Постоянный адрес сатьи http://soob.ru/n/2004/9/subject/4


Аналитическое послесловие к трагедии в Беслане

Полевые испытания войск нового поколения продолжаются. Чтение выступлений в сети и в офлайне, посвящённых ситуации в России после Беслана, оставляет ощущение, что интеллектуалы просыпаются. Однако большинство граждан России отказываются жить в при фронтовой полосе. Впрочем, проблема не в этом. И даже не в том, что бежать им некуда. Аналитик Сергей Переслегин предлагает версию терактов в Нью-Йорке, Москве и Беслане куда более страшную, чем любая из официальных.

УЖАС СМЕРТИ

После любого масштабного террористического акта следуют стенания в СМИ, живописание ошибок и «оргвыводы». Общественное мнение требует сурового наказания виновных, под которыми понимаются не столько террористы, сколько сотрудники правоохранительных служб.

Но давайте договоримся: терроризм — это форма войны, и притом очень эффективная её форма. И далеко не каждый удар врага можно отбить без особых потерь. Часто к поражению приводит тонкая и неочевидная «игра» противника, сумевшего накопить силы, найти слабое место в обороне, нанести внезапный удар, захватить инициативу. Перефразируя морское торговое право: «поражение вследствие непреодолимой силы врага и неизбежных на войне случайностей».

Можно защитить от любых мыслимых террористов энергостанции, мосты, промышленные объекты, но даже это требует введения в стране «угрожающего положения». И в условиях даже самой тотальной мобилизации ни одна страна не в силах эффективно «прикрыть» все школы, все детские сады, все больницы, все кинотеатры и все жилые дома. На это не хватит сил.

До нанесения удара боевик ничем не отличается от обычного гражданина. В сегодняшнем Ираке порядок обеспечивается войсками, разведывательными и конрразведывательными службами коалиции и иракскими полицейскими, однако партизанские отряды и диверсионные группы оппозиции действуют активно, чтобы не сказать свободно. Поэтому не следует надеяться, что сегодняшней демократической России или либеральной Европе удастся создать у себя такой режим безопасности, который позволит перехватывать террористов по пути следования к объекту-цели.

Кажется, что можно избавиться от террора в рамках политики «умиротворения». Увы, столкновение цивилизаций уже произошло: оно вызвано, в частности, развитием глобализационных процессов, которые лишь на четверть проектны и на три четверти объективны. В возникших условиях взаимное «предъявление» соприкасающимися культурами своих «предельных онтологий» неизбежно. «Война идентичностей», раз начавшись, будет продолжаться.

С теоретической точки зрения у традиционной исламской культуры нет ни шанса в борьбе против позднеиндустриальной цивилизации Запада. Ведь всё это уже было: индийские сипаи, китайские «боксёры», суданские махдисты исповедовали ту же стратегию, что нынешние ваххабиты или моджахеды. Но для борьбы с ними европейцам не приходилось даже толком напрягать силы. Что же изменилось?

Во-первых, резко увеличилась перемешанность мира, что значительно повысило мобильность террористов и количество потенциальных объектов захвата. Во-вторых, страх Запада перед потерями, особенно среди гражданского населения, неизмеримо вырос. Современный европеец утратил трансцедентальную составляющую своей жизни и потому стал очень бояться смерти.

На каком основании мы решили, что столкновением европейской и исламской идентичности исчерпывается всё содержание современной террористической войны?

И эта слабость, конечно же, будет эксплуатироваться снова и снова. Тем более принципиальный разрыв между «цивилизацией» и «варварством» сократился до минимума. Ну а в-третьих, вопрос: на каком основании мы решили, что столкновением европейской и исламской идентичности исчерпывается содержание современной террористической войны?

МИРОВОЙ РЫНОК, ОБРАЗОВАНИЕ И ТЕРРОРИЗМ

Анализ событий 11 сентября 2001 года в США привёл к модели «АТ-террора»: взаимодействия групп террористов-смертников и хорошо подготовленных аналитиков. Аналитики ставят задачи, рассчитывают логистику, обеспечивают информационное сопровождение, координируют действия террористов в реальном времени. Боевикам же остается только выполнить разбитый на простейшие шаги алгоритм и не забыть вовремя покончить с собой (впрочем, наверняка существует процедура «зачистки», да и не так много они знают). В современных условиях могут существовать ещё и «образовательные группы», готовящие террористов-смертников и поставляющие их на мировой рынок. Такая схема более рентабельна. А с точки зрения аналитиков — более безопасна.

Сегодня Т-группы рекрутируются из чеченцев, афганцев, иракцев, таджиков и иных представителей крайнего геополитического «Юга», отброшенного глобализацией и бомбёжками едва ли не в архаические времена. Подготовкой этих групп и поставкой их на рынок занимается «политический ислам», преимущественно с Саудовской «пропиской».

Но вот на что важно обратить внимание: деятельность аналитических групп носит все признаки рафинированного европейского военного мышления.

Анализируя террористические акты «нового типа», совершенные на территории РФ (Будёновск Кизляр; взрыв во время парада, посвящённого Дню Победы в Каспийске 9 мая 2002 года; «Норд-Ост»; убийство Кадырова 9 мая 2004 г.; взрыв в воздухе двух пассажирских самолётов 24 августа 2004 года; Беслан), можно отчётливо увидеть два тренда.

Первый — теракты с чётко выраженной целью, ограниченные по цели и жертвам и вписывающиеся в какую-никакую, но стратегию борьбы за Чечню. В этом ряду нет или почти нет терактов с использованием смертников.

Второй — «Норд-Ост» и Беслан масштабные, «зрелищные», жестокие и бессмысленные с точки зрения интересов «официального заказчика» акции. В тот же ряд вписывается самый грандиозный террористический акт «нового поколения» — Башни-близнецы.

Террористы рекрутируются из представителей крайнего «Юга», и их поставка на рынок — дело «политического ислама». Но работа аналитических групп имеет все признаки рафинированного европейского военного мышления.

События в Беслане показательны. Не все террористы, организовавшие эту бойню, были смертниками. Часть предполагала уйти по открытому коридору. Но в таком случае жизнь заложников была для террористов драгоценна! Они не могли не понимать, что, если хоть один ребёнок погибнет, осетины — жители Беслана будут искать их на любом краю света. И рано или поздно найдут. И тогда преступник очень пожалеет, что не погиб в перестрелке.

Для чеченцев этот теракт означает «потерю лица» в западных СМИ, расширение конфликта на Северном Кавказе с прогнозируемой войной всех против всех и вечную ненависть осетинов. Трудно было найти более неподходящую «цель», нежели Беслан! Возникает ощущение, что эту акцию спланировали люди, очень далёкие от Кавказа, его традиций и проблем.

И в Нью-Йорке, и в Беслане, и на Дубровке исполнители были полностью уничтожены. В Беслане и Москве они явно ожидали, но не получили неких советов или приказов и потому не вели переговоры с властями и не выдвигали внятных требований.

Налицо нарушение взаимодействия террористического подразделения (Т-группы) и подразделения аналитического (А-группы). Во время штурма «Норд-Оста» я полагал, что российским спецслужбам удалось каким-то образом эту связь прервать. Сейчас я склонен считать, что тогда «аналитики» просто завершили свою часть операции и дальнейшее её течение их не интересовало.

А если так, то возникает версия Нью-Йорка, Москвы и Беслана гораздо более страшная, нежели официальная.

Нет террориста №1, вечного врага США и всего цивилизованного мира. Нет чеченцев, пытающихся отомстить России. Нет (пока!) даже «войны цивилизаций». Есть полевые испытания АТ-групп, оружия XXI века. И где-то действуют испытатели этого оружия, квалифицированные аналитики с рафинированным «белым» мышлением.

Дата публикации: 11:00 | 04.10


Copyright © Журнал "Со - Общение".
При полном или частичном использовании материалов ссылка на Журнал "Со - Общение" обязательна.