Главная  |  О журнале  |  Новости журнала  |  Открытая трибуна  |  Со-Общения  |  Мероприятия  |  Партнерство   Написать нам Карта сайта Поиск

О журнале
Новости журнала
Открытая трибуна
Со-Общения
Мероприятия
Литература
Партнерство


Архив номеров
Контакты









soob.ru / Архив журналов / 2005 / Современное искусство. Искусство современности / Концепт

Секретная лаборатория рамок и правил


Редакция «Со-Общения»
mail@soob.ru
Версия для печати
Послать по почте

Как и зачем артисту становиться гуманитарным технологом

Современным искусством сегодня называется далеко не только и не столько палитра всех художественных практик, современниками которых мы являемся. В мире принят новый термин — «современное искусство», который обозначает любое художественное действие, «представляющее собой что-то прежде небывалое, а не воспроизводящее готовые стандарты». Это совершенно отдельное артистическое направление, которое, как считают многие его приверженцы, выступает на равных с литературой, живописью, скульптурой, кино, театром и т.д. Но в то же время — современное искусство по-прежнему остаётся тем самым видом искусства, которое существует вместе с нами — здесь и сейчас. В нашей актуальности. И то и другое — далеко не просто понятия. Это мощные инструменты, меняющие человеческие жизни. И ими грех не пользоваться тем, кто собирается влиять — на общества, государства, народы. И их истории.



I .

Почти каждое новое течение в искусстве начинало свой путь с возмущения спокойствия — буйных манифестов, скандальных выставок, провокационных акций, публичных выступлений.

Изначально в творчестве самых популярных, мятежных, актуальных, а затем — как правило — и самых преуспевающих мастеров — почти всегда был заложен протест.

Он мог быть сознательным или бессознательным, активным или пассивным, оптимистическим или пронизанным ужасом.

Но это всегда был протест.

При этом общество почти всегда рано или поздно смиряло такой мятеж, часто просто обеспечив повстанцам официальное признание, хорошую прессу, славу...

А поскольку по большей части они бунтовали именно добиваясь признания, потенциал их возмущения довольно скоро исчерпывался.

А при удачном развитии событий и благоразумии истеблишмента, понимающего важность включения новых людей в число признанных, этот мятежный потенциал успешно перетекал в стабильную созидательную деятельность.

И тогда бунтари пополняли ряды академиков, корифеев, а отчасти — и хозяев рынка. И тогда из рядов нового поколения артистов восставала очередная группа бунтующих новаторов.

Чтобы в свою очередь быть включённой в число признанных, респектабельных, уважаемых деятелей — маститых законодателей вкусов, стилей, норм и правил.

I I .

Но почему же вместо того, чтобы яростно отвергать этих бунтарей, вместо того, чтобы не оставлять им и шанса на выживание, элиты предпочитали присоединять их, втягивать их в себя — интегрировать в ту самую систему, против которой те так яростно выступали?

Во многом потому, что элиты научились расценивать вызов, который «авангард будущего» бросал современности, как сигнал о том, что, во-первых, силы развития снова готовятся совершить очередной шаг; и во-вторых — что этот шаг, возможно, несёт с собой столь нужные элитам новые инструменты воздействия на общество.

Потому что художники, поэты, музыканты — словом, артисты — могут будить в публике желание присоединиться к тому набору идей, ценностей и образцов поведения, который они считают верным. К тем смыслам, которые несут их работы.

И если это была «Герника» Пабло Пикассо, пронизанная ужасом перед насилием, то она присоединяла зрителя к лагерю противников войны, а марши «Прощание славянки» или «Если завтра война…», напротив — присоединяли слушателей к солдатам, идущим в бой.

А задача элит состояла в том, чтобы выступить в качестве заказчиков таких работ, которые, влияя на эмоции окружающих, побуждали их действовать в той рамке бытия, которую им предлагают.

Что с того, что вторжение любой новой школы выглядит как восстание? Что с того, что в качестве орудия повстанцев опять используются силы и средства искусства?

Пусть пошумят! — разумно решают элиты.

А мы выслушаем, примем и признаем всё лучшее и полезное, что там есть, и используем это.

Не случайно многим эпохам были присущи направления и школы искусства, современные специфически им.

Импрессионисты с Моне и Ренуаром стали современны очередной французской республике.

Акмеисты с Ахматовой и Гумилёвым — Российской Империи в период между революциями.

Обэриуты с Заболоцким, Введенским и Хармсом — ранним Советам.

Социалистические реалисты с Фадеевым и Ивановым — эре красного проекта.

Абстракционисты, ведомые великим Пабло Пикассо — Европе между мировыми войнами.

Поп-артисты и Энди Уорхолл — ядерному миру.

И многие, многие другие восходили к вершинам мейнстрима и водружали на них новые флаги. Каждый — в своё время. В свою современность.

Но при этом люди искусства не почивали на лаврах. И ещё вчера, казалось бы, ничьи — они превращались в исследователей, разрабатывающих технологии управления обществом. А часто — и в практиков, проверявших эти технологии в деле.

Ну, а само современное искусство становилось лабораторией гуманитарных технологий.

Лабораторией по разработке инструментов присоединения тех, кому адресуются произведения к тем или иным идеям, доктринам, учениям, стратегиям, призывам.

I I I .

Впрочем, очевидно, что искусство является такой лабораторией и без восхождения лидеров тех или иных школ на вершины признания и славы.

Ведь уже мало кому придёт в голову спорить, что искусство наделено тем, что поэты называют волшебной силой.

Оно действительно является мощным инструментом воздействия на правила и нормы поведения и деятельности людей. Множество примеров говорят о том, что песня[1], картина, стихотворение, плакат, фильм могут повелевать тысячами, миллионами людей.

Стоит ли удивляться, что пафос коммунистических критиков «буржуазной культуры», пропал зря?

Думал ли Лев Троцкий, когда писал, что «искусство страдает от распада и гниения капиталистического общества», о способности художников научиться в высшей степени точно отвечать требованиям современности и о заинтересованности самой современности (в лице сил, определяющих её содержание) — востребовать искусство? Возможно, думал. Но не хотел этого ни принять, ни признать.

Вот и Владимир Маяковский, обрушиваясь на «украшательский, декоративный, бездеятельный» характер буржуазного искусства, не предвидел, что и художники Запада, и их клиенты отлично освоят постулаты социального заказа, которые он с таким грохотом презентовал в статье «Как делать стихи».

Произведения искусства были превращены культурой Запада в инструменты создания специфического образа жизни и демонстрации этого образа жизни остальному миру.

В этом отношении были совершенно правы красные культурологи и публицисты, клеймившие «западное искусство» как инструмент пропаганды, направленной против Советов.

Так оно и было — искусство стало способом привития людям — в том числе и самим авторам художественных произведений — определённой картины мира, ценностей, базовых рамок поведения и деятельности.

А продавцы искусства — арт-дилеры — несли эти ценности и рамки во все доступные края. Так оно было, так оно и осталось по сей день.

На первой выставке американского искусства, прошедшей в Москве в 1959 году, Соединённые Штаты как страна, как государство были представлены не в меньшей степени, чем работы американских художников. И многокилометровые очереди в павильоны выставочного комплекса в Сокольниках, видимо, о многом сказали тогда и советским руководителям, и представителям США. В частности — о том, что пропаганда холодной войны повредила образу этой страны в глазах советских людей отнюдь не так сильно, как рассчитывали её полководцы.

Художественные и фотоальбомы, пластинки и магнитофонные записи, фильмы, журналы, выставки, отдельные работы несли и несут миру образы стран, которые представляют их авторы. Например, Жан-Поль Бельмондо, Шарль Азнавур и другие французские актёры, певцы, поэты и художники несли и несут миру Францию как страну мужественного изящества. Тем же занимаются их собратья в других странах.

Некогда получение советским фильмом «Москва слезам не верит» премии «Оскар» сыграло важную роль в дальнейшем укреплении бренда СССР — прежде всего внутри страны. Нечто подобное случилось несколькими десятилетиями раньше, когда фильм «Броненосец «Потёмкин»» победно шествовал по кинотеатрам Европы.

А теперь представим себе, что и «Потёмкин», и «Москва слезам не верит» снимались именно для этого — для развития бренда СССР. И роль свою сыграли.

Ну а то, что в прошлогоднем конкурсе Евровидения в Стамбуле победила певица Руслана, означало одновременно и серьёзную символическую победу Украины в международном конкурсе брендов (не случайно тогдашний премьерминистр страны назначил её своим советником на общественных началах, а затем пригласил участвовать в своей избирательной кампании).

В этом смысле предприниматели, политики и чиновники, поддерживающие искусство как в Украине, так и в США, и где бы то ни было, одновременно продвигают бренды своих стран.

Особенно тогда, когда могут сформулировать содержательный заказ на то или иное произведение.

I V .

Ведь искусство — это, с одной стороны, инструмент создания образа художественного объекта, с другой стороны — образа самого художника, с третьей — страны и культуры, которую представляет художник, а с четвёртой — оно само часть этого образа.

То есть если российские арт-деятели участвуют, например, в Венецианской Биеннале, то благодаря их работам у остальных участников фестиваля складывается представление о российском современном искусстве, о России как о стране, где есть такое искусство, и опосредованно — о России вообще.

Более того, наличие в стране современного искусства само по себе может являться свидетельством её всё более активного участия в международном соперничестве.

По свидетельству участников той же биеннале в Венеции, тот факт, что искусство Китая привлекает сегодня с каждым годом большее внимание международного артистического сообщества, говорит о росте конкурентоспособности бренда «Китай» на мировом рынке.

А это значит, что в Венеции встречаются друг с другом не только члены мировой артистической тусовки — художники, кураторы, галеристы, — но разные культуры, разные страны, их образы, их бренды… И нет ничего удивительного в том, что они вступают в конкуренцию, потому что работы оцениваются критиками, а вместе с работами и представляющие их страны, в том числе и Россия.

Более того, если Россия проводит свою биеннале современного искусства[2], то она вступает в ещё более активную конкуренцию в той номинации международного конкурса брендов, в какой находится культура.

Вот только неясным пока остаётся вопрос: какие смыслы должны нести эти художественные работы, чтобы Россия одерживала в этой конкуренции победы?

И какие мероприятия по строительству общественной связности должны сопутствовать участию этих произведений в международной конкуренции?

Неясность с ответом на этот вопрос говорит, в первую очередь, о том, что пока существует неясность, кто выступит в роли заказчиков, заинтересованных в том, чтобы творчество российских художников, поэтов, певцов и других арт-деятелей несло российской аудитории и миру определённые смыслы.

А это, в свою очередь, позволяет сделать вывод, что нам ещё только предстоит сформулировать эти смыслы (потому что будь они понятны и прозрачны, заказчики уже нашлись бы).

V .

Однако если мы представим себе, что деятельность по созданию бренда «Россия» оформляется в рамках соответствующего проекта, то его авторы (например — российские предприниматели), несомненно, способны выступить в роли заказчиков на деятельность людей искусства в качестве его участников.

И здесь, конечно же, в первую очередь находится применение современному искусству как художественной специфической практике.

Дело в том, что такой проект неизбежно потребует привлечения особого внимания массовых аудиторий к большому разнообразию специфических явлений, предметов, информационных носителей, людей, суждений, событий и т.п. При этом сегодняшний мир ежечасно и ежеминутно обрушивает на человека колоссальный поток информации, в котором весьма затруднён отбор действительно значимых объектов внимания.

При учёте этого обстоятельства можно предположить, что эта задача будет явно не из простых.

Между тем, именно современное искусство — это одна из ведущих в мире лабораторий работы с вниманием.

В этом отношении оно стоит очень близко к гуманитарным технологиям, поскольку одна из главных задач ГТ — это именно фокусирование внимания людей на определённых объектах.

Так вот, современное искусство всерьёз работает над вопросом: как побудить зрителя/слушателя/соучастника художественной акции максимально сфокусироваться на том, что ему предлагают её авторы. Иначе они просто не будут замечены ни публикой, ни критиками, ни, в конечном счёте, покупателями.

Не случайно объектами художественных практик становятся многие ГТ-отрасли, например — реклама.

Это говорит о том, что современное искусство располагает специфическими и тонкими техниками перевода. Например — перевода с языка художественных работ на язык рекламы.

Но если это так, то, что же мешает деятелям современного искусства успешно сделать перевод с языка, например, идеологических текстов на язык художественных работ?

Выполнимость этой специальной задачи может быть успешно проверена в ходе осуществления проекта бренд «Россия», если, конечно, он будет разработан и осуществлён.

После того, как будут предложены смыслы, ценности и образы, составляющие содержание такого проекта, после того, как его авторы присоединят художников, писателей, поэтов, музыкантов к своей картине мира, артисты смогут создавать произведения прямого действия, различными средствами переносящие эти смыслы и ценности тысячам людей.

А кроме того, включённость в такой проект даст художникам особый социальный статус, какого они в подавляющем большинстве не имели с советских времён — превратит творческого человека в субъект организованной и целенаправленной деятельности по строительству бренда страны.

Снимет гриф секретности с лаборатории искусства и сделает его одной из фабрик или, если угодно — оранжерей, где создаются нормы и правила человеческого бытия.



[1] См., например, статью Виктора Осипова «Священная война», № 4, 2005 г.

[2] А Первая московская биеннале современного искусства прошла в нашей столице в январе 2005 года.


Добавить комментарий

Текст:*
Ваше имя:*
Ваш e-mail:*
Запомнить меня

Комментарии публикуются без какой-либо предварительной проверки и отражают точку зрения их авторов. Ответственность за информацию, которую публикует автор комментария, целиком лежит на нем самом.

Однако администрация Soob.ru оставляет за собой право удалять комментарии, содержащие оскорбления в адрес редакции или авторов материалов, других участников, нецензурные, заведомо ложные, призывающие к насилию, нарушающие законы или общепринятые морально-этические нормы, а также информацию рекламного характера.






Современное искусство. Искусство современности
Концепт
Волшебный инструмент управления
Дмитрий Петров
Гонцы эпох
Секретная лаборатория рамок и правил
Редакция «Со-Общения»
Искусство пути или путь искусства
Виктор Осипов Агентство эффективной культуры
Любопытная Россия
Екатерина Дёготь критик, куратор
Бренд против Рембрандта
Татьяна Апатовская менеджер по маркетингу «СЖС Восток Лимитед»
Практика
В будущее возьмут только амбициозных
Виктор Мизиано критик, куратор, главный редактор «Художественного журнала»
Гаммы и концепты
Кто матери-современности ценен?
Сергей Соловьёв арт-критик, РДВ-медиа
Золотая нить Натты Конышевой
Вильям Мейланд искусствовед
Терещенки
Михаил Кутузов OOO «Клуб Династия»
Боевые искусства
Третья макушка планеты
Константин Возников Почётный Президент Крымской Федерации Го
Анатолий Чубайс обогрел современное искусство
По материалам газеты «Коммерсантъ»
Ноль is the message, или как «быть понятым своей страной»?
Ирина Чукомина, специальный корреспондент «Со-Общения» в Санкт-Петербурге
Члены РАСО обсудили структуру управления ассоциации
Алексей Екимовский Центр содействия коммуникациям
PRoba 2006: «пиар» и брызги шампанского в Эрмитаже
Ирина Чукомина, специальный корреспондент «Со-Общения» в Санкт-Петербурге
Новый взмах «белого крыла»
По материалам агентства «Ньютон» www.newton-pr.ru
Оперативный простор
Блестящий базар иллюзий
Ольга Муратова Обозреватель журнала «Со-Общение»
Mедиа из — ?
Музыка русской Америки
Олег Дивов писатель
Бумажный кирпич
Эдуард Михневский
Из ящика — в литературу
Арсений Несмелов
«Дурь». Цель рождает средства
Кирилл Шаманов
Как мы делали этот номер...
Уважаемая редакция
Актуальный сюжет
Оппозиция: горячий декабрь
Эдуард Михневский обозреватель «Со-Общения»
Московские выборы 2005: пир победителей
Дмитрий Мисюров политолог, корреспондент журнала «В мире науки»


e-mail: info@soob.ru
© Со-общение. 1999-2018
Запрещается перепечатка, воспроизведение, распространение, в том числе в переводе, любых статей с сайта www.soob.ru без письменного разрешения редакции журнала "Со-общение", кроме тех случаев, когда в статье прямо указано разрешение на копирование.