При полном или частичном использовании материалов ссылка на Журнал "Со - Общение" обязательна.