Постоянный адрес сатьи http://soob.ru/n/2005/4/strateg/2


Пора остановить деградацию смыслов!

Иначе… Никакие заклинания не спасут от распада
Десятилетиями считалось, что Победа в Великой Отечественной дала главный ответ России всему миру. Но минуло 60 лет, и Победа, напротив, ставит вопросы… Кто победил в той войне? Кому сегодня выгодна формула «Сталин — святой»? Откуда исходит угроза суверенитету нашей страны? Что делать власти и обществу, чтобы предотвратить эту угрозу? Где истоки будущих побед новой России? Эти темы обсуждает с «Со-Общением» социогуманитарный мыслитель Сергей Кургинян.

РАСПУТЫВАЯ УЗЛЫ

— Вторая мировая и Великая Отечественная войны были во многом «войнами идентичностей». То есть наша победа стала, в том числе, и победой некой идентичности. Какой? Каковы её характеристики? И что с ней произошло впоследствии?

— На этот вопрос нельзя ответить, не распутав имеющиеся (во многом специальные) смысловые узлы. Главный из таких узлов — ложное уравнивание коммунизма и фашизма. Для того чтобы легализовать эту ложь и придать ей квазинаучный характер, был изобретён термин «тоталитаризм». При этом я имею основания считать, что все, кто осуществлял эту ложную уравниловку и придавал ей респектабельно-научный характер, знали, что врут.

Это так бывает не всегда. Но в данном случае это было именно так. Обвиняя так называемый «тоталитаризм» в том, что он-де жертвует научной истиной ради идеологических целей, создатели указанной уравниловки сами жертвовали научной истиной ради новой идеологической цели — победы над коммунизмом в так называемой «холодной войне».

Я не могу в коротком интервью дать развёрнутых доказательств этому моему утверждению. Но я не стал бы топтаться на этой псевдонаучной, идеологической территории, не имея подобных доказательств.

Кроме того, достаточно существенный вопрос: кому нужны доказательства? Идеологически зашоренным людям они не нужны — на них доказательства не действуют. Создателям лжетеории «уравнивания» они тоже не нужны (равно как и их наследникам). И эти создатели, и их наследники отлично понимают: уравнивание коммунизма с фашизмом это чистая ложь. В научном смысле — абсолютный нонсенс. Иначе — хохма, анекдот, интеллектуальный кульбит. На людях они будут пожимать плечами. А в более узкой компании — ухмыляться: «Да, знаем, что анекдот, кульбит, подтасовка! И что? Зато как сработало! Знай наших!»

Доказательства нужны немногим искренне запутавшимся. Тем, для кого этот смысловой узел превратился (или превращается) в (отнюдь не только смысловую!) удавку. Но эти должны признать — они сами себе веревочку намылили, узелок позволили завязать, петельку на шею накинули (считали, что очень модный шарфик на самый последний, знаете ли, парижский манер).

Пока люди этого не признают, они сами из петли не начнут вылезать. Сами узел не начнут (ломая ногти, любой ценою) развязывать. И тогда излишнее стороннее беспокойство об их драгоценной шее — и унизительно, и малоэффективно. Ты, значит, ногти себе ломаешь, этот узел, скрипя зубами, распутываешь — а они фыркают. «Ах, как грубо дяденька это делает! Ах, зачем так поспешает! Мы ведь ещё до конца не разобрались — может, это и не удавка, а шарфик?»

ХРОМАЯ СУДЬБА ГОРБАТОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ

Отрывать от идентичности наросты — это болезненное занятие. Запрет на содержательность в вопросе о различиях фашизма и коммунизма, запрет обсуждения коммунизма на не бытовом, а фундаментально-философском уровне — это нарост на скелете нашей идентичности. Оставаясь при сём запрете, мы ничего не можем спроектировать. Только начинаешь проектировать — сразу вопрос: «Кто вы такие, чтобы проектировать? 70 лет копошились в коммунистическом дерьме! Бабушки ваши, дедушки, мамы, папы — все в этом по уши. Что вы теперь чирикаете? У вас ещё на 100 лет поражение в правах после такого дела!»

Надо не бороться с Западом (или с Севером), а выиграть войну за него. За его смыслы

Чем крыть? Согласился приравнять коммунизм и фашизм — попал в ловушку. И дальше, как ни дёргайся, будешь только усугублять положение! Знаю я наизусть все эти дёрганья! И вижу, к чему это приводит. Пациент пытается свой нарост (эту самую уравниловку в ключевом вопросе современности, далеко не снятом с повестки дня) представить как какую-то позитивную уникальность. Мол, сидели в коммунистическом дерьме 70 лет — теперь будем особо активно всех учить по поводу норм западной демократии, содержания реформ, либерализма и всего прочего. Капитализма, в том числе.

Выглядит это комично, стыдно, на грани сумасшедшего дома! Но пациент упёрся! У него такой очаровательный нарост! Может, и горб — но горб-то не простой, а превращающий его обладателя… даже не в Квазимодо, а по какой-то логике в Дон-Жуана. Понять эту логику невозможно! Для всех окружающих она представляет собой предмет издевательских перешёптываний. Перешёптывания эти становятся всё более громкими. Но пациенту люб его нарост. И он за него держится.

Между тем, нарост уже не даёт не только нормально двигаться в будущее, но и нормально размещаться в сколь угодно убогом и заниженном настоящем. И возникает этакая залихватскость приговорённого к смерти: «Не могу я (с наростом этим любимым) ни стоять, ни ходить и ни сидеть. Интересно посмотреть, не смогу ли я висеть?»

Суицидальность происходящего — это не шутка. Начинаешь говорить этой барышне с суицидальной наклонностью: «Гражданка, вам зачем висеть-то? Вас и так к этому все подталкивают! Вы наростик-то уберите, только серьёзно, без дураков! И тогда можно и стоять, и ходить, и сидеть, и в будущее глядеть, и даже куда-то там двигаться, в это самое будущее!» А барышня тебе в ответ: «Мне без нароста никак нельзя! Я без него теряю цивилизованность и эту самую… ор-р-ригинальность!»

Итак, проблема изымания нароста становится чуть ли не проблемой номер один! Стержнем повестки дня для современной России. Но, повторяю, убирать этот нарост без договорённости с… как тут ни скажи — пациентом, пациентами, пациенткой — дело безнадёжное. А тому, с кем нужно договариваться, нарост уж так люб, что без него и жизнь не в жизнь! А может, это не нарост, а что-то наподобие третьего глаза?

Так и живём! А вы мне про идентичность…

ИСТЕРИЧЕСКАЯ ФАЛЬШЬ И ФАЛЬШИВАЯ ИСТЕРИКА

— Но может быть, победила не идентичность, а нечто другое? Если так — то что? И кто победил?

— Вот-вот! Может, нарост — это вовсе и не нарост, а главная часть обожаемого скелетика! «Может, так, а может, не так… Общество сумлевается…» Вы сумлеваетесь — а мне на вашем скелете операцию проводить?

Сами себе тогда и отвечайте, что победило в войне и кто победил. Есть масса ложных ответов. Вам их быстро начнут подкидывать.

Скажут, что бездарный кровавый коммунистический режим победил в войне только потому, что его кормили и снабжали американцы.

Или что коммунистическое бесовство победило потому, что Сталин раскаялся и повелел иначе отношения с православием строить. Иконы реабилитировал, так сказать… Молебны начались… Аж колокола зазвонили… Никто одного объяснить не может… С 1914 по 1917 год колокола всё время звонили… Никто православную веру не обижал, а наоборот, предлагал сражаться за Бога, Царя и Отечество… Всякие там разные высшие сословия произрастали пышным цветом. Никто никаких 37-х годов не устраивал… Вместо кухаркиных детей и красных офицеров-недоучек всё заполоняли настоящие, кастовые господа офицеры. Бред огосударствленной коммунистической экономики не цеплялся коршуном, терзая русское тело. Всё было разумно, толково, хозяйственно…

Только вот почему-то немцам проиграли. Причём уже в феврале, и даже раньше. И не Гитлеру, не сверхмашине, поставившей себе на службу всю Европу, а обыкновенной Германии. При том, что англичане и французы воевали в Первую мировую с Германией совсем не так, как во Вторую мировую. Воевали талантливо, ожесточённо, положили миллионы солдат. Мы же тогда (брусиловский феномен здесь лишь частность) ничего не могли сделать, имея в виде противника лишь половину нормальной Германии, а не весь рейх. Что? Негодяи-большевики агитировали, солдатиков разлагали? А почему в 1941 году агентура Гитлера никого не смогла разложить с такой же эффективностью, как в ту далёкую пору? Ведь оснований было «до и больше»… Народ должен был быть недоволен коллективизацией, сталинизмом! Казалось бы — какая почва для разложения! Почему не сработало?

Если вы не хотите признать в этом вопросе заслуги коммунизма, если он для вас того… это… тоталитарен, то вы станете выворачиваться из тисков предложенной логики… Потому что она для вас ценностно неприемлема. И, выворачиваясь, вы ещё узел запутаете… Ещё сильнее себе же удавку затянете. Может, когда задыхаться начнёте, всё-таки с предвзятостью распроститесь?

— Как Вы оцениваете отношение к Великой Отечественной войне, выраженное публицистической формулой Александра Проханова «Россия — религия; Сталин — святой»?

— Как полное нежелание думать. «Я жить хочу, чтоб мыслить и страдать». Нет ни желания страдать, ни желания мыслить. И уж тем более, связи одного с другим. Долдонятся какие-то проповеди… Трескучая фраза полностью избавляет от необходимости какого-то содержания.

Опять же — адресат… Это всё кому предназначено? Это предназначено лохам, которые должны хавать зюгановщину — позволять толочь воду в ступе, делать бизнес на суррогатах действительно святого, избавлять от необходимости бороться, смотреть в будущее, разбираться в реальных трагедиях своей реальной истории. Вы знаете, чем болтовня отличатся от катарсиса (очищения в его великом древнегреческом понимании)? Болтовня от этого тем отличается, что катарсис открывает дверь в Новое, а болтовня — закрывает эту же дверь.

Кому предназначены прохановские проповеди? Лохам, которые должны хавать зюгановщину

Сталин… Знаем, знаем эту байку про православного Сталина, уничтожившего коммунизм! Этот опарыш мысли родился в недрах коммунистической номенклатуры, стремившейся освободиться от своей самости. Это тот же нарост на идентичности! Проханов и в этом не может быть последователен! Потому что ему надо то орать про красные смыслы, то стелиться перед теми, для кого эти смыслы — предмет сосредоточенной и всеобъемлющей ненависти.

А главное — не надо думать о содержании этих смыслов. Повыл, как волк, на луну — легче стало. И дальше можно прозябать — в уютном и не лишённом разных лакомостей суррогатном оппозиционизме. На одной полосе — великий Сталин, на другой — великий Гитлер или Гиммлер… Как-то надо сводить концы с концами… Начинается усугубление бреда… Фальшь нарастает… Чем гасить эту фальшь? Ещё большей трескотнёй! И — понеслась!

ПОБЕДИТ ЛИ РОССИЯ В БОРЬБЕ ЗА СМЫСЛЫ СЕВЕРА?

— Недавно на круглом столе в агентстве «Росбалт» Вы утверждали, что в агрессии исламского фундаментализма заключена «его правда», и «стремление снести голову неверному» диктуетсяисламскому боевику этой правдой. А как обстоят дела с «правдой» у того мира, который сегодня атакует Юг и сам контратакуется Югом? И какие это несёт последствия для нашей страны?

— Если Север, атакующий Юг, не будет говорить о своей правде — он проиграет. Север сейчас пытается убивать все смыслы вообще. Это ему кажется оригинальным средством борьбы с собственным революционаризмом, с ротацией господствующего субъекта. Это очень серьёзный вопрос — стремление Севера жить без смыслов, без их социальной релевантности, без их власти над Бытием. Империализм оказался отнюдь не высшей стадией развития капитализма. И даже ультраимпериализм Карла Каутского — тоже не последнее слово. Думаю, возможен и такой ультра-ультраимпериализм, который полностью подорвёт возможность собственной диалектики и собственного развития.

Если дело клонится к этому — то возобладает любая правда, хоть исламская, хоть какая. В противостоянии Смысла и Бессмыслицы человечество ухватится за любые релевантные смыслы. Значит, надо не бороться с Западом (или с Севером), а выиграть войну за этот Север. За его смыслы. И это, опять же, нельзя сделать без удаления всё тех же наростов. Без этого просто ничего обсуждать нельзя — наросты исключают любое движение мысли на глубину.

БРОСЬТЕ КУДАХТАТЬ

— Ряд экспертов и политиков отстаивает ту точку зрения, что сегодня сохраняется угроза территориальной целостности и суверенитету России, что эта угроза усиливается. Так ли это, по Вашему мнению?

— Россия — всегда территория смыслов. Россия, утратившая своё фундаментальное содержание и подменившая трагический поиск оного трескучей фразой псевдофундаментализма или матом господина Сорокина, не может быть устойчивой.

Держава? Это форма. В чём содержание? Патриотизм? Патриотизм — это любовь к Родине. Скажите, к чему конкретно. Нет патриотизма вообще! На этом удалось проехать в очень короткий исторический период. Но это в прошлом.

Деградация смыслов не остановлена — и она поволочёт нас в ад распада. Никакие заклинания не помогут! Нужно уйти от деградации смыслов! А как это сделать, сохраняя этот самый наростик?

— Откуда исходит угроза нашей территориальной целостности и суверенитету? С Юга? С Дальнего Востока? С Запада? Лежит ли она за пределами страны, или это внутренняя ситуация складывается так, что распад и крушение государства могут быть ускорены за счёт «внутренних сил»?

— Я вам уже ответил. Основная угроза — бессодержательность. Активно-деструктивное углубление смыслового вакуума. А всё остальное… Это — заполнение вакуума чужим содержанием. Иными словами — движение в историческое небытие.

Что может сделать руководство страны, российские элиты, чтобы отвести угрозу? Демонстрируют ли они способность к такому действию?

Дата публикации: 03:51 | 10.05


Copyright © Журнал "Со - Общение".
При полном или частичном использовании материалов ссылка на Журнал "Со - Общение" обязательна.