Постоянный адрес сатьи http://soob.ru/n/2004/12/s/3


Архитектура времён и коридоры турбулентности

С Новым годом!
В сентябрьском номере в редакционных тостах мы писали: «Странное время для тостов?.. Самое время. Поэтому мы публикуем тосты — тексты, предназначенные связывать и вдохновлять». А когда приходит пора, мы поём реквием по уходящему году, перекладывая тосты на новогодние мотивы. И поднимаем бокалы! Но, возможно, этот номер попадёт к вам уже после того, как празднества завершатся. Тем не менее — наши поздравления. И последняя редакционная статья 2004 года.

Тайм vs фри-тайм

Неумение управлять свободным временем обычно для людей — утверждает профессор бизнес-школы INSEAD (Франция) Манфред Кетс де Врис в книге «Уравнение счастья». «Не важно, чем вы увлекаетесь — рыбной ловлей, наблюдением за птицами, разведением роз или такими вещами, как спуски на горных лыжах по целине. Любое хобби вносит в жизнь элемент игры, усиливает творческую активность...», — пишет г-н де Врис. Другой теоретик менеджмента Питер Дракер также призывает задуматься о свободной от карьеры деятельности.

Занятно: есть масса тренингов и курсов тайменеджмента, но то, что касается управления свободным временем, даже не имеет имени! А значит, не существует. Поэтому мы придумали слово «фритайменеджмент[1]».

Чем оно полезно русским корпорациям? Сила компании во многом зависит от энергетики персонала, особенно жителей верхних этажей, наиболее обременённых ответственностью.

Представим себе фритайменеджера, обходящего территорию досугов и советующего, где можно отдохнуть не только дорого (или — недорого), но и полезно, интересно. Через Интранет, корпоративные медиа, лично. А если таких мест не обнаружится? Не беда! Ведь проблема — это ресурс: собираются, скажем, фритайменеджеры пяти корпораций и проектируют кафе, клуб, центр досуга, вовлекающие в своё пространство пять (!) населённых капиталов. Без рекламы, без сверхзатрат, без пиара — фритайменеджеры строят транскорпоративную связность.

Власть досуга

Вопрос о восторге в околопраздничное время далеко не праздный. Как и вопрос свободного времени. Тем более, что один из китов новой экономики — именно сектор досуга, принадлежащий успешному, т.н. «праздному» классу. Издавна наличие досуга, по-гречески skole (отсюда школа, school), было атрибутом аристократии, элит, на что указывал консультант Александра Македонского великий Аристотель. Поэтому образование — элитарно, ведь оно требует ресурсов свободных от забот о выживании. Образование — paideia — у греков перекликалось с paidia — забавой, игрой: играя, соревнуясь, они лепили своими умными телами образ Европы.

Элита в пространстве досуга обретает свободу, дающую место и подпитку развитию и образованию. В одном измерении элит — окрыление роскошью, в другом — обременение рисками. Риск и роскошь, собственность и свобода — дуэты. Обременения — те же крылья: обретая размах, они дают элитам возможность движения по родовым траекториям, а также — удержания своей статью, осанкой вертикали предназначения.

Длинные воли родов прочерчивают временные параллели, меридианы и полюса, вступая в борьбу с однородным, уходящим в никуда временем. Складки и узоры времён отражаются в каменных песнях — замках и кремлях, устремлённых к звёздному небу. Размечая земли замками, династии бросают вызов тотальности прожорливого Хроноса.

Греки знали двух владык времени — Хроноса и Эона. Первый восстал против своего отца, за что был обречён породить монструозных отпрысков — демонов раздора, обмана и уничтожения. Ужаснувшись, он пожрал их, положив начало хищному времени. Хронос поглощает будущее и извергает его в прошлое. Эон — наоборот: порождает время, обитая в настоящем, здесь-и-сейчас. Время Эона разрывает паутину однородной обыденности через отторжение себя в событие, восторг, пульсацию мгновений вечности.

Исцеление от слепоты

Некогда научные авторитеты сказали, что время равномерно. Этим воспользовались лидеры контрэлитных проектов — все стали якобы равны, ведь время и пространство были объявлены однородными! Время стало физическим, пересчитываемым, и, изъятое из пространства самоощущения и истории, заморозилось в тике миллионов часов: ячейка восторга и события в матрице культуры была запечатана.

Событие восторга, экстаза частично сместилось в зону ИСС — изменённых состояний сознания. Их отличие от восторга в том, что после выхода из ИСС, как правило, происходит возвращение в тот же самый мир, требующее повторного сеанса. Это относится не только к психоактивным веществам, но и к тренингам, экстремальным видам досуга, вообще событиям как таковым, чуткость к которым в культуре утеряна. Восторг — бонус за усилие, направленное к полноте жизни, а не приобретения. «Вопрос в том, чтобы...научиться жить событием — ничего не гарантирующим... Единственный способ победить терроризм — лишить его привилегии представлять собою событие», — писал Владимир Малявин в «Зазеркалье кривых зеркал»[2].

Слепота к событию и восторгу имеет причинами и страхи: восторг — это всегда риск вертикального действия. К тому же понятия восторга и радости омрачены лозунгом гитлеръюгенда «сила через радость» и жупелом сталин ского тоталитаризма. Но если вооружиться длинной исторической памятью и повернуться к будущему, эти понятия окажутся прекрасными и удивительными, как и та реальность, которую они схватывают. Пора, пора смотреть вперёд...

А оглянувшись вокруг, мы увидим «восторженных» оранжевых революционеров. «Подъём» и «ликование», царящие в Киеве, «восторженные лица людей в оранжевой униформе» — что это как не продукт «индустрии восторга», что это, как не инструмент ГТ-операции нового витка одной из холодных войн? Но восторг ли это? И к чему ведут эти настроенческие турбулентности? Велик соблазн связать такие наведённые настроения с «красным проектом». Но лучше вспомним другие истории, например, создание Америки: антропотоки вдохновлённых яркими проповедями истовых пуритан, плывущих к строительству земли обетованной, или предприимчивых путешественников, стремящихся к Эльдорадо — Стране Чудес.

В ходе украинского кризиса обвинения в манипуляциях массовым сознанием адресовались обеим сторонам. Политтехнологам приписывались демонические черты и страшные инструменты манипуляции, например, НЛП. Однако эта психотехнология создавалась как терапия, в лечебных, созидательных целях! И транс[3] (он же — ИСС) — это эмоциональное пространство перехода к другому состоянию, где восторг служит энергийным ресуром развития. Это непросто — сообщить людям восторг, дать им уловить пульсации вечности, воспринимая их как вешки-тренировки на жизненном пути. Встраивание (так можно перевести слово «индустрия») восторга в жизнь неизбежно требует гуманитарно-технологического вторжения.

Как бы то ни было, сотрудники Виктора Ющенко больше преуспели в сообщении состояния восторга избирателям, чем сподвижники Виктора Януковича. Этим, во многом, объясняется столь массовая «оранжевая мобилизация».

С другой стороны, сам «апельсиновый вождь», похоже, отдался восторгу в той же мере, что и его сторонники (вспомним ряд его почти истерических поступков, вроде принятия присяги). Между тем, подлинный лидер, элитарий, — обязан владеть сложным мастерством: погружаясь в восторг вместе с ведомыми, в то же время сохранять ясное видение ситуации и себя в ней, способность управлять людьми в трансовом пространстве перехода, давать команды, побуждающие к конструктивным действиям.

По следам прошлых номеров — в новые

Тема восторга и события, как и индустрии свободного времени, противостоит теме страхов и ужасов, фобий и террора. Обратите внимание: «ужасистские» диверсии совершаются в базовых пространствах управления: это пути и узлы сообщений (вокзалы, метро, самолёты), оазисы новой экономики (Всемирный торговый центр), образовательные среды, среды человеческого воспроизводства (школы, роддома) и территории досуга («Норд-Ост», «Крылья»). Инъекции ужаса/террора обессиливают сообщества.

Мы видим свою задачу в сообщении сообществам силы. «А это, — писал Ефим Островский в номере «Индустрия развлечений», — уже касается развития общественных связей — развития связности общества... Индустрия вовлечений — это ещё одна сторона гуманитарно-технологической индустрии, работающая с развитием... общественной (гуманитарной) связности».

В этом номере мы, опираясь на слова людей, занимающихся управлением инвестициями в индустрию свободного времени, делаем акцент на важности слов, как инструментов деятельности. Перед вами — данные к размышлению и для нас, и для вас, версии переводов: entertainment — буквально между-держание, divertissement — отклонение, amusement — вмысливание, всматривание.

Дискурс элит

В уходящем году мы начали разговор об элитах, аристократии, династиях.

Складывание элит потребует трудов. В России — «стране, которой не было» — они ещё только возникают, существуя пока как возможность. Состоится ли она? Длинная воля, способность обременять себя ответственностью за движение вперёд — неотъемлемые качества элит. Главы, владельцы, топ-менеджеры корпораций, потенциальные родоначальники — аристократы первого поколения, зачинатели и продолжатели русских родовых дел. Лидеры — люди, принимающие решения; владельцы капиталов. И их окружение — соратники, советники, друзья, жёны, дети, гувернёры, водители, охранники, тренеры (в том числе тренеры боевых искусств холодной войны), семейные (корпоративные) юристы, врачи[4]... Стейк- и шеар-холдеры[5]. Один раз семья — это род, а другой — метафора корпорации, населённого капитала. Живые метафоры корпорации/семьи — японские фирмы, южнокорейские чеболи, кланы Рябушинских, Смирновых (живущих ныне в чистом бренде), Гучковых, Гуччи, Рокфеллеров, Круппов.

Осанка, которую необходимо держать. Стать, статус, состояние — привилегия аристократии, становящейся собой через ставки — рисковые и ответственные. Чтобы жить и действовать, элитам нужна энергия. Это слово, введённое Аристотелем, употребляется в значения «воля; сила; мощь; харизма[6]».

Безличная мифическая сила, разлитая в мире, мифологическим мышлением называемая маной, орендой, вакандой. Мощь — словно бушующий ветер и волны. Всё зависит от паруса: куда личность направит безличную силу, туда и поплывёт. Владение силой ветра — это владение собой. Способность управлять парусом-позвоночником, отвечая на вызовы шторма. Чтобы начать движение, надо раскрыться перед силой ветра, открыть для себя подлинное и предельное, столкнуться с собой. Только чуткость к событию, восторгу, делает возможным сказ — высказывающееся о себе бытие.[7]

И снова — об индустрии восторга

Мы не подобрали аналог слова «восторг» в европейских языках. Хотя корень у него индоевропейский, образующий такие слова как трогать, trahere, отторгать etc. Поэтому тема продолжается. И ответ на вопрос: зачем восторг русскому языку и Русскому миру, возможно, продвинет проект «Русский Мир» в ответ на вопрос «кому нужна Россия?». Этим номером мы делаем второй шаг к раскрытию темы (и, собственно, к в-страиванию, вкультуриванию восторга). Дело за третьим. Предваряя его, заметим, что восторг тесно связан с языком-логосом — инструментом управления и гуманитарных технологий — а также — с роком/фатумом и проектной культурой.

Да здравствует 2005!


[1] Time management, англ. — управление временем, free time, англ. — свободное время

[2] См. «Русский Журнал» — www.russ.ru.

[3] В переводе на русский — «через».

[4] Читайте в номере «Консалтинг» («Со-Общение» № 3) статью Руфины Копыловой «Есть такая миссия — советы давать».

[5] Держатели ставок и акций.

[6] Греческое слово «харизма» – дар, благодать, – появившееся впервые в Евангелии (дословно: благая весть), образовано от haris – радость, ликование, восторг, красота, слава, честь, уважение

[7] См. редакционную статью номера «Интеллектуальная мобилизация. Игра. Фабрики мысли» («Со-Общение», 2004, №11)

Дата публикации: 15:03 | 27.12


Copyright © Журнал "Со - Общение".
При полном или частичном использовании материалов ссылка на Журнал "Со - Общение" обязательна.