Постоянный адрес сатьи http://soob.ru/n/2005/10/a/3


Тятя, тятя, наши сети...

Технология формирования молодёжного «оранжевого» движения
Конечно, события осени-зимы 2004 года в Украине сделала не только майданная молодёжь. Но темой данной статьи является именно этот узкий аспект сложного явления. Всё остальное помянуто постольку поскольку...

Катастрофами называются скачкообразные изменения, возникающие в виде внезапного ответа системы на плавное изменение внешних условий
В. И. Арнольд. «Теория катастроф»

ПРИРОДНЫЕ ИСТОЧНИКИ РЕВОЛЮЦИОННОЙ ЭНЕРГИИ

О предпосылках «оранжевой революции» (или того, что стали называть «революцией», чем бы оно на самом деле ни являлось), написано уже столько, что здесь имеет смысл лишь кратко расставить приоритеты авторской позиции.

1. Пассионарность «западенцев» — жителей Западной Украины, в особенности — Галиции, экспансивность их национализма — стремление любыми средствами, включая насильственные, навязать свою культуру на всей территории Украины.

2. Массовое недовольство всего населения тогдашним режимом, прежде всего — коррупцией.

3. Существование в столице («колыбели революции») анклава с принципиально отличным от страны классовым составом и политическими пристрастиями. Большей части киевлян революция выгодна.

Список неполон, источников его пополнения — немеряно.

ИНВЕСТИЦИИ В РАЗВЕДКУ И ДОБЫЧУ ЭНЕРГОРЕСУРСОВ

Слабость собственных институтов гражданского общества, в том числе политических партий, не позволяла реализовать описанные в предыдущей главе потенциалы в политические токи. Для этого потребовалась методическая, организационная, координирующая помощь внешних сил. Большею частью — зарубежных. Хотя нельзя сбрасывать со счётов и местного олигарха Петра Порошенко. Явно не Сорос, — бизнесмен, а не организатор политических процессов, — он и выиграл в бизнесе. В недолгое его пребывание на высоком государственном посту цены на сахар (80% производства которого Порошенко контролирует) выросли на 70% и были такими порядка полугода. Потом упали до 1/4 от дореволюционных и держатся так до сих пор.

МИФ ГЕНЕРАЛЬНОГО ШТАБА

Представление о едином центре, из которого осуществлялось планирование действий оппозиции и управление оранжадом, относится к категории наивной конспирологии. В списке подозреваемых Вашингтонский обком, Шамбала, Сионские мудрецы, Кремль и инопланетяне. Эта саркастическая позиция ничуть не противоречит признанию реальности того, что США, с их претензиейна мировое господство, были участниками процесса и, как самое сильное и самое богатое в мире государство, внесли больший, чем другие, вклад. Однако, например, Сорос является отдельной фигурой — этакий кот, который гуляет сам по себе, а деятельность его фондов, было приугасшая, в период подготовки оранжада резко активизировалась.

Легко наблюдались и действия европейских, якобы гуманитарных, институтов, и католической (униатской — папской) церкви, и гринписов (так всё чаще в народе обобщённо называют шизоэкологов всех мастей), и, собственно, украинских националистов, не всегда даже с помощью зарубежных общин, а так, на энтузиазме, и ещё многих других, более мелких акторов. Примечательно то, что силы, которые в других случаях иногда конкурируют, в оранжаде сотрудничали и координировали свою деятельность. Но отнюдь не в порядке подчинения единому центру и действий по единому тайному плану, а на основе общих ценностей, горизонтальных связей, в оперативном порядке, по каждым частным случаям или краткосрочным проектам.

СЕТЬ

По сетевой структуре организации была построена деятельность не только внешних, но и ведомых ими внутренних сил.

В проекте «оранжевая революция» участвовало множество мелких молодёжных организаций (а крупных-то у нас в Украине и нет), плюс — специально созданная под проект «Пора». По грубым оценкам численность «Поры» 3-5 тысяч человек. Мало? Да вот хватило. Пропорции с числом населения похожи на численность партии большевиков в 1917-м году. А технологии с тех пор ушли далеко вперёд не только электронные, но социальные.

С приходом в нашу жизнь мобильных телефонов и Интернета приходится по-новому определять отличия между понятиями «организация» и «движение», «течение», «неформальное сообщество». Организация прошлой эпохи — это всегда иерархическая структура. Сетевые сообщества к категории «организация» не относились (даже по Уголовному кодексу). Но тогда сетевые средства коммуникации были медленны и несовершенны.

Например, вряд ли кто назовёт организацией движение хиппи, хотя численность «олдовых» («профессиональных» хиппи) была никак не меньше чем членов «Поры» (в пересчёте, в процентах к численности населения СССР-Украины). Но информационный массив каждого «системного пипла» находился в потрёпанной записной книжке, а средством связи был транспорт, да не авиационный, а автостоп, с непредсказуемым расписанием прибытия... впрочем, по характеру хиппи — и отбытия тоже. Каждая низовая ячейка хиппи — флэт[1] — обладала очень высокой мобилизационной способностью и управляемостью. При внезапном появлении своих «на вписку» в любое время суток за считанные минуты для них возникали еда, спальные места, музыка и травка. У каждого флэтабыл как минимум один олдовый[2] (лидер) и группа системных пиплов (актив) — неформальная, но эффективно действующая иерархия. Так что каждый флэт вполне можно отнести к категории «организация». Но, конечно же, никак не всё движение в целом. Хипповская Система была сетью с очень медленной скоростью коммуникации.

Новые коммуникационные технологии открыли путь созданию сообществ с децентрализованным сетевым управлением и в то же время — с высокой мобилизационной способностью, доступной ранее только иерархическим структурам. Так родились организации нового типа — сетевые. Если не самой первой, то одной из первых был... флешмоб.

Он и поныне существует аполитично и даже пока некоммерчески. Снисходительное отношение к нему, как к милому чудачеству, пора бы подвергнуть суровому порицанию за игнорирование исторического опыта, как в классическом стихотворении Давида Самойлова:

Я, Шварц Бертольд, смиреннейший монах,
Презрел людей за дьявольские нравы.
Я изобрел пылинку, порох, прах,
Ничтожный порошочек для забавы.

Начавший своё прикольно-триумфальное шествие по планете, флешмоб — чистая технология без идеологии, испытание смертельности человеческого яда без человека — на белых пушистых мышках. Кстати, изобретатели этих зверушек получили Нобелевскую премию. Говард Рейнгольдс, выдающийся американский социолог, «нобелевки» пока не имеет. Название одной из самых известных его книг: «Smart Mobs: The Next Social Revolution» («Умные толпы: грядущая социальная революция»). Книга была опубликована в 2002 году, но не исключено, что написана и использовалась как закрытый источник и раньше.

ОРГИИ ДЛЯ ЧАЙНИКОВ

Другой, параллельно происходящий процесс подготовки оранжада, также характерен отделением идеологии от технологии. Начиная с 2002 года, в деятельности западных фондов и тематике их грантов на Украине стали превалировать темы молодёжного лидерства и создания молодёжных организаций.

Доказательств предъявить не могу, что само по себе интересная история. Огромный массив данных с архивом грантов разных фондов по Украине находился на солидном сайте nonprofit.org.ua. После революции этот сайт исчез из Сети. Но я его видел! Вспомните героя Оруэлла, который раз держал в руках обрывок газеты и... Хотите — верьте, хотите — нет.

В 2002-2004 годах методикам создания групп и организаций, лидерства и управления были обучены молодёжные активисты самых разных направлений деятельности: экологии, социальной и психологической помощи, защиты прав человека, женщин и животных, студенческих и школьных парламентов, молодёжных бумажных и сетевых СМИ... (прерываю длинный список).

Миллионы мобильников, асек, мейлов и эсэмэсок заполонились ключевым словом Ю-щен-ко»!!!

На западные деньги были проведены тысячи семинаров, молодёжных лагерей, круглых столов, сессий, — и несть числа их формам. Число участников, по моим грубым оценкам, составляет несколько сотен тысяч человек. Это не так уж много для Украины с населением от 37 до 47 млн. (по разным статистикам). До предыдущей, великой криминальной революции 1991 года, советской системой внешкольного (и студенческого) воспитания было «охвачено» 80% городской молодёжи, то есть на порядок больше. Никакой политической подоплёки у фондовских воспитательных мероприятий до лета 2004 года не было. Но не было и обучения по теме деятельности организации. Я был на многих таких мероприятиях в качестве журналиста и не раз наблюдал, как пресекались попытки молодых участников перевести разговор с «абстрактной теории» (как им казалось) на свои живые (животно-страдальческие) темы. Логика организаторов была такова: «Создание организаций и лидерство нужны для любого вида деятельности. Научитесь этому, и ваша (гуманитарная, неполитическая etc) организация станет работать лучше в нужной вам теме».

БАЗЫ ДАННЫХ

Говоря про эти три года подготовки кадров будущего государственного переворота, нельзя не вспомнить о фундаменте, который строился предыдущие 17 лет, начиная с первого появления на территории ещё СССР западных «благотворительных» (ох и натворили же они нам благ...) фондов. И тогда и по сей день, после оранжевых событий, во всех странах, где действуют подобные фонды, первая и главная тема, на которую легче всего получить грант: составление баз данных координат и характеристик общественных организаций, неформальных групп, любых сгустков гражданской активности.

Пассивный поиск информации — только часть работы. Следующий уровень: предложение материальной помощи (грантов) позволяет не только выявить, но и инициировать латентные зародыши и поддержать бескорыстный труд энтузиастов ресурсной базой.

Конечно, не все подряд получали гранты, но только грантоедам присваивался гордый титул «третий сектор — гражданское общество». Прочие публично и СМИевидно причислялись к маргиналам. Никогда (за исключением диких исключений) не получали и не получат западных грантов «искатели» — самодеятельные археологи культурного слоя Великой Отечественной, «ролевики» и «исторические реконструкторы» русской старины, «фидошники» — пионеры и создатели русского Интернета... Список только их названий ещё длиннее грантоедского и соизмерим с размером всей этой статьи. Более того, численность и энергетическая активность негрантуемых неформальных движений на порядки превосходит НКО-шных «волонтёров с компенсациями». Но они разрозненны, составление их баз данных никто не финансирует, помощи не предоставляет. У них нет структуры, способной их поощрить и связать в сеть. А сами они?.. В стране без среднего класса? С нищим средним классом? Нонсенс! Сами и оранжевые не смогли. Только с внешней помощью.

НАКАЧКА ИДЕОЛОГИЕЙ

В апреле 2004 года лидеры «Поры» собрались в сербском городе Нови Сад в лагерь интенсивного обучения, вместе с ветеранами югославского государственного переворота из молодёжной организации «Отпор». В украинских летних лагерях активной молодёжи всех видов деятельности 2004 года «порасты» и им подобные появлялись уже со сложенными трубочкой губами. Экологам они обещали чистые реки, прочащим себя в бизнесмены — малые налоги, в муниципальные депутаты — прозрачные выборы, защитникам животных — бесплатное лечение бродячих собак, волонтёрам детских приютов — новые светлые здания, обилие еды и одежды и много-много психологов для их несчастных подопечных, галичанам — всеобщую украинизацию, крымчанам — русский язык. И всем — демократию. Много не контрафактной «народной», а фирменной европейской демократии. У них было небо, куда показать пальцем: то же самое обещал банальный предвыборный популизм всех кандидатов. Но только у «Ю-Ю» стали формироваться силы для штурма зимнего Майдана.

После летней расслабухи, в момент естественного сезонного скачка плотности коммуникационной структуры — когда студенты пришли на занятия, сеть заработала на полную мощность. Не штабисты-партийцы-бюрократы, а приятели, приобретённые за три года, ну может даже три года назад, разок: «Да, Юра я, мы с тобой в Киеве были по защите животных. Ну, как ты? А знаешь?...» И далее эти миллионы мобильных коннектов, асек, мейлов и смсок заполонились ключевым словом «Ю-щен-ко!!!»

Показательно уже более позднее, ноябрьское, наблюдение украинского журналиста, который каждодневно бегал по избирательным штабам и передавал информацию на новостную ленту. Вид из штаба на организацию оранжевых акций произвёл на него впечатление хаоса и бардака: «Кого-то звали, кого-то — нет; кто-то вообще не знал, что что-то где-то происходит; а кто-то пришёл, хотя его не приглашали, а кто-то просто рассказал...» Напротив, действия штабов «синих» казались журналисту упорядоченными и логичными: «Перед каждым митингом выделялись люди, делили списки и садились за телефоны обзвона». Объяснить, почему же акции оранжевых были на порядки более массовыми, а управление— на порядки более эффективным, этот весьма умный человек не смог. Ну, не изучал он новейших социальных технологий. Координация в оранжевом лагере осуществлялась на основе не детерминированной (список участников), а стохастической, но вероятностно надёжной сети межличностных неформальных связей.

И когда Сеть сказала, что нужно ехать на Майдан — они поехали. Остальное читателю известно.

ФИНИТА ЛА ТРАГЕДИЯ ИЛИ ЗАЧЕМ НУЖНЫ РЕВОЛЮЦИИ?

В процессе и после «оранжевой революции» произошло следующее.

Скачкообразное обострение гражданских противоречий, фрустрация и обозлённость огромных масс людей, что сказалось и на производительности труда, и на стоимости коммерческих сделок, и на политической жизни (например, принятие силовых мер к лидерам оппозиции).

Скачкообразное ухудшение качества законодательства и государственного управления. Например, доработка и принятие изменений Конституции произошло в несколько лихорадочных дней работы парламента, окружённого кричащей толпой, под угрозой насилия. Естественно, теперь выяснилось, что законодательство противоречиво, и оно опять лихорадочно дорабатывается. В качестве иллюстрации достаточно привести несколько примеров мгновенных, импульсивных и непроработанных решений президента: отставка правительства, отмена ГАИ, запрет на курение…

Скачкообразное повышение темпов украинизации русскоязычной части Украины, например, введение судопроизводства исключительно на украинском языке. Скачкообразное повышение политического барьера между Украиной и её крупнейшим естественным географическим, этнокультурным и экономическим соседом и партнёром — Россией.

Главный же итог «великой оранжевой революции» — скачкообразное падение одной из самых динамично развивающихся экономик Европы: с 15% экономического роста до 2% его сокращения (за 14 послереволюционных месяцев).


[1] От английского flat — квартира. Хиппи тусовались не только в своих излюбленных местах — парках, бульварах и чайных, но и по квартирам — флэтам, где устраивали коммуны по примеру западных, но с почти неистребимым совковым духом.

[2] От английского old — старый. Имеется в виду авторитетный хиппи с опытом.

Дата публикации: 13:56 | 10.11


Copyright © Журнал "Со - Общение".
При полном или частичном использовании материалов ссылка на Журнал "Со - Общение" обязательна.