Постоянный адрес сатьи http://soob.ru/n/2004/12/oi/16


Русский образ за границей

...идёт на смену угрюмой маске
Есть ли у России гуманитарно-технологическое обеспечение внешней политики? Имеется ли и у кого представление о концепции такого обеспечения? И если оно существует, то каковы цели его носителей? Наш журнал уже поднимал эти вопросы, имеющие прямое отношение к формированию в мире достойного образа нашей страны. И хотя о внятных ответах говорить пока рано, обсуждение продолжается...

РУССКИЙ ОБРАЗ ЗА ГРАНИЦЕЙ[1]

История вопроса

Коллеге привезли сувенир из Италии. Бокал украшала карта мира, где различимым шрифтом были обозначены Южная Америка, Северная Америка, Австралия. Но с Евразией возникла проблема — шрифт был такой мелкий, что между чуть видными словами «Европа» и «Азия» возникло пространство, куда аккурат поместилась «Россия»...

Этот подарок как метафора частично отражает отношение к нашей стране как к особой части света — таинственному пространству меж Европой и Азией, не имеющему вполне чёткой идентификации и дефиниции.

Холодный информационный фон вокруг России не новость для тех, кто хоть изредка читает зарубежную периодику, скажем, последние 150 лет. Просматривая иностранную прессу XIX — начала XX века трудно избавиться от впечатления, что где-то ты всё это уже видел. Причём — недавно, и, возможно, в той же газете.

Вот сообщение агентства «Ройтерс» от 1905 года по поводу русско-японской войны: «чувства, с которым руководящие лица русской армии относятся к представителям печати, составляют нечто среднее между отвращением и страхом». Или — газета «Таймс», 1921 год, «новость» из Стокгольма: «Союз шведских предпринимателей принял решение отказаться от участия в промышленных концессиях, выдаваемых в России. Решение вызвано заявлением Советов, что все споры между концессионерами и местными властями будут решаться в советских судах».

Вообще, примерно до второй четверти XIX века «тема России», за исключением официальных военно-дипломатических сообщений, в западной прессе почти отсутствовала. Интеллектуально-медийное осмысление её роли в европейской и мировой политике началось с момента выступления России в роли крупного геополитического игрока и повышения значимости экспорта её товаров, стратегически важных для Европы.

Элиты Запада, как правило, относились к России как помехе выполнению «цивилизаторских задач». При этом абсолютизм отнюдь не являлся главной проблемой, а, скорее, вершиной айсберга претензий к мощному и непредсказуемому соседу. Кстати, последнее определение проходит через множество журналистских материалов, посвященных России как прежде, так и сейчас. При этом сама по себе непредсказуемость не расценивается как слишком большая опасность, однако в совокупности с закрытостью процесса принятия решений и тенденцией к экспансии, при наличии мощных вооруженных сил она выглядела с точки зрения Запада достаточно опасно.

Отношение к России, по сути, не сильно изменились с того момента, как западные СМИ открыли для себя нашу страну. Яркий пример преемственности — фигура Дэвида Уортвода — человека совершенно современного, этакого либерального интеллектуала. Служа при посольстве Великобритании в Константинополе, он, собственно, и открыл для Запада Кавказ и «кавказскую идею». Отметим, что Уортвод был пионером в создании гуманитарных организаций и исследовательских центров, специализировавшихся на помощи «народам, находящимся в зоне агрессии». К числу его детищ можно отнести также журнал «Фри пресс», позднее переименованный в «Дипломэтик ревью». Не проводя прямых аналогий с современностью, процитирую отрывок из редакционной статьи журнала:

Западные журналисты всё ещё склонны рассматривать происходящее в российском истэблишменте сквозь призму «презумпции виновности»

«Стремление России подчинить Кавказ мы должны рассматривать как поход силы против права, совершенно не совместимый с законами цивилизованных наций. Проникновение России на Кавказ привело к упадку местных нравов, ибо моральные соображения редко влияли на её политику. Цивилизаторская миссия здесь принадлежит Англии, законному лидеру конституционной свободы во всём мире и могучему оплоту против деспотизма».

Сравните язык этой статьи с языком нынешних СМИ, и многое станет ясно. Впрочем, было бы несправедливо подводить мнение о России под штамп. Выводы, разумные и принимающие многоплановость «Русского вопроса», всегда звучали в западных СМИ. Однако для ёмкости анализа имиджа России за рубежом важно помнить, что отношение к стране, к культуре, к цивилизации определяется историей, традицией, мифологией её восприятия. Фраза «привычка — вторая натура» вполне актуальна, когда мы говорим об имидже России за рубежом.

КОШЕЛЁК И «ДЕМОКРАТИЧЕСКИЕ ЦЕННОСТИ»

Есть огромная разница между тем, как показывается российская действительность в деловых СМИ уровня «Блумберг ТВ» и «Уолл-стрит джорнал», и тем, что можно прочитать, например, в «Ле Монд» и услышать на «Дойче велле». Разница принципиальна: если в первом случае основной аудиторией являются люди, делающие деньги, или сопричастные к решениям, имеющим финансовые последствия, то во втором — это среднестатистический обыватель с развитой политической ответственностью. Когда речь заходит о деньгах, риторика упрощается. Рассуждения, не имеющие отношения к выгоде, теряют смысл. Россия по признаниям западных экспертов представляет собой рынок с более чем 140 миллионами потребителей, у которых наблюдается рост реальной заработной платы. И иностранному капиталу она интересна как место производства и сбыта своей продукции.

Энергетическая, металлургическая, пищевая отрасли нашей экономики — это широчайшие поля возможностей. Именно из России исходит более 25% сообщений, касающихся этих отраслей. Отдадим должное российским компаниям, многое сделавшим для своего продвижения на Западе. Практика их сотрудничества с зарубежными агентствами развития общественных связей при размещении на иностранных рынках ценных бумаг или приобретении производств за границей сегодня скорее правило, чем исключение. Попытки иных СМИ поднять тему «нечистоплотности» происхождения «русских денег» спокойно и без истерик нивелируются обстоятельными разъяснениями с гарантированной публикацией. Даже такие гиганты, как «Газпром» стараются оперативно реагировать на информационные «уколы» и предварять деловые поездки своих топ-менеджеров точечными брифингами для журналистов страны отбывания.

Диссонансом на фоне усвоивших принципы взаимоотношений с зарубежными СМИ частных компаний выглядят пока хозяйствующие субъекты со значительной долей государственного капитала. Их топ-менеджмент предпочитает общению с представителями иностранных деловых изданий веерную рассылку в отечественные региональные СМИ и газеты собственного производства. Осознание необходимости продвижения собственного имиджа за рубежом ими явно недооценивается.

Впрочем, позитивные оценки перспектив российской экономики в зарубежных деловых медиа были подвергнуты изрядным испытаниям событиями вокруг ЮКОСа. Была затронута «священная корова» западного менталитета — частная собственность, причём, что важно, в том числе и иностранных вкладчиков. Самый раскрученный за рубежом бренд оказался на грани краха, что незамедлительно получило отражение в информационном поле, где материалы, посвящённые ЮКОСу, всё ещё составляют примерно треть публикаций о нашей стране. Можно было бы надеяться, учитывая заинтересованность Запада в экономическом потенциале и ресурсах России, что тема канет в Лету вместе с ЮКОСом, однако проблема гораздо сложнее.

Ситуация осложняется тем, что традиционно контакты России с Западом строятся на взаимоотношениях с руководителями крупных европейских стран и США. В то же время, одной из особенностей современной западной политики является падение политического веса лидеров отдельных государств на фоне роста влияния надгосударственных институтов — ПАСЕ, ОБСЕ и других. А для них в свою очередь экономические расчёты являются факультативными по сравнению с предъявляемыми России «демократическими критериями». И дело ЮКОСА, что касается ситуации с правами человека, и антитеррористическая операция в Чечне, по их мнению, этим критериям не соответствует.

ПРОБЛЕМА ТРАНСПАРЕНТНОСТИ

Если попытаться обобщить причину неослабевающего негативного потока информации вокруг России в зарубежных СМИ, отбросив при этом определённую предвзятость в их оценке происходящего, неоднозначно воспринимаемые реформы по централизации власти, дело ЮКОСА и далее по списку, то в сухом остатке первопричиной этого негативного потока будет такой банальный недостаток, как нехватка информации о структуре политических решений и намерениях властей.

Да, и в США, и в Европе были случаи, когда самолёт останавливали на взлетной полосе стражи правопорядка, задерживали людей, которые пытались найти своё счастье в Бразилии или на Карибах (подальше от налоговых претензий фискальных органов), но при этом перед телекамерами стоял официальный представитель властей, который 24 часа в сутки объяснял, почему это произошло.

Если российские корпорации достигли впечатляющих успехов, добившись регулярного позитивного упоминания в деловых колонках западных СМИ, то наши политические элиты остаются на Западе информационной «terra incognita».

Отсутствие каналов для получения оперативного комментария с чётко обозначенной позицией по «неудобным» темам приводит к обращению журналистов к маргинальным источникам. Как правило, это критично настроенные, иногда малокомпетентные эксперты, а в худшем случае — подборки новостей из Интернета и российских газет в совокупности с собственными домыслами.

Если учитывать тот факт, что зарубежные журналисты всё ещё склонны рассматривать происходящее в российском истэблишменте сквозь призму «презумпции виновности», то перспективы вырисовываются не слишком оптимистичные. Российская политическая элита, оставаясь информационно закрытой для иностранных журналистов, является удобной мишенью для обвинений в авторитаризме и злоупотреблениях.

НАИВНЫЙ ЗАПАДНЫЙ ЧИТАТЕЛЬ

Наилучший имидж у нашей страны за всю её историю был в период так называемой «perestroyki» времён Михаила Горбачёва. Выводы из осознания этого факта позволяют с максимальной точностью определить причины нынешнего негатива в описании происходящего в нашей стране. И во многом эти причины лежат в факторе «не оправдавшихся надежд», которые Запад возлагал на нас.

В книге «Билл и Борис» бывшего заместителя Госсекретаря США Строуба Тэлбота, курировавшего взаимоотношения с Россией, дано замечательное по своей точности описание того, с каким оптимизмом смотрел Запад на благоприятные для него — Запада — перспективы развития России в начале 90-х. Бывший дипломат отмечает гибкость и определённую уступчивость российских официальных лиц, и одновременно с этим — «настойчивые просьбы» к Госдепартаменту США выступить лоббистом в получении очередного кредита МВФ на развитие «демократических реформ». Политическая нестабильность и низкие экономические показатели тогда казались Западу обычной болезнью роста «молодой демократии». Постоянные уступки на внешнеполитических фронтах, начиная от Косово до расширения НАТО, воспринимались почти как должное, в виде своеобразной репетиторской платы за уроки для «молодых реформаторов».

Отчасти «учительский» тон, взятый западными официальными лицами в неофициальных беседах с российскими представителями, перекочевал и на страницы зарубежных СМИ. Подборки американской и британской прессы за этот период времени пестрят аннотациями и рекомендациями — от откровенно бредовых до вполне разумных: «как жить и что есть «российскому медведю». Однако августовский кризис 1998 года стал переломной точкой. Пришло осознание, что Россия слушала своих западных «друзей» вполуха или не слушала вовсе.

Образно выражаясь, Россию увидели в роли «ученика», которому оплачивали «дополнительные занятия», упорно вытягивая на «хорошиста», а он в результате «завалил» учебный год. Западная аудитория обманулась в своих ожиданиях, и тамошние медиа снова привычно вписали Россию в привычный штамп непредсказуемой страны с имперскими устремлениями, благо информационные поводы, играющие в резонанс этого определения, щедро предлагались политической действительностью в период с 1999 по 2004 год.

ПЕРСПЕКТИВЫ

Существует мнение, что Россия стала жертвой «заговора» зарубежных СМИ, которые якобы денно и нощно работают над дискредитацией её образа и в перспективе видят её на задворках европейской цивилизации. Рассуждающие таким образом забывают, что в отличие от многих отечественных СМИ, зарубежные газеты и телерадиокомпании зависят от своей аудитории и исходят в подаче информации из её предпочтений и привычек.

Западный читатель-телезритель не покупает одежду, произведённую в России; он редкий турист на наших просторах; его деньги вряд ли вложены в акции российских компаний. По большому счету, ему безразлично, что у нас творится, так как его лично это мало касается. В свою очередь, известно, что негативная новость куда активнее раскупается, чем позитивная. Спрос рождает предложение, отсюда уверенное лидирование России в рейтинге поставщиков «bad news».

Эта ситуация поддаётся корректировке при наличии политической воли и чёткой программы действий. Одним из основных её пунктов должно быть создание системы доверительных отношений и каналов общения с Западным экспертным сообществом. Ведь именно «фабрики мысли» формируют аргументационную базу, которая в дальнейшем используется СМИ. Сейчас, часто, не имея возможности черпать информацию из первоисточников, эксперты выдают комментарии и прогнозы, исходя из неверных представлений о происходящем в России. Именно поэтому так важна работа с элитами и экспертами.

Ещё одно условие, способное изменить ситуацию — это координация деятельности государственных органов, включая внешнеполитические мероприятия, направленные на удовлетворение «информационного голода» по темам, востребованным зарубежными СМИ. Лицам, принимающим политические решения, важно понять, что имидж их действий за рубежом есть прикладной предмет, с которым надо работать всерьёз.

P.S.

На очередном круглом столе на тему «Образ России за рубежом» редактор международного отдела уважаемой британской газеты заявил: «С трудом представляю себе, чтобы в Лондоне собирались французские и российские журналисты и рассуждали о том, как улучшить имидж Великобритании. Причина: мы уверены в себе, и точка». А в Москве иностранные эксперты собираются. Да, для нас это важно. Но не пора ли прислушаться к голосам российских мастеров, звучащим всё громче?

 


[1] Задача формирования адекватного образа России в мире ставится в статье Ефима Островского и Петра Щедровицкого «Россия — страна, которой не было» («Со-Общение» № 4, 2004). Там же подробно обсуждаются пути её решения.

Дата публикации: 15:57 | 29.12


Copyright © Журнал "Со - Общение".
При полном или частичном использовании материалов ссылка на Журнал "Со - Общение" обязательна.