Постоянный адрес сатьи http://soob.ru/n/2005/3/5/3


Что Украина будет делать с Россией?

Рассуждение в контексте связности наших стран

Первая часть статьи украинских специалистов в области стратегического консультирования Сергея Дацюка и Константина Матвиенко[1] была посвящена различиям между видами связности в украинском и российском обществах. В этом номере авторы делятся набросками возможного плана строительства отношений между Украиной и Россией, а также видением путей его осуществления.

МАССОВЫЕ КОММУНИКАЦИИ ПО-УКРАИНСКИ

Четвертый информационный каркас — информационный тип связности. Долгое время украинский и российский информационные каркасы были схожи: и там, и там государство монопольно манипулировало общественным мнением. Их признаки: СМИ принадлежат олигархам, содержание социально-политической информации управляется государственно-олигархическими структурами, ведётся информационная война против оппозиции. То есть налицо не порождение связности, а, наоборот, разрушение общественного договора каждой из стран. Так называемый «сепаратизм» в Украине — следствие длительной «промывки мозгов» украинскими СМИ. Сейчас ситуация с информационным типом связности в Украине изменилась. В России же, как и раньше, первый тип связности[2] искривляет четвертый — информационный — каркас, который прирос к каркасу административному.

Впрочем, и раньше имелись отличия. Уровень доверия к СМИ в Украине был ниже, чем в России. Потому что, во-первых, существовала глубоко-эшелонированная система мониторинга и критики информационного пространства (проект «Телекритика» + общественный совет по вопросам свободы слова и информации как общенациональное средовое сообщество противодействия). Да, это грантоедские образования, но их цели публичны и принадлежат Украине, это — разрушение монополизированного и манипулятивного информационного пространства. Во-вторых, в Украине был оппозиционный телеканал и популярные оппозиционные Интернет-издания.

Это позволило начать революцию в СМИ в первые дни «оранжевой революции» и приступить к переводу контроля за СМИ с грантовой поддержки на поддержку отечественного бизнеса (например, «Телекритика» выходит в твердой копии и с нынешнего года становится платной для абонентов). Теперь информационное пространство Украины будет всё больше отличаться от российского. Если Россия не изменит свой информационный каркас, то разрушение общественного договора и распад России неминуем. Это также угрожает и Украине, если информационное пространство не перестанет быть разбито на Запад и Восток.

Сергей Дацюк. Консультант, занимающейся исследованием и проектированием городских инфраструктур. Автор статей, аналитических докладов и исследований в области политики, теории коммуникации, управления, курсов лекций «Общая аналитика», «Райтинг», «Новостное производство». С 1993 года разрабатывает «Теорию виртуальности».

Константин Матвиенко. Консультант, работающий в области проектирования городских инфраструктур. Автор статей о развитии местного самоуправления в Украине, исследований в области муниципальной политики, курсов лекций в Академии муниципального управления Киева. Эксперт в области информационно-культурных процессов.

И самое главное — информационное пространство Украины никогда не было сводимо к медиа-пространству, а медиасознание не доминировало на всей её территории. В Украине (вследствие того, что второй тип связности у нас является базовым) прямое общение между городскими общинами и средовыми сообществами во много раз более интенсивно, чем в России.

Украина оказалась и более предрасположенной к нестатусной коммуникации, то есть к общению, где идёт диалог, а не монолог, и говорит тот, у кого есть содержание, а не статус (это похоже на Интернет-коммуникацию, только в обычных тусовках). После революции Украина всё больше будет развивать коммуникацию такого типа. Со СМИ, которые не смогут выйти из статусной коммуникации, будут проблемы, но они либо изменятся, либо на их сменят другие.

Пятый тип связности — каркас средовых сообществ и антропоцепей похож на сеть самоуправляемых общин городов, но они принципиально различны. Речь идёт о средах устойчивой коммуникации по профессиональному, социальному, партийному или иному признаку, но в масштабах страны. Эти сообщества в городах Украины более развиты, чем в городах России, хотя еще 5-10 лет назад Москва в этом смысле вызывала зависть. Тем не менее, также как и для России, для Украины характерен социальный тромбоз — блокирование вертикальной мобильности, когда в Парламенте и других институтах мы уже больше 10 лет видим одних и тех же людей. Но именно революция делает возможной ситуацию не одноразовой ротации, а долговременное разблокирование вертикальной мобильности. Это связано и с появлением массы молодых успешных бизнесменов-политиков, запрос которых на качество власти принципиально другой, и участие которых в общественной жизни страны интенсивнее, чем в России, а теперь вырастет ещё больше. Нестатусная коммуникация должна этому помочь.

Итак, введём представление о базовых профилях связности России и Украины. Базовый профиль связности России: административный тип связности и манипуляционно управляемый из него информационный. Базовый профиль связности Украины принципиально иной: переплетение сети городских самоуправляемых общин и сети средовых сообществ, довлеющих над остальными типами связности. В этом смысле профиль связности Украины сравним с типом связности, характерным для европейских национальных стран и для ЕС в целом. Если Украина стратегически верно и системно будет нарабатывать силу инфраструктурного типа связности, реформировать информационный тип связности, нацеливая его на нестатусную коммуникацию при сохранении нынешнего профиля связности, то ЕС окажется её естественным проектом идентичности, а не внешним, куда нужно будет ещё интегрироваться. Европу можно создать в Украине — вот что означает наш профиль связности.

Главная причина поражения российской власти на выборах в Украине — попытка перенести базовый профиль связности России на Украину, вживить российские каркасы в тело другой страны. То есть российские политтехнологи старались при помощи админресурса и информационного манипулирования простроить в Украине российский профиль связности. Попытка украинского общества отторгнуть его была публично означена «опрокидыванием» и «западным проектом влияния». Но «оранжевая революция» произошла на не Майдане, а в головах и в структуре коммуникации украинского общества, которое (пока неважно насколько сознательно), отстояло свой базовый тип связности страны. Непонимание этого рядом представителей российской элиты мешает продуктивному общению и развитию отношений двух стран.

СУБЪЕКТИВНЫЙ ПЛАН ОТНОШЕНИЙ УКРАИНЫ И РОССИИ

Элита — позиция связности страны, противостоящая другим позициям других типов связности этой страны. Позиции связности могут быть представлены как группами внутри самой страны, так и вне её — таково позиционное определение элиты. Чем более универсальным для мира и сильным по целям является избираемый элитой тип связности, тем она более сильна и тем более успешным может оказаться её проект мировой экспансии. Строить программы и проекты элита может только используя тот или иной профиль связности страны — стран — мира. Национальная элита, стремящаяся сделать профиль связности своей страны мировым, теряет национальность. Историческая роль элиты — создать как можно более долгосрочный и универсальный для мира профиль связности территории (территорий) и культуры (культур). Элита со своим уникальным профилем связности в каждой стране рождается в принципиально разных исторических процессах. Нельзя угадать, в каком процессе она вызреет, но можно предположить, что он будет связан с целостностью страны как территории и культуры. Любая страна может быть связанной и собранной в единое целое как внутри себя, так и извне. Связность Украины долго задавалась извне. В ней доминировал тип связности общин самоуправления, а в России — тип связности государственно-административный. Именно он был доминирующим мировым трендом вплоть до конца XX века. Но тренд изменился. И то, что было слабой стороной Украины, стало её сильной стороной. Государство перестаёт быть единственным и доминирующим типом связности для стран во всем мире. Для России это болезненно. Но Украина, объективно имея тип связности, соразмерный нынешней ситуации, обретает шанс реализовать иной тип страновой и, возможно, исторической субъектности. При этом мы вообще не говорим о стратегиях или проектах той или иной украинской элиты, противопоставленных стратегиям или проектам той или иной российской элиты. Мы говорим о том, что во взаимодействие вступают не столько элиты и их проекты, сколько профили связности двух стран, и соответствующие друг другу типы этой связности. Тип связности рождает элиту, а не наоборот. Осознает это украинская элита или нет, она может делать или то, что ей диктует профиль связности её страны, или менять этот профиль. Точно также и российская элита, у которой есть серьёзная проблема с профилем связности страны, неадекватным мировым трендам. Всё более сильным субъектом в Украине будет становиться общество в виде структур самоуправления и средовых сообществ, приобретая характер субъекта, осуществляющего давление на государственную власть[3]. Россия же будет вынуждена поменять свой профиль связности. Это сделает либо однаиз российских элит, либо внешняя (внешние) элита. Не очевидно, что для России пригоден украинский профиль связности. На первый план в России может выйти инфраструктура или средовые сообщества. Если это будет перспективный проект, Украина его поддержит. Впрочем, она уже сегодня вынуждена решать вопрос взаимодействия с Россией. Ряд российских регионов по своему типу связности похож на Украину. Именно с ними Украине в целом следует развивать отношения.

Европу можно создать в Украине — вот что означает украинский профиль связности

В этом смысле МЫ — это не власть Украины или России. МЫ — это то, что можно назвать собранным субъектом: структуры гражданского общества страны, средовые сообщества, взаимодействующие друг с другом поверх государственно-институциональной структуры. Мы не выступаем как один институт, но слышим и понимаем друг друга. Мы будем работать как сетевое сообщество, и наша работа будет осмысляться и проектироваться в пространстве нестатусной коммуникации. Мы работаем так, что отследить нашу деятельность традиционные институты не могут в силу неадекватности их инструментов.

В этой статье мы пытаемся дать интерпретацию «оранжевой революции», альтернативную «политтехнологическому объяснению», показать её как проектную деятельность людей, работавших на события задолго до них, имея неоформленные представления о том, что они делают. Но революция — проект, не сводимый к «массовому стоянию на Майдане». Мы не отождествляем себя с бывшей оппозицией, а наш проект масштабнее политического проекта любой оппозиции. Экспорт революции в Россию возможен, но не на уровне традиционных институтов или внутри статусной коммуникации. Он будет на другом уровне, внутри другого типа связности, другими средствами, другим языком.

С другой стороны, Россия обнародовала сегодня два своих проекта идеологического характера: «либеральная империя» и «Русский Мир». Нам ближе второй из них, хотя он сильно идеологизирован, а его основание сужено до языковой идентичности[4]. Тем не менее, методологический подход позволяет превратить его в стратегию новых отношений.

Нужно понимать, что отсутствует язык взаимопонимания между Украиной и Россией. Попытки построить его на старом фундаменте — контрпродуктивны. Одна из причин поражения украинской власти — использование для мышления и коммуникации квази-идеологии, а не теории. Нам нужны адекватные теории описания двух стран — экономические, социальные, политические. Украина с Россией должна говорить единым языком конкурирующих теорий. Нужна теория инфраполитики и инфраструктурного управления, теория новой системы государственного управления. На их основе необходим пересмотр принципов формирования единого экономического пространства (ЕЭП).

Нужно развитие связей внутри сети самоуправляемых общин России и Украины — прямые связи общин Санкт-Петербурга, Томска, Новосибирска, Ростова, Красноярска, Тюмени, Казани и затем Москвы с общинами Донецка, Львова, Харькова, Днепропетровска, Одессы и затем Киева.

Нужно развитие связей внутри средовых сообществ — экспертов, ученых, деятелей искусства, журналистов, развитие прямых связей по антропоцепям знакомых и родных, но в нашем смысловом пространстве и по нашим правилам коммуникации.

Мы будем и дальше реформировать информационное пространство — обязывать СМИ иметь публичную редакционную политику и следовать ей. Мы будем создавать реальное общественное телевидение. Мы будем осуществлять агрессивное давление на монополизированное и манипулируемое информационное пространство России, включая помощь в создании инструментов типа «Телекритика» и «общественного совета по вопросам свободы слова и информации», «открытой редакционной политики телеканалов», «общественного телевидения».

В ходе недавних контактов российской и украинской элиты был замечен дисбаланс в структуре её взаимодействия. Украинские эксперты были представлены людьми 30-40 лет, а российские — людьми 50-60 лет. Отсюда вывод о блокировании вертикальной мобильности в российском обществе. Нам нужны российские эксперты 30-40 лет, имеющие мобильное сознание, новые подходы, независимо от их влияния на принятие решений.

Коммуникация в России носит статусный характер, где преимущество имеет не содержание, а статус эксперта. Для диалога элит это не годится. Нужно построить тип коммуникации, предлагаемый «Украинским клубом» — нестатусную со свободным течением дискуссии.

Итак, что мы будем делать с Россией? Будем предлагать ей наш профиль связности как более перспективный. Будем пересматривать основания ЕЭП с точки зрения украинских интересов и инфраструктурной проблематики. Будем пытаться формировать новое качественное состояние информационного пространства. Будем строить отношения напрямую между общинами и средовыми сообществами по горизонтали. Будем предлагать новый язык общения, основанный на конкурирующих современных теориях. Будем строить нестатусную коммуникацию и бойкотировать статусную.

И, наконец, теории преодолеваются только теориями, полнее и адекватнее описывающими происходящее.

Ignorantia non est argumentum[5]. Об этом и хотелось бы поговорить с представителями российской элиты.


[1] См. «Со-Общение» № 2, «Что Украина будет делать с Россией» (часть первая).

[2] См. тот же текст.

[3] См. теоретические работы «Внешнее управление», «Теоремы инфраполитики» и публицистические «Новые диссиденты», «Мiсце Ук-раїни в майбутньому свiтi» «Просвещение для культурного прорыва», «Життя без рефлексiї».

[4] Похоже, авторы не ознакомились с «Со-Общением» № 4 «Президент. Семья. Русский Мир». Иначе они не могли бы столь безапелляционно заявлять о сужении проекта «Русский Мир» до языковой идентичности.

[5] Незнание — не аргумент. Лат

Дата публикации: 06:41 | 05.04


Copyright © Журнал "Со - Общение".
При полном или частичном использовании материалов ссылка на Журнал "Со - Общение" обязательна.