Постоянный адрес сатьи http://soob.ru/n/2004/9/subject/3


Всеобщая мобилизация комментаторов. Первый подход к снаряду

Обзор интеллектуальных сетевых источников по проблеме терроризма.
Теракт в Беслане, явивший новую степень жестокости терроризма (известен лишь один подобный случай, когда террористы в 1974 году совершили нападение на школу в Израиле, где погибли 26 детей), взбудоражил не только Россию, но и мир. Огромное количество публично высказанных по этому поводу суждений российских и не-российских интеллектуалов вызвало к жизни данный обзор интеллектуальных сетевых источников по проблеме терроризма, составленный в середине сентября.

ПЕРЕСМОТР ВОЙНЫ

Одним из аттракторов интеллектуальной мобилизации стали выступления президента. Не задерживаясь на речи о реформе региональной власти, обсуждение которой либо клонится в сторону рыданий о «концe демократии», либо ведётся с позиций технических (убытки «жмейкеров», работающих на региональных выборах), обратимся к первому — посвящённому трагедии.

Его ключевые слова, как отмечают многие эксперты, — это «война» и «мобилизация». А один из ведущих интеллектуальных лейтмотивов — изменение отношения к слову «война».

«Гуманитарная, правозащитная, общечеловеческая etc. идеология есть детище 1945 года. Сегодня, когда усилиями борцов за свободу ад снова зияет, именно носители идеологии недопущения и неповторения (войны) отчаянно, греша уже против всякой логики и всякой морали, продолжают изыскивать оправдания для устроителей ада и обвинения для страны, оказавшейся жертвой адских сил. Существуют времена, когда водораздел устанавливается совершенно четко, разделяя былых друзей и сближая прежних врагов. Водораздел — в отношении к подлинному гимну России, к великой и страшной песне «Священная война», — пишет Максим Соколов в «Неизлечимых» на Globalrus.Ru.

Ему вторит Вадим Нифонтов («Корпорация монстров», АПН): «Нынешний успех исламистского террора связан именно с желанием человечества вычеркнуть из лексикона слово «война»... Европейский человек слишком ослаб, чтобы признать наличие элементов зла в себе самом». И здесь появляется место России, «cпособной освободиться от жалких условных рефлексов, выработанных цивилизованным миром в борьбе с собственным подсознанием». Появление нового типа войн давно предсказывалось «сумасшедшими теоретиками», но ими предполагалось, что воевать будут леваки, а не исламисты. Кстати, именно левые мобильные группы, вообще левая партия (но не КПРФ) как модель, по некоторым прогнозам, получают шанс в связи с отсутствием политиков, способных говорить с народом. Проект, идеология и идея служения — вот что необходимо вертикали власти, по мнению Станислава Белковского (НГ.Ру). А одна из её возможных опор — новое поколение, выпускники конца 80-х, оказавшиеся «на руинах империи в тот момент, когда им было суждено стать наследниками этой империи.

Несмотря на множество статей с критикой спецслужб, армии и правоохранительных органов, интеллектуалы делают акцент на гуманитарно-технологических аспектах войны. Войны, метафорой, переносным значением которой является горячая война[1].

Хорошая система предполагает, что государство держится на доблестных людях

Футуролог Игорь Бестужев-Лада повторяет на свой лад высказывание Субкоманданте Маркоса: Четвёртая мировая война уже началась. Франсуа Жере, президент Французского института стратегического анализа пишет в «Le Figaro»: «В борьбе устремлений и личностей настоящими мишенями становятся не «болевые точки», а социокультурное восприятие. В реальности возникает политикомедийное безумие».

На сайте мыслетанка «РЭНД» после 11 сентября 2003 г. эксперты предлагали медиаоператорам следующее орудие в борьбе с терроризмом: не делать новости о терактах самыми важными. Сейчас сетевой ресурс «РЭНД» тему терроризма практически игнорирует; корпорация занята проблемами образования и медицины. А рядом с разработками по борьбе с терроризмом — разработки по страхованию ущерба, наносимого терористическими актами. Бесланские же события обсуждают на сайтах «христианских фабрик мысли».

 В августе о. Андрей (Кураев) выступил учредителем «Корпорации православного действия», выступив с концепцией новой элиты. «Таково необходимое требование к любому патриоту России, к любому православному человеку: хочешь помочь России и Церкви — стань профессионалом. Не в смысле «профессиональным патриотом», а в смысле профессионалом в своей светской работе... В молодых православных людях надо воспитывать вкус к

карьере, к жизненному успеху, — пишет о. Андрей, цитируя Константина Леонтьева: «Я знал одну великую игуменью. Она говорила: «Нам нужны новые монашеские ордена, которые могли бы больше влиять в мире». С ним полемизирует в сентябре Дмитрий Данилов: «России нужны монахи. И старушечья атмосфера в наших храмах поменяется на более мужественную и даже воинственную — голос святости привлечёт к церкви более серьёзных и сильных людей, в том числе и социально успешных».

ГЛОБАЛЬНОЕ УПРАВЛЕНИЕ ПОСРЕДСТВОМ УЖАСА

Часты обращения к глобализации как причине террора. «Международный терроризм» — это подсистема глобального управления», — утверждает Александр Шубин (АПН), рассматривая две версии новой холодной войны. Первая — это война двух взглядов на управление миром неолибералы и социаллибералы). Вторая — война элит по поводу ценообразования на рынке нефти. И вопросы религии здесь вторичны. В той же линии, связанной с глобализмом: «Терроризм — это способ действия в эпоху глобализации. Когда границы размываются, невозможно сражаться за державу, а только за веру или идею. Поэтому роль идейно-религиозных убеждений станет стремительно нарастать», — пишет Константин Соколов из Академии геополитических проблем.

«Аль-Каида — организация, адаптированная к процессу глобализации: у нее есть многонациональные отделения, финансовые сети, пути снабжения, гуманитарные центры, радиостанции, отделы пропаганды, филиалы и подразделения», — писал в 2001 году Игнасио Рамоне в «Le Monde diplomatique».

«Раскол между первым и третьим миром все более проходит по линии противопоставления полной материального и культурного достатка, сытой жизни и посвящением своей жизни некому трансцендентному Делу. Мы на Западе представляем собой «последних людей» (Ницше), с головой ушедших в повседневные удовольствия, тогда как мусульманские радикалы готовы пожертвовать жизнью в бою. Более того, если рассматривать это противопоставление сквозь призму гегелевской борьбы раба и господина, нельзя не заметить парадокс: хотя Запад воспринимают как господина - эксплуататора, тем не менее мы занимаем позицию раба, который хватается за жизнь и её удовольствия, который не готов пожертвовать жизнью, тогда как неимущие радикалы — господа, готовые рискнуть своей жизнью. Мы имеем дело не с характерной чертой ислама «как такового», но с последствиями современных социально-политических условий», — слова Славоя Жижека, сказанные после краха двух башен, продолжают обретать плоть.

ОТХОДЯ ОТ МЕТАФОРЫ ВОЙНЫ

Глеб Павловский в «Русском Журнале» комментируя выступление Президента в тексте «Судороги рождения нации», выходя из военной метафорики, указывает на неслучайность того, что «выступление Путина заканчивается воззванием к самоорганизации общества». Тем более что «система партий в дни кризиса просто растаяла». «У нас сегодня, — утверждает г-н Павловский, — нет операционной системы для работы с мировой ролью России». А какова мировая роль России?

О возможности мира без России Запад размышляет всерьёз и систематически. «Сохранение тенденции к упадку России будет означать сложности даже для Европы. Упадок России вполне может быть временным, но быстрые перемены в современном мире, тенденции политического, экономического и военного развития увеличивают вероятность того, что этот упадок окажется окончательным» — так звучит отрывок из текста Томаса Грэхема «Мир без России». Кстати, это заявление можно расценить как прямое обращение к России за помощью. От имени Европы.

«Такая Россия не имеет права на существование» — под таким заголовком вывешена на Полит.Ру беседа с Виталием Найшулем. «Беслан для России — это прежде всего знак. Главный урок Беслана в том, что надо кончать валять дурака. Проблема не в терроре. В нашей культуре пропало чувство долга. Хорошая система предполагает, что государство держится на доблестных людях.

Когда человеку приходится умирать, то нужна очень высокая мотивация. Главный источник этой мотивации — традиция (ныне, увы, утерянная) и вера.

Какой-то слой людей в нашей стране должен взять ответственность за то, чтобы вводить в культурно-политический оборот всё, что необходимо для строительства России.

Могут ли культурные, гуманитарные ресурсы типа чувства долга или воинской чести в принципе создаваться искусственно? Конечно, могут. Культурное строительство является нормой на Западе. В мире множество примеров успешного культурного строительства. В Израиле из мёртвого языка сделан живой язык, в Германии создан наддиалектный литературный, общенациональный Hoch Deutch. Кстати, литературный язык вообще всегда создается искусственно». Г-н Найшуль не только размышляет, но и указывает пути реализации своих воззрений. Обращаясь один раз к потенциальным элитам — потенциальным носителям доблести и долга, избавленным от необходимости выживания (или ко всем — как к потенциальным элитам). И другой раз обращаясь к гуманитарным технологам, средой искусства которых и являются культура, развитие, управление, строительство норм и языков.

Уже упомянутый о. Андрей (Кураев) в работе «Как бороться с терроризмом без спецназа» видел корни террора в России в сохраняющейся «красной» знакоткани окружающей среды. «Советская школа из поколения в поколение передаёт восхваление террористов, их героизацию. Пугачев и Разин, братья Ульяновы и Робеспьер, декабристы и бомбисты, санкюлоты и прочие преподносятся ею как образцы, достойные подражания. И эти школьные уроки трудно забыть — ибо они канонизируются топонимикой наших городов. Мы до сих пор ходим по улицам, носящим имена Ленина, Свердлова, Урицкого, Дзержинского, Пугачёва. У нас в каждом городе есть улица Розы Люксембург, но нет улиц Андрея Рублёва, или патриарха Тихона, или императора Александра Освободителя». Для о. Андрея предназначение России — нести «бремя белого человека» — вывод народов к Cвету из Египетской Тьмы. «Постоянное давление есть путь к миру. Военные операции уместны хотя бы потому, что только их успех может придать России в глазах чеченцев уважительный статус. Только сильному кодекс чести горцев разрешает сделать уступки или подчиниться» — таково отношение представителя Русской Православной Церкви к войне.

Советская школа из поколения в поколение передает восхваление террористов... Это трудно забыть

Враг внутри нас — так можно обозначить один из обертонов темы. У России нет союзников за рубежом — к этой мысли мы уже привыкли. «У России нет ни одного союзника внутри страны» — предстоит ли нам теперь привыкнуть ещё и к этой мысли? Можно ли в данной ситуации вообще что-то сказать на тему террора, не скатываясь в никому не нужный гуманистический пафос, и не внося свою лепту в и без того обширный фонд «разговоров в пользу бедных?», — пишет редактор сетевого сообщества менеджеров «И-кзекьютив» Алексей Гостев, продолжая линию необходимости сообщения людей и переописания культурных кодов. — «Сейчас мы во многом живём по несколько видоизменённым позднесоветским правилам. Мы остались частными людьми (частных людей древние греки называли идиотами, от idios «частный»)... Гораздо важнее, наряду с мобилизацией государства, начать выстраивать сеть поддерживающих его негосударственных структур внутри страны, и искать союзников в остальном мире». И снова поднимается вопрос о том, кому и зачем нужна Россия. Вопрос о Русском Мире.

И ВОЗВРАЩАЯСЬ К ВОЙНЕ

Комментируя выступление Президента, в частности объявление войны («Это — вызов всей России. Всему нашему народу. Это — нападение на нашу страну»), Борис Долгин на Полит.Ру пишет: «Что такое тотальная, полномасштабная война? Это предуведомление указания на то, что сил профессионалов заведомо не хватит. Если война объявлена всей стране, значит, каждый гражданин этой страны автоматически становится или солдатом, или работником тыла. Если в президентском Послании 2003 года к Федеральному Собранию звучали отчасти изолированно нотки «консолидации» и угроз, если в последний год повеяло мобилизационными проектами в экономике, то здесь чётко выдвинут лозунг мобилизации нации «перед общей опасностью». Причём мобилизации не кратковременной («такие войны, к сожалению, быстро не заканчиваются»)».

«У нас фактически военное положение, и мы находимся в кризисе. Один из философов сказал, что если народ выбирает личную безопасность, а не свободу, то он не достоин ни безопасности, ни свободы», — цитирует «одного из философов» Максим Дианов, генеральный директор Института региональных проблем на АПН.

В контексте текстов о терроризме начинают звучать Карл Шмитт («Теория партизана»), Эрнст Юнгер («Тотальная мобилизация»), Фридрих Ницше («Так говорил Заратустра»), Освальд Шпенглер («Закат Европы»). И нота этого звучания — предчувствие реквиема по современной Европе. Инфляция идеального даёт свои горькие плоды. И это естественный процесс вроде аристотелевского самозарождения мышей в куче мусора. Это вызов Искусству. Кстати, немецкий композитор Карл -Хайнц Штокхаузен говорил о том, что «самолёты, попадающие в башни Всемирного торгового центра, были последним произведением искусства».

Начинают сбываться неуслышанные предупреждения. Знакотканая реальность смешивается с плотью и кровью жизни. Глобализация делает далёкое и кажущееся эфемерным всё ближе.

О близком. Цитата из текста Псоя Короленко «Последний шанс. Памяти жертв террора»: «В трагедии 11 сентября есть один чрезвычайно символический эпизод. Когда пассажиры второго самолёта поняли, что стали заложниками, между ними возник спор — следует ли попытаться оказать сопротивление террористам. Люди разделились на два лагеря. Вероятнее всего, погибнем мы все. Но по крайней мере мы сохраним достоинство и будем знать, что до последней минуты делали всё возможное, чтобы спасти себя и других. Другие умоляли этого не делать. Стоит представить себе сам момент спора, и любой комментарий к нему покажется совершенной бессмыслицей. Существенно только решение».



[1] См. прошлый номер О-О — «Война. Боевые искусства. Тренинг».

Дата публикации: 17:05 | 05.10


Copyright © Журнал "Со - Общение".
При полном или частичном использовании материалов ссылка на Журнал "Со - Общение" обязательна.