Главная  |  О журнале  |  Новости журнала  |  Открытая трибуна  |  Со-Общения  |  Мероприятия  |  Партнерство   Написать нам Карта сайта Поиск

О журнале
Новости журнала
Открытая трибуна
Со-Общения
Мероприятия
Литература
Партнерство


Архив номеров
Контакты









soob.ru / Архив журналов / 2004 / Индустрия восторга / Стратегия

Другой праздник


Михаил Эпштейн
культуролог, философ, профессор университета Эмори (Атланта, США)
russmne@emory.edu
Версия для печати
Послать по почте

Смысл национальных праздников несводим к досугу или развлечению, гораздо большее отношение он имеет к метафизической стороне бытия, к тому, что принято называть национальным духом. Сегодня мы, вероятно, стоим на пороге реформы в системе наших праздников, а значит?..

Мы попросили откомментировать предложения по замене российских праздников, выдвинутые Государственной Думой, автора, вошедшего в первую сотню Рейтинга социогуманитарных мыслителей России[1], в последние годы — профессора теории культуры и русской литературы университета Эмори (США) Михаила Эпштейна.

С радостью в России самый большой дефицит. Поэтому индустрия радости не только возможна, но заслуживает самых больших вложений! Радость следует отличать от удовольствия, которое может быть мгновенным, и от счастья, протяжённость которого — жизнь или значительная её часть. Радость — посредине; мне представляется, что это самая социальная из всех положительных эмоций. Радость хочется делить с другими. «Радость, пламя неземное, / Райский дух, слетевший к нам, / Опьянённые тобою, / Мы вошли в твой светлый храм. / Ты сближаешь без усилья / Всех разрозненных враждой, / Там, где ты раскинешь крылья, / Люди — братья меж собой. / ХОР: Обнимитесь, миллионы! / Слейтесь в радости одной!» (Из оды Ф. Шиллера «К радости»). В этом смысл праздника: такая радость, что хочется обняться с миллионами.

Что касается восторга... В понятии этом меня смущает именно изменённое состояние сознания, выгодное всем режимам власти. Восторг, ликование, экстаз — это уже чувства чрезмерные, эмоционально захлёстывающие, нетрезвые, поэтому их лучше переживать наедине или в очень тесном кругу, неизвестно, куда они занесут. В них есть зачаток оргийности и тоталитарности — в Северной Корее все только и делают, что ликуют. Тоталитаризм — гитлеровского, сталинского, маоистского, кимирсеновского толка — возможно, это и есть вариант индустрии восторга как эмоционально-политического опиума. Поэтому я предпочёл бы говорить не о восторге, а о радости, которая может быть тихой, спокойной, понимающей, трезвящей.

Праздник — это не только опьянение, но и наоборот, протрезвление от отупляющего, оцепеняющего хода буден. Радость способна и опьянять, и отрезвлять, поэтому она и составляет эмоциональную основу праздника. В радости я остаюсь самим собой, сохраняюсь как личность, тогда как восторг исторгает, уводит из себя. Восторженность легко переходит в агрессивность, это две стороны изменённого состояния сознания, когда притупляется чувство и своей, и чужой боли. Так и видишь сталинских вакхантов и вакханок, несущихся по широким полям и лесам родины, и терзающих на своём пути всех, кто чуть-чуть чужой. Если антоним радости — горе или страдание, то антоним восторга — трезвость, самообладание. А России как раз нужно стратегически совместить радость и трезвость, которые исторически в ней разъединялись: радость переходила в официозное ликование и оргиастический восторг, всё сметающий на своем пути, тогда как протрезвляло только страдание и горе.

На современном Западе, прежде всего США, праздник тоже несёт в себе черты потребительского восторга, как коммерческое мероприятие экстазаэксцесса, когда тратится и покупается больше, чем в обычные дни. России этого не избежать, но поскольку она только нащупывает свою систему праздников, ей пристало более трезвое отношение к этому судьбоносному выбору.

Индустрия радости не только возможна, но заслуживает самых больших вложений!

Праздники — это система метафизических вех и ориентаций нации, то, в чём она находит смысл своего бытия в истории. Скажи мне, что ты празднуешь, и я скажу, для чего ты живёшь. Праздник — то, что нация считает нужным обессмертить в своей жизни и чем обессмертить себя, с чем она готова предстать Богу. Поэтому нужно с особым вниманием отнестись к датам не только военных битв, но и научных открытий, художественных свершений, к датам рождения духовных водителей нации — Толстого, Достоевского, Пушкина, Вл. Соловьёва, Менделеева, А. Солженицына, А. Сахарова, Ю. Лотмана, С. Аверинцева... По мере созревания нации и её более глубокого вхождения в состав человечества роль духовных, так сказать, ноосферных праздников будет возрастать.

Праздник — выход из линейного хода времени, а значит, и надежда на его преодоление, подготовка к бессмертию. Праздник в идеале — это опыт бессмертия здесь и сейчас. Мой любимый праздник здесь, в Америке — День благодарения. Если уж заимствовать какие-то праздники у Америки, то именно этот, а не набирающий в России популярность Хэллоуин.

Будучи уверены, что «Бог любит Америку», большинство американцев каждое воскресное утро посещают церковь, но те же самые люди каждый субботний вечер проводят за фильмом или книгой «тайн и ужасов». Душа любит этот перепад темнот и озарений, да и сама природа так устроена Богом; «И был вечер, и было утро...» Вечером душа ищет смятения и мятежа, чтобы утром обрести надежду и просветление.

Поэтому и неудивительно, что самый чёрный праздник в американском календаре — Хэллоуин — приходится накануне Дня Всех Святых. Вся нечисть диким хохотом и плясками торопится отпраздновать свою преждевременную победу. Это единственный вечер года, когда можно пошататься по оживлённым городским улицам, и позволить себе некоторую развязность в обращении с ряжеными, поскольку развязность в благопристойном американском обществе сама является маской.

«Праздник всех чертей», которому отводится последний день каждого октября, чтобы ноябрь мог начаться «праздником всех святых», — вызывает у меня грустное воспоминание о России. Сейчас такой праздник там выглядит кощунственным. Нельзя праздновать чертовщину там, где она слишком долго правила всерьёз. Там «праздник всех чертей», начавшийся тоже в конце октября, затянулся на семь десятилетий.

Предложенные российской Думой поправки к системе праздников частич- но оправданны. Это относится, в первую очередь, к продлению до 5 дней Новогодья, когда празднуется сама смена времён, обновление мира, то есть яснее всего выступает архетипическая сущность праздника как вечного во времени. Можно и сократить Первомай до одного дня, небольшая потеря. А вот отмена празднования Дня Конституции — тяжёлый удар по правосознанию нации, которая находится в зачаточном периоде своего конституционного развития. Чествование основного закона страны — это праздник Закона как такового, его верховенства в жизни страны. Если День Конституции перестаёт отмечаться как праздник, это значит, что начинается явная или тайная подготовка к её пересмотру, что грозит стране новой эпохой беззакония. День Независимости России (12 июня) никак не может заменить Дня Конституции (чем оправдывают отмену последнего). Само понятие независимости в этом контексте нуждается в объяснении: от кого/чего освободилась Россия в этот день? Кроме того, независимость, как правило, достигается освободительной борьбой или революцией, тогда как Конституция имеет противоположный смысл, устанавливая твёрдый порядок жизни освобождённой нации. Свобода и закон — это два исторически взаимодополняющих, но не тождественных понятия.

Особо удивляет отмена Октябрьского праздника, точнее, перенос его на 4 ноября как день освобождения России от польских завоевателей. Спрашивается, почему тогда не от татаро-монгольского ига, или от наполеоновского нашествия, или от немецких захватчиков в пору Александра Невского? Это как раз и есть совокупность близкородственных исторических событий, которые могли бы праздноваться совместно в День Независимости России. А вот память Октябрьской революции, расколовшей народ и уничтожившей почти его половину, причём далеко не худшую, — эту память заменить нечем, она всё ещё кровоточит в русской истории и делает её столь трагической и грандиозной в сознании всего человечества. Преступно вычёркивать эту память из календаря. Другое дело, что название «День национального примирения и согласия» звучит как-то чудовищно политкорректно, точнее, издевательски, оруэлловски по отношению к Октябрю. Стоило бы, сохранив этот праздник 7 ноября, переосмыслить его как День Национальной Трагедии или как День Исторического Самосознания России, чтобы заострить катастрофический смысл Октября и последовавшей за ним гражданской войны (продолжавшейся и в 1930 году в форме «коллективизации»). Праздник 7 ноября — это катарсис исторической катастрофы, преодоление воли к самоубийству, очищение нации от разрушительных последствий внутренней розни — классовой или этнической.

Праздники — это система метафизических вех и ориентаций нации, то, в чём она находит смысл своего бытия в истории

Вместе с тем, реформа праздничной системы должна была бы коснуться и других её аспектов. Представляется необходимым учреждение двух новых сфер или типов праздничного самосознания нации.

Во-первых, это праздник частной собственности, праздник границ, разделяющих частные наделы и вместе с тем соединяющих их владельцев чувством добрососедства. Одним из важнейших праздников Римской империи был День Терминалий, когда освящались границы между частными владениями, когда соседи приносили жертвы мёдом и молоком Терминам — божест- вам границ, межевым столбам и камням, разделявшим границы владений. День терминалий приходился на 23 февраля, когда в СССР и наследовавшей ему РФ празднуется День Защитника Отечества. Происхождение этого праздника 23 февраля 1918 года окутано мглой исторических искажений и подмен, но не исключено, что он возник в опосредованной связи с римским оригиналом. Стоило бы вернуть 23 февраля его изначальный, более широкий смысл, отвечающий нынешнему этапу становления России как федеративного государства, где освящаются и охраняются не только имперские границы, но и границы составляющих империю провинций, областей, а также частных владений, — неприкосновенность частной собственности как таковой.

Наконец, ещё один праздник, которого и нам, и всему человечеству остро недостаёт в век ускоренного развития информационных технологий, ноосферы и всей умственно-творческой составляющей цивилизации — День интеллектуала.

У нас есть Дни шахтёра, милиции, авиации и так далее, но интеллектуальный фактор практически всех достижений современности, вступающей в эпоху искусственного разума, остаётся непризнанным. В России, где исторически сильны традиции антиинтеллектуализма, недоверия к разуму и рациональности, было бы стратегически важно утвердить значимость разума в исторических свершениях и перспективах страны. Лучшая календарная дата для празднования Дня интеллектуала, как представляется — 21 апреля, — дата, находящаяся между днями рождения Гитлера (20.04) и Ленина (22.04), двух тоталитарных вождей и чемпионов ненависти к интеллектуалам и интеллектуализму.

День интеллектуала может стать Днём противостояния любым формам тоталитаризма: левым и правым, коммунистическим и фашистским, ибо именно разуму, как говорил Паскаль, более всего свойственно недоверие к себе, склонность к рефлексии, самоанализу и самоограничению.


[1] См. «Со-Общение» 2004, №9 («Интеллектуальная мобилизация»), с. 33-35.


Добавить комментарий

Текст:*
Ваше имя:*
Ваш e-mail:*
Запомнить меня

Комментарии публикуются без какой-либо предварительной проверки и отражают точку зрения их авторов. Ответственность за информацию, которую публикует автор комментария, целиком лежит на нем самом.

Однако администрация Soob.ru оставляет за собой право удалять комментарии, содержащие оскорбления в адрес редакции или авторов материалов, других участников, нецензурные, заведомо ложные, призывающие к насилию, нарушающие законы или общепринятые морально-этические нормы, а также информацию рекламного характера.






Индустрия восторга
Контекст
Новогоднее путешествие по радостным мирам
Дмитрий Петров
Гонцы эпох
Стратегия
Архитектура времён и коридоры турбулентности
Редакция «Со-Общения»
Другой праздник
Михаил Эпштейн
Игра, игрушка, восторг, экстаз
Дмитрий Пригов
Драгоценность Мерцания
Виктор Осипов
Тактика
Новый дом для новой династии
Григорий Ревзин
Уроки живой археологии
Ростислав Егоров
Сообщение есть путь сообщения
Ярослав Гузакин
Индустрии развлечений в России нет?
Валерий Смирнов, Сергей Калиновский
Россия, вперёд!
Александр Чернов
Предновогодние медиазабавы
Ольга Муратова
Сообщения
«Белое крыло» взлетает над Уралом
«Хрустальный апельсин» на Урале стартует в третий раз
Гу-вшэ — 12 лет!
Бренд — двигатель инновации
Лучший русский роман написал Василий Аксёнов
Форум будущего: шаг в сторону языка
Пятая prоба: вброс креативного адреналина
Non/fiction: альтернативы и перспективы
Оперативный простор
Торжество неадекватности
Андрей Левкин
Террор и власть
Рифат Шайхутдинов
Русский образ за границей
Денис Перепелицын
Ребрендинг Германии
Анна Бражкина
Песни, стихи и танцы войны и примирения
Роберту Леал Рамуш Монтейру «Нгонго»
Проектные мотивы корпоративных симфоний
Анна Рыжова
Всемирная история тренингов
Чёрный Охотник Бюро эффективной истории
«Pr на 100%»
Почаще навещайте парки своего детства
250 микрограммов


e-mail: info@soob.ru
© Со-общение. 1999-2018
Запрещается перепечатка, воспроизведение, распространение, в том числе в переводе, любых статей с сайта www.soob.ru без письменного разрешения редакции журнала "Со-общение", кроме тех случаев, когда в статье прямо указано разрешение на копирование.