Главная  |  О журнале  |  Новости журнала  |  Открытая трибуна  |  Со-Общения  |  Мероприятия  |  Партнерство   Написать нам Карта сайта Поиск

О журнале
Новости журнала
Открытая трибуна
Со-Общения
Мероприятия
Литература
Партнерство


Архив номеров
Контакты





https://pedant-tomsk.ru/remont-xiaomi/zamena-stekla/



soob.ru / Архив журналов / 2005 / Мир 2020? / Концепт

Сцена, сценарии и возможные сценаристы


Редакция «Со-Общения»
mail@soob.ru
Версия для печати
Послать по почте

Кто, как и зачем пишет будущую историю человечества?
Люди верят предсказаниям. Управлять их ожиданиями и страхами — значит обладать инструментом власти куда более мощным, чем танки и штыки. Государственные стратеги и мастера бизнеса, грамотно применяющие инструменты такого управления, завтра будут обладать неизмеримо большими политическими и хозяйственными возможностями, чем их соперники.


I

Место под солнцем, жизненное пространство, национальные и государственные интересы — за них страдали, сражались и умирали миллионы людей. Часто — просто отвечая на агрессию или энергично выполняя приказ. Человеческие массы — в виде армий и караванов первооткрывателей, или же толп беженцев и колонн пленных — перемещались по планете, порой не представляя себе расстояние и направление движения, не говоря уже о пункте назначения.

Это не значит, что маршрутов не знал никто. Но тех, кто намечал на картах цели наступлений, планировал магистрали, и вёл людей согласно этим планам, всегда были единицы. Эти стратеги, полководцы, вожди отлично знали, что они делали. Все остальные сами не делали ничего. С ними всё случалось… Их перемещали походным порядком, бросали на штурмы, отправляли на стройки века и на всеобщие выборы, сажали к телевизорам и компьютерам, продавали им предметы, знаки и качества. А они умело исполняли свою роль — повиновались. Точно так же всё обстоит и сегодня. Вот только труд стратегов и вождей заметно усложнился.

Современные общества всё меньше напоминают армейские подразделения. В них уже нельзя отдавать приказы, в расчёте на беспрекословное исполнение. Более того — очень сложно строить побуждающие к действию схемы, апеллируя к ценностям и идеалам. И ещё того более — даже такие, казалось бы, сильные стимулы как большой заработок, стабильный доход и социальный респект, сегодня дают ожидаемые результаты далеко не всегда.

В этом — один из вызовов технологиям управления. Решите задачу: как при минимальных расходах побудить людей к максимально выгодному для вас эффективному действию, если идеалы, к которым можно апеллировать — смутны, страх перед карой за невыполнение приказа отсутствует совсем,а деньги — недостаточный стимул.

Петру Великому вольно было реформировать Россию: махнул дубинкой влево, топором — вправо, создал армию и флот, прорубил окно в Европу — и дело пошло. Худо. Бедно. Но — пошло. Потому что — самодержец всероссийский.

А каково б ему пришлось в условиях либеральной демократии, которая сама по себе — вызов власти. В том числе — власти глобальной, стремящейся мир причесать под свою гребёнку…

Впрочем, есть края, где понимаемая в соответствии с традициями верность идеальному побуждает людей жертвовать собой, а страх перед наказанием — слушаться и повиноваться. Но именно в этих краях сила, претендующая на глобальную власть, предпочитает действовать кнутом, а не словом; вести «горячие войны с подачей прохладительных напитков», а не «сверхтонкие операции, не требующие участия морской пехоты».

I I

Выступая недавно перед студентами МГИМО, гуру американской политики и корифей дипломатических комбинаций Генри Киссинджер заявил: распад СССР не был результатом западного заговора, никто в США не ставил целью развалить Советский Союз. Не желая заподозрить выдающегося политика в лукавстве, зададимся, однако, вопросом: а какие же другие стратегические цели ставили перед собой политические технологи Запада в отношении своего главного исторического соперника?

Ведь купить его за деньги (как сейчас это можно было бы сделать с Россией) они не могли. Атаковать военным порядком — не желали. Но устранить были обязаны. Что и сделали в результате долгосрочной, глубоко эшелонированной, сложной гуманитарно-технологической операции, с временным привлечением на её периферии (в Корее, Вьетнаме, Анголе, Афганистане, Никарагуа) «горячих» средств давления и сдерживания.

Эпоха «холодной войны» богата примерами эффективного использования именно «слова», как оружия, направленного на крушение «красной империи». Достаточно вспомнить как знаменитую антиутопию блистательного Джорджа Оруэлла «1984», так и скандальную брошюру диссидента Андрея Амальрика «Доживёт ли Советский Союз до 1984 года?» и другие прогностические тексты. Кстати, любопытно, что структура написанных в тот период работ Элвина Тоффлера была организована так, что казалось — противоборства систем не существует, нет колоссальной разницы в уровне жизни, культурные отличия отсутствуют … Во всяком случае, всё это мало отразится на будущем мира. Обратите внимание, книга «Футурошок» написана так, будто мир уже един, сведён под общую крышу Западного крыла Белого дома.

Тем временем, удивительным образом в Советской России (которая, в со-ответствии с «единственно верным учением» и линией партии, по определению должна была устремляться в будущее), создание подробных и прикладных моделей грядущего экономического, политического и социального устройства не поощрялось. Сделанное в начале 20 годов прошлого века сногсшибательное заявление Владимира Ленина, о том, что тогдашнее «поколение пятнадцатилетних через 10-20 лет будет жить в коммунистическом обществе», повторённое Никитой Хрущёвым почти дословно 40 лет спустя, выродилось в знаменитые плакаты времён застоя: «Мы будем жить при коммунизме!». Без деталей. Детали отдали в распоряжение писателей-фантастов. И, надо признать, некоторым из них — в частности Аркадию и Борису Стругацким, а также отчасти Ивану Ефремову — удалось даже предъявить читателям свод правил поведения и этических норм, а также примеры отношений, принятых в обществе будущего, которое выглядело условно «коммунистическим».

Но, видимо, образу будущего, предложенному беллетристами, не хватило энергетики, веса, ударной силы. И хотя сочинения Стругацких смело можно назвать «текстами прямого действия» [1], они, как известно, в качестве инструментов моральной и социальной мобилизации оказались далеко не достаточны.

Время, последовавшее за бесславным крушением «красного проекта» — 90-е годы прошлого века — стало эпохой производства сценариев и почти конвейерной штамповки образов будущего, как фабриками мысли, так и отдельными мастерами-визионерами. Френсис Фукуяма, Сэмюэл Хантингтон, уже упоминавшийся Элвин Тоффлер, Ральф Йенсен плюс многие и многие другие менее известные сценаристы и футурологи, предъявили миллионам читателей, телезрителей и слушателей лекций целый веер версий дальнейшего развития человечества. И каждая из них претендовала отнюдь не на статус развлекательного чтива, но на роль инструмента, меняющего мировоззрение, влияющего на нормы и правила поведения и деятельности людей. Они предъявляли людям простой выбор: скоро мир станет вот таким; и если вы не изменитесь вместе с ним по предлагаемым нами лекалам, то в этом мире места вам не найдётся. Так что — либо примите предлагаемое вам место под солнцем, либо — вон из истории. И смиритесь с этим. Точка.

I I I

А они не хотят!

Казалось бы, это просто — сказать: за горами лежит страна безграничных возможностей! Там всех ждёт счастье! Вперёд! Но этого недостаточно, чтобы побудить тысячи и сотни тысяч людей (ленивых и ненавидящих перемены) отправиться в дальний поход. Надо уметь сказать это так, чтобы им захотелось распродать свой утлый скарб и двинуться на поиски лучшей судьбы и большей доли.

Так же просто сказать: места под солнцем заняты! Стоять! Ваше жизненное пространство ограничено стенами малогабаритной квартиры, шестью сотками земли, скромным образованием и таким же доходом (или — государственными границами, «отмерянными историей»). Короче: сидите и не рыпайтесь, а то лишитесь и того, что имеете! Но сказать так — мало, чтобы удержать на месте сильных, талантливых, энергичных, грамотных, что рвутся туда, где победы, честь и слава, новые возможности и богатства. То есть надо уметь сказать «стоп» так, чтоб у непосед руки опустились, а ноги — подкосились, и чтоб замерли по стойке «смирно» как вкопанные.

Речь идёт о мобилизации и демобилизации, как гуманитарно-технологических инструментах. Примеры массовой мобилизации известны: «Новый курс» Франклина Рузвельта в 30 годы, «хустисиалистский» социальный эксперимент аргентинского президента Хуана Перона в послевоенный период, реорганизация французского общества Шарлем де Голлем в эпоху Пятой республики…

Кстати, большую роль в реализации «Нового курса» — политики вывода США из глубочайшего экономического кризиса и моральной разрухи — сыграли регулярные радиовыступления Рузвельта перед нацией[2]. Но не меньше, а быть может, и больше сделал для этого в ту пору Голливуд, предъявлявший измученным Великой депрессией американцам образцы новых героев, новых победителей — настойчивых и энергичных предпринимателей и их жён и подруг — поддерживающих мужчин в их трудной борьбе за успех и личное счастье.

Рузвельт налаживал взвешенный, выверенный радиодиалог с избирателями, настойчиво и последовательно разъясняя им свою политику. Кино же оперировало более мощными инструментами — видеорядом, музыкой, интонациями, нюансами, сюжетами — обращаясь к эмоциям зрителей, побуждая их сравнивать себя и киногероев, предъявляя зримые примеры для подражания. Мобилизуя их на преодоление депрессии. Президент творил историю. Кино — рассказывало истории. Но, по сути, занимались они одним и тем же.

Так сюжеты, истории созданные и рассказанные с определённой целью и умыслом в очередной раз (со времён древних притч) доказали свою полезность как гуманитарно-технологические инструменты.

I V

Специалисты утверждают, что вывести человека из состояния глубокой подавленности непросто, но можно. Один из способов — создать вместе с ним позитивную картину его личного будущего, помочь ясно увидеть это будущее и разработать пути к его превращению в реальность. Та же схема работает и с обществами.

Если кто-либо в России и может увидеть сегодня личную выгоду в разработке и трансляции долгосрочных сценариев, то это, прежде всего — предприниматели

В этом главный секрет: истории обладают великой политической и коммерческой мощью.

Но — при двух условиях: во-первых, если они грамотно составлены, с точным расчётом того эффекта, который должны произвести на сознание адресатов; во-вторых, если они создаются и используются гуманитарными технологами — знающими и компетентными профессионалами влияния на поведение и деятельность людей.

Из поколения в поколение передавались в мире сказания о счастливой поре, когда все будут жить как свободные и равные братья. «Утопия» Томаса Мора и «Город Солнца» Томмазо Кампанеллы — не учёные трактаты, а художественные тексты, истории, описывающие отсутствующее, но желанное и возможное. И вот, сюжеты этих и других сказаний в разных формах обратились в социальные проекты — в первую очередь в тот, что поднял над Парижем знамя «свободы», «равенства» и «братства».

А сколько историй рассказали человеку французские просветители… Да что там — это теперь над романом «Что делать?» смеются. А школьники путают эту художественную книгу — историю, рассказанную Николаем Чернышевским — с одноимённой политической методичкой, сработанной Владимиром Ульяновым. И не зря! Ведь и совпадение названий не случайно. Как и эффект, произведённый этими текстами. Впрочем, книга «Что делать?» появилась раньше, чем ленинская статья. И стала настоящим текстом прямого действия, побуждая сотни людей менять свою жизнь и строить её по прописям Чернышевского, сумевшего соединить под одной обложкой и предсказуемое будущее, и реальное настоящее, в котором это будущее создаётся деятельностью людей. То же сделал Ленин, сумевший так организовать работу, что ожидания, надежды и желания, сжатые в сюжеты народных сказок и народнических романов, превратились в энергетику политического действия.

Итак, повторяем: важно, чтобы истории сочинялись и воплощались компетентными людьми, представляющими себе последствия их включения в реальность!

Кстати, у этой темы есть и хозяйственное измерение. Успешная реклама, это всегда — большой и богатый переживаниями сюжет, сжатый до нескольких планов (в ролике), и даже — до одного кадра (в журнальном модуле)? Это история, побуждающая к присоединению! И к ней присоединяются миллионы людей — покупая продвигаемые бренды и товары, которые эти бренды несут на себе[3].

Именно такова роль частных сюжетов в прогностических докладах: в историях, которые приводятся там, продаются бренды такого будущего, которое обязательно наступит, если всё будет идти именно так, как сейчас.

Не случайно, если уж приводится в докладе фрагмент дневника — то дневника Генерального секретаря ООН; если письма — то главы Всемирного экономического форума[4] бывшему председателю Федеральной резервной системы США и так далее. Воображаемые авторы этих текстов занимают реально существующие места — одни из первейших в мировой табели о рангах! Их компетентность и значимость несомненны. Расчёт прост: если истории, описывающие мир таким, каким он стал в 2020 году, рассказывают такие важные персоны (пусть даже эти истории вложены им в уста авторами докладов), значит, их стоит принять во внимание…

V

А чьи мнения учитывают сегодня в России? Какие образы будущего страны видят, например, нынешние думские политики? Или по-прежнему полагаются на такие политтехнологии, в которых этому видению места нет?

Согласитесь — было бы занятно в каком-нибудь докладе прочитать письмо г-на Рогозина г-ну Бабурину, датированное, скажем, мартом 2015 года… Его же можно прямо сейчас сочинить. Легко! Да что толку? Думается, вкладывать сценарии нашего будущего в уста этих людей — дело неблагодарное. Куда надёжней — предприниматели. Если кто-либо в России и может увидеть сегодня личную выгоду в разработке и трансляции долгосрочных сценариев — то это, прежде всего — люди дела.

Потому что — сделаем такое отважное допущение — от таких докладов во многом зависит их личная судьба. Судьба их капиталов и вверенных им структур. Они знают: вместо того, чтобы ждать будущее и реагировать на грядущие процессы, его можно и должно формировать. А реагируют пусть другие. И, будьте уверены, реакция не заставит себя ждать.


[1]«Текст прямого действия» — ГТ-термин, означающий текст, несущий в себе образцы и нормы поведения и деятельности, и побуждающий читателя следовать этим образцам и соблюдать эти нормы.
[2]Их слушали до 60% взрослых американцев.
[3]О рекламе — носительнице личных историй, свёрнутых экзистенциалов — в известной работе Ефима Островского «Реванш в холодной войне».
[4]Имеется в виду Давос.


Комментарии:

Андрей нск
Немного сумбурно-е, но интересно.. .. .. .
06.11.2005 12:16

Добавить комментарий

Текст:*
Ваше имя:*
Ваш e-mail:*
Запомнить меня

Комментарии публикуются без какой-либо предварительной проверки и отражают точку зрения их авторов. Ответственность за информацию, которую публикует автор комментария, целиком лежит на нем самом.

Однако администрация Soob.ru оставляет за собой право удалять комментарии, содержащие оскорбления в адрес редакции или авторов материалов, других участников, нецензурные, заведомо ложные, призывающие к насилию, нарушающие законы или общепринятые морально-этические нормы, а также информацию рекламного характера.






Мир 2020?
Концепт
У кого есть предложения по повестке дня?
Дмитрий Петров
Гонцы эпох
Сцена, сценарии и возможные сценаристы
Редакция «Со-Общения»
Будущее сегодня
Виктор Осипов
Мир 2020
От председателя национального разведывательного совета США
Введение
Развёрнутое резюме проекта
Методология
Кто предупреждён, тот вооружён
Иосиф Дискин
Противоречия глобализации
Часть 1 Противоречия глобализации
Очередная лекция о международном положении?
Вячеслав Глазычев
Возвышение новых держав
Часть 2 Возвышение новых держав: перемены в геополитическом пейзаже
«Глобальные тренды» — это жанр
Андрей Левкин
Новые вызовы
Часть 3 Новые вызовы государственности
Американские сценарии против глобальных тенденций
Анатолий Уткин
Ненадёжность
Часть 4 Всеобъемлющая ненадёжность
Американские «контуры мирового будущего»
Иван Коновалов
Последствия
Часть 5 Политические последствия
Контуры будущего туманны…
Александр Шаравин
Актуальный сюжет
Это — не просто майки
Реальная виртуальность лета
Яков Мухин
Лыко и топор в одном флаконе
Эдуард Михневский
Европа в дерьме и огне
«Война миров» глазами простого крановщика
Что такое «вопреки»
Визитная карточка большого босса
Ещё 50 метких лучников
Как мы делали этот номер…


e-mail: info@soob.ru
© Со-общение. 1999-2018
Запрещается перепечатка, воспроизведение, распространение, в том числе в переводе, любых статей с сайта www.soob.ru без письменного разрешения редакции журнала "Со-общение", кроме тех случаев, когда в статье прямо указано разрешение на копирование.