Главная  |  О журнале  |  Новости журнала  |  Открытая трибуна  |  Со-Общения  |  Мероприятия  |  Партнерство   Написать нам Карта сайта Поиск

О журнале
Новости журнала
Открытая трибуна
Со-Общения
Мероприятия
Литература
Партнерство


Архив номеров
Контакты









soob.ru / Архив журналов / 2004 / Президент, семья, Русский Мир / Практика

Кадровый пасьянс-2008


Предсказать точный расклад невозможно. Но можно продумать схему.

Павел Малиновский
ИНИОН РАН
mal123@comtv.ru
Версия для печати
Послать по почте

Завершившийся в России избирательный цикл выглядит как интермедия президентской кампании 2008 года. Его подлинной интригой стал вопрос о преемнике Владимира Путина. Выборы президента осуществлялись как «операция прикрытия», были умело разыгранной партией в «кадровый покер», когда никто из непосвященных так и не угадал имя «джокера» - нового российского премьера. Означает ли это, что в «формуле власти» Великого инквизитора – авторитет, тайна и чудо – главным рецептом является сохранение тайны? Так или иначе, а о «наследнике-2008» думать сегодня отнюдь не рано.

ИГРА В КАРТЫ ПО-НАУЧНОМУ

Попытаемся разобраться с «механикой» номенклатурной игры в учетные карточки, которая на наших глазах превратилась в «кадровый покер». По аналогии с героями забавного фильма Луиджи Коменчини «Игра в карты по-научному», который шел у нас в первой половине 70х.

Итак, пост Президента, высшего должностного лица в государстве, - вершина организационной социализации любого гражданина России. И у этого процесса есть три взаимосвязанных механизма: политической, профессиональной и индивидуальной социализации претендентов. У «колоды» для игры в «кадровый покер», соответственно, оказываются три измерения.

Во-первых, статусы как измерение успеха интеграции претендента в доминирующую организационную культуру государственной машины. И четыре масти, позволяющие сыграть в «кадровый флэш», - это четыре организационной культуры, по Ч.Хэнди: культура власти, культура роли, культура личности и культура цели. С формальной точки зрения, успех определяется положением во властных институциональных структурах (поэтому кресло премьера - верный шаг к президентскому посту).  Однако повлиять на успех также  могут: инструментальный репертуар политика (овладение техниками административного принуждения, влияния на общественное мнение, распоряжения финансовыми ресурсами, разработки эффективных законов и оперирования экспертным знанием);  его потенциал личности харизматика, помноженный на «инстинкт власти»;  наконец, наличие Большего проекта – видения будущего страны, которое позволит мобилизовать ее жителей на сотворение чуда – возрождение России.

Во-вторых, социализация в тех или иных ситусах как показатель успеха адаптации претендента к культуре профессиональной деятельности. Напомню, что ситусы – это базовые типы современных профессиональных сфер деятельности. Белл в своем бестселлере 1973 года «Грядущее постиндустриальное общество» выделил два ряда ситусов: 1) институциональные (государственные бюрократические структуры, экономические  предприятия, армия, научно-образовательные комплексы и социальные комплексы); 2) функциональные (административные, технические, научные и культурные).  Если институциональные ситусы задают иерархию профессиональных занятий и видов профессиональных элит (высшие категории государственных служащих, бизнес-элита, научная и образовательная элита, видные общественные и политические деятели), например, с точки зрения пригодности  государственной службе, то функциональные ситусы определяют уровень и тип профессионализма претендента.

В-третьих,  габитусы (индивидуальное или уникальное сочетание конститутивных характеристик облика личности с интериоризованным набором диспозиций, структурирующих практические действия) обусловливают успешную идентификацию претендента с различными организационными позициями. Что позволяет рассчитывать удачно сыграть «роль джокера» в «кадровом покере». То есть органично соединить необходимое личностное амплуа политика («диктатор», «функционер», «визионер», «харизматик», «вождь») с соответствующим типом профессионализма – представителя свободной профессии (уникализация личности как основа профессиональной специализации) или массовой профессии (унификация профессиональной деятельности как основа индивидуальной специализации), парапрофессионала (универсальные умения и навыки для решения стандартных задач в различных сферах деятельности) или транспрофессионала (универсализация  профессионального мышления как основа комплексного, междисциплинарного решения уникальных проблем). Способность со знанием дела мигрировать из одной сферы деятельности в другую, обретая недостающие  профессиональные компетенции (хотя бы в лице членов своих команд транспрофессионалов), отличает политических лидеров - вождей новой формации,  носителей формирующейся организационной культуры сетевого общества – культуры модуля.

В зависимости от того, какой из механизмов организационной социализации оказывается ведущим, мы получаем представителей трех типов элит: 1) политической – ориентация на статусы; 2) функциональной – ориентация на ситусы; 3) духовной – ориентация на персональные и групповые габитусы. Какая из этих элит станет источником формирования высшего слоя правящей элиты в России по итогам избирательного цикла 2007-2008 годов?  Чтобы ответить на этот вопрос, обратимся  к ритмодинамике правящих элит.

РИТМОДИНАМИКА ПРАВЯЩИХ ЭЛИТ РОССИИ: ПЕРСПЕКТИВА 2008 ГОДА

Циркуляция правящих элит в России определяется имеющим цивилизационную природу трансформационным кризисом, в котором оказалась наша страна  в конце прошлого тысячелетия. Последствия этого системного кризиса (его открытая фаза пришлась на 1985 – 1999 гг.)  для правящих элит России таковы:

  • десакрализация власти и нарастающее отторжение от нее представителей духовных элит, которые группируются  в субэлиты;
  • деинституционализация государственных структур и потеря легитимности политической элитой, которая, в силу этих обстоятельств, превращается в квази-элиту;
  • депрофессионализация, которая, в первую очередь, затронула наиболее массовый  государственный сектор, и превращение значительной части функциональных элит в псевдо-элиты.

В результате политическое пространство России превратилось в место открытой или замаскированной схватки конкурирующих и/или конфликтующих контрэлит. Выстроенная за последние годы «вертикаль власти»  позволяет только «заморозить» эту ситуацию. В частности, за счет того, что выборы как механизм ротации элит в значительной степени становятся инструментом легитимации традиционного (бюрократического) подбора кадров, поскольку публичные процедуры отбора кандидатур на ключевые государственные посты не работают. И это блестяще подтвердила PR-акция с заменой премьера. Между тем без таких процедур весьма трудно преодолеть - в буквальном смысле слова катастрофические - последствия депрофессионализации всех слоев отечественных элит.

Задача  консолидации правящих элит России была сформулирована в послании президента В.Путина Федеральному собранию в 2003 году. Но решение этой задачи не самоцель; оно должно обеспечить повышение конкурентоспособности России на мировой арене. Проблема консолидации элит обусловлена внутренней, весьма противоречивой  институциональной динамикой российской государственности. С одной стороны, еще не завершена фаза распада (второй по счету за ХХ век дезинтеграции) Российской империи – универсального, по А.Дж.Тойнби, государства, наследником которого стал СССР, поэтому до 2007 года следует ожидать «имперские рецидивы» в политической жизни страны. С другой стороны, у СССР как государства-региона свой цикл жизни, фаза дезинтеграции которого реализуется в форме СНГ, что отнюдь не снимает вопроса (по крайней мере, в перспективе ближайшего десятилетия, пока  у власти во многих бывших союзных республиках еще остаются постсоветские элиты) о реинтеграции в новой редакции на евразийском пространстве государства-региона (его  зародыш – ЕврАзЭС), которое может стать одним из макрорегиональных центров формирующейся глобальной цивилизации – наряду с НАФТА и ЕС. С третьей стороны, у возникшей постсоветской российской государственности свой цикл жизни: с 1993 года, с принятием Конституции РФ, началась фаза ее институционализации; поэтому именно консолидированность правящих элит гарантирует безболезненность неизбежной корректировки текста Конституции в интервале 2005 – 2007 гг.

Действие перечисленных институциональных факторов задает структурные ограничения на организационные системы государственного управления. Между тем набор стратегических целей, сформулированный В.Путиным,  диктует одновременную адаптацию трёх моделей государственного управления: удвоение ВВП – неолиберальную модель, борьба с бедностью – патерналистскую модель, реформирование и модернизация армии – военно-мобилизационную модель. Но институциональные стереотипы российского империума, включая советскую модель управления, не совместимы с неолиберальной моделью (экстенсивное vs интенсивное ведение хозяйства); и, наоборот, небольшая, но достаточно бурная история постсоветской российской государственности пока еще не дала, к счастью, опыта применения военно-мобилизационной модели государственного управления. Эти различия в функциональной специализации правящих элит чреваты конфликтами, поскольку имеют весьма глубокие культурные различия  (культура рынка, культура клана, культура бюрократической иерархии). И для каждой из этих организационных культур на отечественной почве сложились субкультуры со своими принципами кадровой работы, соответственно: коррупция («Ты – мне, я – тебе»), блат («Ну как не порадеть родному человеку!») и номенклатура («Ты  начальник, я - дурак; я  начальник, ты - дурак!»). Конечно, можно принять политическое решение, какая из субкультур  для нас более значима в данный исторический момент, но реализация этого решения потребует энергичного проведения реформы государственной службы. То есть политической воли. Правда, политическую волю можно направить и на вытеснение этих субкультур. Но тогда эта реформа государственной службы должна быть демократической: и по форме, и по содержанию. И гражданская служба уж точно превратиться в «открытую книгу» для собственных граждан! Только в этом случае у нас появиться шанс на деле реализовать модель    партнерского государства, обеспечивающую органичное сочетание перечисленных моделей государственного управления. И, значит, консолидацию элит через их кооперацию, в том числе и с институтами гражданского общества.

Итак, мы выходим на проблему глобальных предельных идентичностей (конкуренция, конфронтация, консолидация и кооперация), которые, подобно своеобразным аттракторам, определяют структуру духовного поля формирующейся глобальной суперцивилизации. Конфигурации этих предельных идентичностей  - через  персональные и групповые габитусы – детерминируют практические действия. И миссия духовной элиты заключена в том, чтобы установить, какие из предельных идентичностей доминируют в конкретной глобальной, национальной и локальной ситуации.    Тем более что каждая из  этих предельных идентичностей предполагает  свою этическую систему с трансформировавшимися за последнее два столетия базовыми ценностями:

  • конкуренция – этика индивидуализма (свобода – эффективность);
  • конфронтация – этика конформизма (порядок – безопасность);
  • консолидация – этика коллективизма (братство – справедливость);
  • кооперация – этика гуманизма (равенство – солидарность).

Отсюда ключевой вопрос для духовной элиты в сложившейся глобальной цивилизационной ситуации: возможен ли паритет этих нравственных ценностей или конфликт между ними неизбежен? Иначе говоря, как возможен культурный плюрализм и толерантность в нашем мире? Конечно, это – идеалистическая позиция. Но она сама по себе свидетельствует о ситуации духовного выбора, сформулированной еще в 30 - 50-е годы прошлого века П.Сорокиным: завершается «чувственная фаза», в которой доминировал «экономический человек», и человечество либо вернется к «идеационной фазе» (господство конфессиональной системы ценностей), либо осуществит прорыв к синтезу новых идеалов («идеальная фаза», аналогичная эпохе Возрождения).  Это вызов духовным элитам в нашу эклектическую переходную эпоху. Как вылечить кризис цивилизационной идентичности, какие стратегии его разрешения выбрать (иначе говоря, какое сочетание предельных идентичностей должно доминировать в духовной атмосфере России)?  Способна ли цивилизация профессионалов, доминирующая сейчас в глобальном мире, к этому духовному синтезу (что само по себе предполагает решение уникальной проблемы транспрофессионалами), либо восторжествует религиозный фундаментализм, либо появятся принципиально новые трансфессиональные элиты. Россия испытывает жесточайшую потребность в духовной элите нового типа – трансфессиональной элите! Появится ли она в ближайшие годы?

Вернемся к современной ситуации в России. Курс президента В.Путина на сдвиг духовных доминант с конфронтации на консолидацию, с учетом доминирующей в мире предельной идентичности конкуренции и нарастающей тенденции к доминированию идентичности конфронтации, нашел свое выражение в трех приоритетных стратегических целях. Но возможно ли  сохранение стабильности чисто политическими средствами, если страну не объединит новая (или приемлемая для всех  - старая) коллективная идентичность? Способна ли политическая элита страны, не разрешив кризис цивилизационной идентичности, реализовать этот курс?  Причем следует учитывать, что ставка на консолидацию чревата в России нарастанием фундаменталистских, националистических и социалистических настроений. Вопрос в том, на основе какой организационной культуры произойдет эта консолидация элит, оказывается одной из ключевых проблем начавшегося второго срока президентства В.Путина. Культура роли требует жесткой формальной специализации, культура власти – централизации, культура личности – харизматического лидера, культура цели – проекта, чьи цели обеспечат объединение элит.

Есть ли альтернатива? Конкурентоспособность как важнейшее требование к новому российскому государству подразумевает, что адаптируемость к процессам глобализации может быть обеспечена за счет резкого повышения уровня профессионализма, активного включения России в глобальную профессиональную революцию (переход к транспрофессионализму). Отсюда, как предсказывал Д.Белл, - общий сдвиг в фокусах организационной культуры: со статусов – на ситусы.

Отсюда получаем ответ на вопрос: какой претендент может обеспечить консолидацию элит, способных повысить конкурентоспособность России? Тот, чья карьерная траектория связывает интересы представителей всех российских ситусов и различных российских регионов. Поэтому следует учитывать все  четыре карьеры претендента: служебную, профессиональную, деловую и публичную (общественно-политическую). Только так появляются шансы получить лидера-транспрофессионала, имеющего опыт эффективной деятельности в различных ситусах. Смена же типов профессионализмов выступает как динамический фактор циркуляции правящих элит, куда рекрутируются лучшие из лучших функциональных элит. Из каких ситусов возможен набор кандидатур?

В.Путин уже сделал ставки на «три карты». И  каждая из «карт» адресована соответствующей функциональной элите: военная реформа – административно-силовой; удвоение ВВП – экономической; борьба с бедностью – социальной. Но карта «в рукаве» - это, конечно, административная реформа (и в «прикупе» – начавшаяся реформа государственной службы). Кто победит из лидеров функциональных элит – у того появляются шансы стать Преемником.

Модель партнерского государства дает еще одну альтернативу. Нужна комплексная общероссийская программа действий, которая затрагивает все ситусы в России: 1) удвоение ВВП – экономику; 2) борьба с бедностью – социальный комплекс; 3) военная реформа – армию; 4) начавшаяся административная реформа – государственную бюрократию; 5) перманентно идущая реформа образования – ситус академической науки и образования. И реализация такой программы потребует кооперации сложившихся правящих элит.

Вывод: «Один в поле не воин», поэтому эффективность деятельности потенциального претендента на пост Президента непосредственно зависит от качества его команды. Учитывая масштабы нашей страны и сформулированных целей, это должна быть сетевая команда. Ее должны составлять лидеры-транспрофессионалы, способные контролировать ход реформ во всех ситусах и влиять на динамику предельных идентичностей в стране. Но что такое наша страна, если учесть воздействие трех вышеупомянутых циклов российской государственности?

Систематический ответ на этот вопрос подразумевает не только выяснение того, какова наша государственность, но и каковы территориальные пределы этой страны, что собой представляет населяющая ее этнокультурная общность и, наконец, на какой фазе цивилизационного процесса мы находимся? Очевидная взаимосвязь ответов на эти вопросы только усугубляет ситуацию. На ритмодинамку правящих элит в условиях деинституционализации государственной системы страны решающим образом влияют популяционные факторы - поколенческие и поселенческие. Поэтому территориальные, протоцивилизационные идентичности – цивилизации Суши и Моря – ключ к пониманию успеха «питерской группы»: Санкт-Петербург – столица Российской империи, построенная на «цивилизационном разломе», как «окно в Европу». Для «поколения детанте» (1951 – 1957 гг. рождения), с его ориентацией на ценности западной цивилизации, Питер оказался символом соединения России с Европой.

Продолжение статьи Павла Малиновского «Кадровый пасьянс-2008» –  в следующем номере


Добавить комментарий

Текст:*
Ваше имя:*
Ваш e-mail:*
Запомнить меня

Комментарии публикуются без какой-либо предварительной проверки и отражают точку зрения их авторов. Ответственность за информацию, которую публикует автор комментария, целиком лежит на нем самом.

Однако администрация Soob.ru оставляет за собой право удалять комментарии, содержащие оскорбления в адрес редакции или авторов материалов, других участников, нецензурные, заведомо ложные, призывающие к насилию, нарушающие законы или общепринятые морально-этические нормы, а также информацию рекламного характера.






Президент, семья, Русский Мир
Концепт
Дела, миры, герои
Дмитрий Петров
Президент и Русский Мир
Редакция «Со-Общения»
Россия: страна которой не было
Пётр Щедровицкий, Ефим Островский
Русский мiр
Ширхан Павлов
Контуры общей судьбы
Максим Шевченко
Другой миф
Виктор Осипов
Общее дело
Мария Син-Шэ
Со-Общения
Со-Общения
Практика
Право на Россию
Александр Неклесса
Кадровый пасьянс-2008
Павел Малиновский
Шанс подняться в полный рост
Вячеслав Игрунов
Всемирный цех кожевников...
Валерий Хилтунен
Социология белой кости
Рустам Рахматуллин
Деловой разговор 4
Ольга Муратова
Оперативный простор
"Письма с зоны" как предмет экспертизы
Евгения Абрамова
Новые тренды на коммуникационном рынке
Илья Кузьменков
Гуманитарные технологии в древнем Риме
Алексей Ширшов
"Русский мiр" в мире журналов
Дмитрий Петров
О Путине - Объективно
Андрей Большаков
Недостигшие
Лев Малахитов


e-mail: info@soob.ru
© Со-общение. 1999-2018
Запрещается перепечатка, воспроизведение, распространение, в том числе в переводе, любых статей с сайта www.soob.ru без письменного разрешения редакции журнала "Со-общение", кроме тех случаев, когда в статье прямо указано разрешение на копирование.