Главная  |  О журнале  |  Новости журнала  |  Открытая трибуна  |  Со-Общения  |  Мероприятия  |  Партнерство   Написать нам Карта сайта Поиск

О журнале
Новости журнала
Открытая трибуна
Со-Общения
Мероприятия
Литература
Партнерство


Архив номеров
Контакты









soob.ru / Архив журналов / 2005 / Развитие. Регион. Social software / Актуальный сюжет

Что Украина будет делать с Россией?


Сергей Дацюк
корпорация стратегического консалтинга «Гардарика», в рамках проекта «Украинский клуб»
xxyz@mail.ru
Константин Матвиенко
корпорация стратегического консалтинга «Гардарика», в рамках проекта «Украинский клуб»
mmks@ukr.net
Версия для печати
Послать по почте

Рассуждение в контексте связности наших стран
Сегодня, когда ситуация многофокусного управления есть стандарт геополитического существования любой страны, одномерные представления о мире неадекватны не потому, что единственное выбранное измерение неверно, а потому что оно единственное. Россия пытается навязать Украине одномерный мир, пытаясь свести всё к противостоянию «мы и Запад». Это — проблема. Так считают известные украинские консультанты Сергей Дацюк и Константин Матвиенко. Их тон полемичен. Их вердикты суровы. Их суждения достойны того, чтобы быть оспоренными. Продолжаем украинскую тему.


Мы понимаем вопрос так: что Украина как страна — во-первых, общество, во-вторых, государство — будет делать с собой и с Россией как с во-первых — государством, во-вторых — обществом?

Вопрос, что будет с Украиной, связан с вопросом, что будет с Россией. Поэтому, определяясь с Россией, Украина фактически самоопределяется. Интуитивные откровения украинских политиков, что «Украина не Россия» не получили пока теоретического обоснования. Попытаемся устранить этот пробел, предложив читателям гипотезу о типах связности[1] стран.

Мы исходим из того, что адекватного языка общения между украинской и российской элитами пока не существует. Российская элита в принципе не понимает, что происходит в Украине. Точно также и часть украинской элиты, ставшая сегодня властью, из-за непонимания происходящего в России будет очень ограниченно влиять на разворачивающиеся в Украине процессы.

РАЗЛИЧИЕ СИСТЕМНОЙ ОРГАНИЗАЦИИ УКРАИНЫ И РОССИИ

Мы исходим из того, что целостность обеих стран[2] удерживается, как минимум, пятью основными типами связности (хотя их может быть и больше), доминирование и уровень организации которых различны. Каждый тип связности страны — территории и культуры — это каркас, на который страна как бы нанизана. Впрочем, анализ и, соответственно, проектирование связности могут быть много сложнее. Итак — типы связности. Первый — административный, собственно государство и его базовый административный ресурс.

Второй — сеть самоуправляемых городских и сельских общин, связанных друг с другом напрямую, без посредства государства.

Третий — инфраструктура: связь (телекоммуникации), транспорт, финансы, образование, наука и т.д.

Четвёртый — информационное пространство.

Пятый тип связности — сеть средовых сообществ, антропоцентрии[3].

Связность — это не просто связь, которую можно признавать или не признавать. Она фиксируется тогда, когда есть носители связи, объединённые в структуру, а также то, что удерживает эту структуру во времени и пространстве.

Рынок не является отдельным типом связности, поскольку он разный у каждого продукта, быстро меняется, мало привязан к отдельной стране в условиях открытой экономики. Тем не менее, транснациональные корпорации формируют шестой тип связности, в частности «Газ-пром», «ТНК», «Лукойл» являются типами связности, которые важно учитывать в политике, но которые пока не могут претендовать на отдельный тип связности Украины. Даже для России эти ТНК не являются отдельным типом связности, хотя и влияют на первый тип связности. Перечисленные пять каркасов наложены друг на друга, что для нерефлексивного сознания делает невозможным их различение, идентификацию и оргпроект-ную работу. Каждый тип связности порождает также свои «элиты», которые, взаимодействуя друг с другом, создают новый тип субъектности — собранный субъект. Основные ошибки государственной власти в России и в Украине при работе с типами связности — их неразличе-ние, опора на один-два типа связности и подмена одного типа связности другим. Это проявилось в «политтехнологичес-ком идиотизме» во время нескольких избирательных кампаний в Украине, когда догадки типа «Украина не Россия» так и не обрели системный характер. И значит, власть не смогла понять и использовать свойства собранного субъекта в условиях разных типов связности страны. Каждому типу связности соответствует свой язык, свой набор представлений и мифов о его значении. Жертвами и трансляторами этих мифов оказались российские политтехнологи, занявшие позицию проектировщиков мифов для медиа-сознания, а не реальных связнос-тей. При этом они не имели ни методологических оснований, ни понимания различий связности двух стран, ни проектов их будущего, учитывающих все типы связности и взаимодействующих на объектном и субъектном уровне в одной стране, в другой стране плюс — между разными странами: как на уровне каркасов, так и на уровне целостностей[4]. Такой подход оказался им не под силу.

Мы же попытаемся набросать специфику каркасов связности Украины и России, состояние каждого из типов этой связности и задать ряд системных требований. Административный каркас является доминирующим для России, в отличие от Украины, где доминирующим является второй тип. Административный тип связности в России подчиняет и искривляет, блокирует и маскирует все прочие типы связности. Его доминирование настолько сильно, что если его убрать, Россия распадётся, ибо остальные её каркасы и типы связности куда более слабы. Российская власть работает исключительно с этим типом связности, игнорируя остальные. Административный же каркас в Украине в процессе «оранжевой революции» доказал свою несостоятельность. Прямые сепаратистские действия представителей областной власти (украинских «губернаторов») оказались не в состоянии поколебать целостность страны на уровне второго типа связности — сети местных общин, некоторые из которых, как это, например, было в Харькове, прямо выступили против действий «губернаторов».

В этом смысле сами «губернаторы» в Украине не имеют той силы власти, которой обладают их коллеги России, и не являются губернаторами в полном смысле слова. В то же время в России мощь губернаторов — это главная угроза перед лицом распада страны. Власть понимает это и собирается компенсировать усилением президентской вертикали. Хотя более перспективным было бы развивать второй тип связности. Можно сказать даже больше: похоже, консультанты российской власти по фактам реальной деятельности вообще не различают эти два типа связности.

Более того, административный тип связности как в России, так и в Украине подвержен влиянию крупных российских ТНК. Вследствие этого, ТНК, не являясь полноценным типом связности для России и Украины, осуществляют как бы приватизацию органов государственной власти, порождая особое явление на постсоветском пространстве — трехуров-невую систему коррупции.

Малая коррупция — это когда отдельный проситель дает эпизодическую взятку отдельному чиновнику. Локальная коррупция — это когда вы не можете делать бизнес, не совершая периодически нелегальные отчисления в этом регионе или отрасли в пользу той административной позиции, которая разрешает ваш бизнес. Глобальная коррупция — это когда массы теневых денег курсируют между государствами и корпорациями, а корпорации в значительной степени выступают лишь назначаемыми операторами теневого трафика и перераспределения коррупци-онной ренты. До этого времени российская и украинская власть в своих странах боролась с малой коррупцией, игнорировала локальную и табуировала даже разговоры о глобальной.

Глобальная коррупция создаёт квази-связность внутри России и Украины и между ними — превращённую форму административного типа связности в условиях теневой экономики. Проблема проблем: Россия пытается интегрироваться с другими постсоветскими странами внутри системы глобальной коррупции, то есть подкупая их элиты. Такая квазисвязность не имеет перспективы, но разрушается только революционным образом, поскольку легальные механизмы (судебная или парламентская власть, общественный контроль), как показывает опыт, не способны преодолевать систему глобальной коррупции. Наиболее разрушительной является иллюзия, что эта квазисвязность так же, как и другие типы связности, увеличивает взаимовлияние стран. Россия, являясь провайдером глобальной коррупции на постсоветском пространстве, будет утрачивать своё влияние по мере того, как общества других постсоветских стран будут увеличивать своё давление на коррумпированную власть.

Второй тип связности — сеть само-управляемых общин — доминирует в Украине и чрезвычайно неразвит в России. Речь идёт не о наличии сильных общин, что есть и в России, а о развитой сети са-моуправляемых общин городов Украины (и соответственно, сильной связи украинских городских инфраструктур, но об этом позже). Украина в состоянии за сутки мобилизовать представителей всех городов на главной площади столицы для публичного и мирного давления на власть — процесс принципиально невозможный в России.

Самоуправляемые общины в Украине являются более организованными и имеющими постоянно расширяемый перечень полномочий, отвоевываемых у государственной власти на уровне бюджета и управления собственностью. Украина не столько государство, сколько сеть городов. Когда при встрече представители украинской элиты говорят российским коллегам, что для Украины государство не главное, коллеги не понимают.

Из-за непонимания этого развитие связности второго типа в России блокируется, а если и происходит, то в дважды превращенной форме: во-первых — на деньги грантодателей, а не усилиями российской власти, а во-вторых — в виде специфических процессов контроля общества за действиями власти, то есть в рамках связности типа один. Поскольку базовой риторикой власти является противостояние «Россия — Запад», то поддерживаемое западом развитие структур гражданского общества тормозится властью как угрожающие её влиянию. Россия отвергает действия Запада по развитию связности типа два на том основании, что они создают альтернативу связности типа один в рамках западного проекта влияния. А это — ловушка, поскольку так Россия блокирует доминирующий сегодня в мире второй тип связности. Элиты не понимают, что усиление контроля за властью не ослабляет Россию, а усиливает её на уровне другого типа связности. И это проблема. Словосочетания «центр — регион», «региональная политика», «федерализм» — это термины языка первого типа связности, а термины «государство — самоуправление», «политика самоуправления», «общины», «расширение прав территориальных общин» — термины языка связности второго типа. Вот почему российская элита не понимает, почему украинская элита не обсуждает вопрос «федерализма» или почему украинские эксперты предпочитают обсуждать самоуправляемые общины, а не регионы. Это непонимание есть следствие нерефлексивного использования языков анализа, рождённых в разных доминирующих типах связности для каждой из стран. И тут Украина будет говорить на своём языке; более того — будет навязывать его России как более адекватный и перспективный с точки зрения связности второго типа. Третий тип связности — инфраструктура. Состояние этого каркаса существенно отличается в России и в Украине, где инфраструктурная насыщенность и разветвленность высока. Особенно это касается транспортной инфраструктуры и связи, что имеет принципиальное значение для выполнения «транспортной теоремы»[5] — принципа, согласного которому скорость информационной и экономической связи центра с регионом должна быть выше экономических и информационных процессов в регионе.

Инфраструктура сама по себе, независимо от государственной политики, имеет признаки субъектности, то есть «стремление» к мировой экспансии, к гомогенности, к перерегионализации, к деиерархиза-ции. Инфраструктурная связность есть одновременно способ сетевой связности качественно освоенной территории — повсеместности, доступности и стандартизированного качества инфраструктурных товаров и услуг. Европа — это инфраструк-турно освоенная территория. Украина будущего — это проект инфраструктурного освоения территории.

В этом смысле ЕЭП в том виде, в котором он предложен Россией, работает внутри российского проекта «базового первого типа связности», причём на основе неинфрастуктурной сырьевой экономики, где одна из основных заявленных целей — уменьшение нагрузки на инфраструктуры — является ложной по определению. Уменьшение нагрузки на инфраструктуру — интерес России, но не Украины. Украина будет модернизировать свои инфраструктуры, и ЕЭП с его зависимостью управления от страны с большим уровнем ВВП не является адекватным представлением об инфраструктурном управлении.

Таким образом: 1) ЕЭП строится Россией внутри базового для неё первого типа связности, а не базового для Украины второго типа; 2) ЕЭП не обеспечивает инфраструктурного типа связности для России, откладывая во времени инфраструктурную модернизацию; 3) ЕЭП расходует инфраструктуры Украины, усыпляя внимание чиновников риторикой о дешёвых российских энергоносителях; 4) ЕЭП не строится на основе инфраструктурного управления как нового по типу, где центр принятия решений относительно каждой инфраструктуры создаётся внутри коммуникации между властью, бизнесом и активной частью общества. Всё это проблемы, но нынешняя российская и старая украинская власть были не способны обсуждать их[6].

Четвертый информационный каркас — информационный тип связности. До революции в Украине украинский и российский информационные каркасы были схожи и представляли собой монополизированное государством манипулирование общественным мнением. Его признаки: СМИ принадлежат олигархам, содержание социально-политической информации тематически управляется государственно-олигархическими структурами, ведётся информационная война против оппозиции. То есть налицо было не порождение связности, а наоборот — разрушение общественного договора каждой из стран. Так называемый «сепаратизм» в Украине — следствие длительной «промывки мозгов» украинскими СМИ. Сейчас ситуация с информационным типом связности в Украине изменилась. В России же, как и раньше, первый тип связности искривляет четвёртый — информационный — каркас, который прирос к каркасу административному.

Впрочем, и раньше между ними имелись отличия. Уровень доверия к СМИ в Украине был ниже. Потому что, во-первых, существовала глубоко-эшелонированная система мониторинга и критики информационного пространства (проект «Телекритика» + общественный совет по вопросам свободы слова и информации как общенациональное средовое сообщество противодействия). Да, это грантоед-ские образования, но их цели принадлежат Украине и являются публичными, среди них — разрушение монополизированного и манипулятивного информационного пространства. Во-вторых, в Украине был оппозиционный телеканал и популярные оппозиционные Интернет-издания. Это позволило начать революцию в СМИ в первые дни «оранжевой революции» и приступить к переводу контроля за СМИ с грантовой поддержки на поддержку отечественного бизнеса (например, «Телекритика» выходит в твёрдой копии и с нынешнего года становится платной для абонентов). Теперь информационное пространство Украины будет всё больше отличаться от российского. Если Россия не изменит состояние своего информационного каркаса, то разрушение общественного договора и распад России неминуем. Это также угрожает и Украине, если информационное пространство не перестанет быть разбито на Запад и Восток.

Окончание в следующем номере.


[1] В применении к стране термин «связность» означает способ связывания страны в единое целое, который может быть обнаружен в виде любых устойчивых образований (инфраструктуры, сообществ и т.д.).
[2] Объект идентичности — территория и культура, а не государство или даже общество.
[3] Выделение типов связности происходит в онтологической действительности опыта развития страны-государства-общества. Описание и оперирование типами связности происходит в теоретической действительности.
[4] Речь идёт о четырехуровневой системе отношений: между связностями внутри страны, между каждой связностью и страной как целым, парные отношения между однотипными связностями разных стран, и отношениями между странами как целостностями с точки зрения наложенных друг на друга связностей.
[5] См. статью «Теоремы инфраполитики».
[6] См. статью «ЕЭП Украины и России находится в Европе».


Добавить комментарий

Текст:*
Ваше имя:*
Ваш e-mail:*
Запомнить меня

Комментарии публикуются без какой-либо предварительной проверки и отражают точку зрения их авторов. Ответственность за информацию, которую публикует автор комментария, целиком лежит на нем самом.

Однако администрация Soob.ru оставляет за собой право удалять комментарии, содержащие оскорбления в адрес редакции или авторов материалов, других участников, нецензурные, заведомо ложные, призывающие к насилию, нарушающие законы или общепринятые морально-этические нормы, а также информацию рекламного характера.






Развитие. Регион. Social software
Концепт
Субъект - Или cумма влияний?
Ефим Островский
Стратегия
Направление экспансии —ввысь!
Дмитрий Петров
Гонцы эпох
Развитие. Регион. Social hardware
Редакция «Со-Общения»
Управление регионами — восстановление власти?
Владимир Княгинин
Актуальный сюжет
Зимнее революционное обострение
Демократия в условиях «спецоперации»: как убить государство
Рифат Шайхутдинов
2004: год Украины в мире
Михаил Кутузов
…С надеждой, что Путин ещё станет национальным героем украины…
Наталья Багинская
Что Украина будет делать с Россией?
Сергей Дацюк, Константин Матвиенко
Царь в голове или жар-птица на сковородке?
Михаил Веллер
Тактика
Кто инвестирует развитие?
Продадим ли Литву?
Реда Улинскайте
Крымская Швейцария и крымская Сицилия
Евгений Сабуров
Точки роста определяются наличием элит
Леонид Иогман
Тихоокеанская Россия
Михаил Терский, Даниил Добрынченко
Корпорации как субъект
Олег Алексеев
Оперативное искусство
Tertium non datur?
Павел Малиновский
Сеанс одновременной игры
Константин Симонов
Джокеры развития
Алексей Тупицын, Людмила Дудорова, Александр Гальчин
Дуют ветры в феврале, воют в трубах громко…
Ольга Муратова
Ночь. Развитие. На грани
Чёрный Охотник
От инаугурации до инаугурации... И ничего личного!
Как мы делали этот номер…


e-mail: info@soob.ru
© Со-общение. 1999-2018
Запрещается перепечатка, воспроизведение, распространение, в том числе в переводе, любых статей с сайта www.soob.ru без письменного разрешения редакции журнала "Со-общение", кроме тех случаев, когда в статье прямо указано разрешение на копирование.