Постоянный адрес сатьи http://soob.ru/n/2004/10/2/3


Мир: семь размышлений в мае 2003 года

Опыт диагностики

В прошлом году в «Со-Общении» был опубликован текст субкоманданте Маркоса «Мир: Семь размышлений в мае 2003 года»[1]. Маркоса по привычке причисляют к левым. И потому, быть может, странно видеть его эссе среди ключевых текстов журнала, продвигающего правую культуру. Однако, внимательно читая субкоманданте, сомневаешься в его левизне. Кажется, что некие силы перехватили его образ и используют его. При этом им неважно, кто он на самом деле. Ведь они уже назвали его субъектом левого проекта. Точно ли мастер поэттехнологий Маркос знает, кому и чему служит его образ?

Как бы то ни было, в этом образе он — идеологический оппонент «Со-Общения». Он — заодно с Наоми Кляйн. Заодно с теми, кто против брендов. Против капиталов и сильных, конкурентоспособных, амбициозных корпораций. Заодно с теми, чья жизнь — сплошной занудный протест и жалобы на то, что сильные эксплуатируют слабых, что всё плохо и единственный выход — отнять и поделить.

Но не попадает ли читатель в ловушку рефлекторной упаковки нового в отжившие стереотипы, надевая очки оппозиции «левое — правое»? Ведь если посмотреть на феномен Маркоса через другие категориальные сетки, прежний враг — Другой — станет Другом. Цитата из статьи Маркоса «Четвёртая мировая война началась»: «Если одновременно нет возможности иметь и разум, и силу, всегда выбирай разум, а силу оставляй врагу. Сила может помочь выиграть многие битвы, но всю войну... не выиграешь. Сильный никогда не сможет из своей силы высечь разум, а мы всегда сможем из разума высечь силу». Мы можем смело назвать нашим другом поэта-партизана, почти впрямую говорящего о войне тонких и грубых сил. И о своей приверженности первым. Как видите, техникой перехвата владеют не только наши идейные противники.

У субкоманданте можно научиться многому. Ведь его опыт — в чистом виде управленческий и гуманитарно-технологический. Ведя на протяжении многих лет бескровную войну (творчество против ракет), он её выигрывает. Владея языковыми искусствами и сохраняя верность убеждениям, с помощью ноутбука, порой подключаемого к глобальной Сети, он сообщает миру нечто важное. И мир слышит его. Рупор Маркоса в Европе — газета французских интеллектуалов Le Monde diplomatique — не так давно опубликовала статью о социальной политике, пенсиях, пособиях etc. В ней, между прочим, рассказывается, что пенсиям всего лишь сто лет, а политика поддержки малоимущих была создана после Французской революции новым классом буржуазии для привлечения рабочей силы во Францию. В Китае и во многих странах Африки пенсий нет и сейчас. К чему это мы про социальную политику? — К слову.

Проституирование политиканами общих целей и, как следствие, исчезновение политиков. Разрушение национальных государств. Тотальность логики финансового капитала. Деградация разномирности. Таковы ключевые проблемные зоны, на которые указывает Маркос. Виртуально полемизируя с мастером (или присоединяясь к нему?), мы спрашиваем: в чём цель прибыли? Мы говорим: финансовый капитал лишь часть целого. А в целом — что бы вы думали? — цели. Ну а распад national state? Всему своё время. Время рождаться и умирать. Хранить и менять. Очевидно, к примеру, что знаковые управляющие системы «Красного проекта» — эти призраки коммунизма — ещё бродят по ночам, бередя сознание людей, думающих и говорящих на русском языке. Сеть со-обществ которых называется Русским Миром. Миром среди миров.

На этом проза ставит точку. Добро пожаловать в мир поэзии.

От редакции

ВСТУПЛЕНИЕ

В то время как ветшают календари Власти и крупные медиакорпорации чередуют возглавляемые и организуемые мировым классом политиков фарсы и трагедии, внизу, у широкого и просторного подножия покачнувшейся современной Вавилонской башни, не прекращается движение. И хотя зачастую его голос походит пока лишь на невнятное бормотание, многие вновь обретают слово и способность быть зеркалом и стеклом. В то время как сверху диктуется политика разобщения, в подвале мира все другие находят себя и другого — того, кто, отличаясь, тоже другой и тоже внизу.

Участвуя в воссоздании слова-зеркала и слова-стекла, Сапатистская армия национального освобождения (САНО) вернулась к диалогу с общественными и политическими движениями и организациями мира. Сегодня мы обсуждаем с братьями и сёстрами... формирование новой повестки дня.

Речь не идёт ни о заключении политических или программных договоренностей, ни о попытке создания новой версии Интернационала. Задача — не в объёдинении теоретических концепций или приведении понятий к общему знаменателю, а в нахождении и/или создании тем для обсуждения. Речь идёт о строительстве теоретических и практических образов, которые могут быть видимы и ощутимы из разных мест.

В качестве вклада в эту работу САНО представляет настоящие размышления. Стремясь «застолбить» их в пространстве и времени, мы признаём свою теоретическую и практическую ограниченность, и прежде всего то, что нашему видению недостает глобальности. Но это наш первый вклад в создание мировой повестки дня. Мы благодарим мексиканский журнал «Ребельдия», предоставивший свои страницы для публикации этих размышлений, а также другие издания в различных странах мира, делающие то же самое.

ВОЙНА

В атмосфере постмодернистского стресса общества Власти война — это диван для отдыха. Катарсис смерти и разрушения улучшает самочувствие, но не лечит. Современные кризисы куда серьёзнее кризисов прошлого, поэтому радикальный выход из них — война, предлагаемая Властью, опаснее прежних войн. Глобализация — величайший в истории обман — отнюдь не оправдывает происходящее. Спустя тысячелетия после возникновения слова и вместе с ним — разумных аргументов грубая сила вновь занимает решающее место в истории.

В истории консолидации Власти человеческое сообщество превратилось в сосуществование. Война делает это ещё более очевидным. Схема пары «подчиняющий — подчинённый» определяет сейчас отношения внутри мирового устройства и стремится стать новым критерием «человечества» даже для самых разрозненных фрагментов планетарного общества.

Пустое пространство, оставленное государственными деятелями, сегодня заполняется управленцами и карьеристами. И в ситуации кажущейся капиталистической упорядоченности стратеги корпораций (уже не только читающие и старающиеся применять на практике Лао Цзы, но и обладающие ресурсами для выполнения необходимых передислокаций и маневров) предусматривают войны военные (наряду с войнами экономическими, идеологическими, психологическими, дипломатическими и др.) в качестве одного из элементов своей маркетинговой стратегии.

Рыночная логика (максимальная прибыль — всегда и любой ценой!) замещает традиционную военную (разрушение боеспособности противника). А в случае, если международное право этому мешает, оно или игнорируется, или попирается. Времена оправданий прошли, сейчас можно не придавать значения ни «моральным», ни «политическим» оправданиям войны.

Международные организации превратились в бесполезные и обременительные памятники прошлого.

Для общества Власти человек может быть либо клиентом, либо преступником. Для поощрения первого и уничтожения второго политики придают незаконному насилию Власти видимость законности. Война уже не требует законов, которые её «оправдали бы» или «признали бы правомочной». Достаточно лишь того, чтобы политики объявили её и подписали соответствующие приказы.

Если правительство Соединённых Штатов присвоило себе роль «полицейского» в Гиперполисе, следовало бы задаться вопросами: какой порядок оно стремится поддерживать? Чью собственность собирается защищать? Каких преступников будет преследовать? И какой закон даст ему право на подобные действия? То есть кто они — те другие, от которых должно защищаться общество Власти?

Для ведения войны нет худших командующих, чем профессиональные военные. Поэтому и раньше величайшими полководцами и истинными победителями в войнах (не сражавшимися на поле брани) были политики, государственные люди. Но если сегодня их больше не осталось, то кто же командует нынешней войной за мировое господство? Сомневаюсь, что кто-нибудь, находясь в здравом рассудке, будет утверждать, что войной в Ираке командовали Буш или Рамсфелд.

Таким образом, одно из двух — командуют или военные, или невоенные. Если это военные — результат можно будет увидеть очень скоро. Военный не остановится, пока противник не будет полностью уничтожен. Уничтожить его полностью, — значит, не нанести ему поражение, а именно уничтожить его, покончить с ним, ликвидировать. В этом случае выход из нынешнего кризиса — лишь прелюдия к кризису куда большему, кошмар которого просто неописуем.

Если же это не военные, то кто же? Можно ответить — корпорации. Логика корпораций обычно подавляет логику индивидуальную и заставляет её действовать в своих интересах. Как живое и разумное существо, корпорация дрессирует своих членов для движения в заданном направлении. В каком? К прибыли. При этой логике деньги направляются туда, где есть лучшие условия для быстрой, растущей и постоянной прибыли. Очевидно, что на этом пути рано или поздно одна корпорация сталкивается с другой.

Станут ли итоги иракской войны разрешением кризиса в отношениях между крупными корпорациями? Нет, по крайней мере в ближайшем будущем.

Продолжительность отвлекающего эффекта этого конфликта для претензий национального-государства-претендующего - стать-супернациональным равна времени рекламного ролика. «Мы уже победили Ирак, — скажут граждане Соединённых Штатов, — а теперь? Новая война? Где? Это и есть Новый Мировой Порядок? Война, ведущаяся везде и постоянно, прерываемая только рекламными объявлениями?»

КУЛЬТУРА

Бессильно свалившееся на диван войны общество Власти перебирает свои комплексы и страхи. У них множество имён и лиц, но есть один общий знаменатель — другой. До глобализации этот другой находился где-то очень далеко во времени и пространстве, но сейчас хаотическое строительство Гиперполиса привело его сюда — на «задний двор» общества Власти.

Культура другого становится ненавистным зеркалом. Но не потому, что отражает власть во всей её алчности и жестокости, а потому что рассказывает историю другого. Другой не только не зависит от навязываемого ему извне «я» Власти, но и обладает собственной историей и достоинством, даже не подозревая о существовании этого «я» или о его возникновении в будущем.

В обществе Власти за маской личного успеха скрыто поражение человека в его искусстве жить вместе с другими, в его коллективной сущности. А маска, в свою очередь, скрывает тот факт, что успех стал возможен за счёт разрушения другого, коллективного существа. В течение десятилетий в воображении Власти слово «коллективное» отождествлялось с такими понятиями, как «злое», «незаконное», «ненавидящее», «жестокое», «беспощадное». Другой — это облик восставшего Люцифера из новой Библии Власти (проповедующей не искупление, но подчинение), поэтому необходимо вновь изгнать его из рая. Вместо пылающего меча — крылатые ракеты.

Настоящее лицо другого — это его культура. Язык, верования, ценности, традиции, история создают коллективное тело народа, позволяют ему отличаться от иных народов и, исходя из этого отличия, общаться с ними. Нация без культуры — это нация без лица: без глаз, без ушей, без носа, без губ... и без мозга.

Разрушение культуры другого — самая полная форма его уничтожения. Грабёж культурных сокровищ Ирака не был результатом недосмотра со стороны оккупационных войск. Это была боевая операция. Тираны... всегда прилагали особые усилия к разрушению культуры.

Культура — одна из немногих вещей, до сих пор поддерживающих жизнь в национальном государстве. Уничтожение культуры станет контрольным выстрелом. И никто не придёт на похороны. Причём не из несознательности, а из-за нехватки «рейтинга».

ПОЛИТИКА

Неужели больше нет национальных целей, способных объединить полисы, нации, общества? Или не осталось политиков, способных провозгласить эти цели?

В недоверии к политике (хотя это уже нечто куда большее, чем просто недоверие) проявляется всё больше элементов осуждения и ненависти. Рядовой гражданин всё чаще начинает переходить от безразличия к суете политиков, к осуждению, принимающему всё более «выразительные» формы. «Стадо» сопротивляется новой логике.

Вчера политик определял общую цель. Сегодня пытаясь делать то же самое, он терпит поражение. Почему? Может быть, потому, что он добился собственной дискредитации? Или, точнее, проституировав цель, он, в ещё большей степени, проституировал политику как вид деятельности.

Не способный воспринять реальность, как точку отсчёта, современный политический класс создаёт себя из голограммы, размеры которой отвечают не масштабам его стремлений, а размеру календаря. Деревенский староста желает править городом, провинцией, нацией, миром... Дело лишь в том, что его сегодняшний день решается в деревне... и придётся ждать ближайших выборов, чтобы сделать следующий шаг.

Если прежде у национального государства была возможность «видеть дальше» и создавать условия, необходимые для того, чтобы капитал производился «ин крещендо» и получал помощь в преодолении своих периодических кризисов, разрушение основ национального государства больше не позволяет ему справиться с этой задачей.

Общественный «корабль» терпит крушение, и проблема не только в нехватке подходящего капитана, но и в том, что кто-то украл штурвал и его нигде невозможно найти. Если деньги стали динамитом, то подрывниками были политики. Разрушив фундамент национального государства, политический класс разрушил и основу своего существования. Сегодня всемогущие политические атлеты, не веря своим глазам, глядят на недалёкого торгаша, не имеющего понятия об искусстве управления государством, который даже не победил, а просто заменил их.

Традиционный класс политиков не способен восстановить основы национального государства. Как хищная птица, он довольствуется кормёжкой за счёт грабежа стран и роется в грязи и крови, на которых строится империя денег. Пока он откармливается, бог Денег ждёт его за столом... в виде блюда.

Свобода рынка перетерпела удивительную метаморфозу: ты свободен выбирать, в какой торговый центр пойдёшь, но магазин и марка продукта всегда будут одними и теми же. Старая сказка о свободе, проистекающей из тирании торговли, «свободы спроса и предложения», превратилась в ничто.

Основы «западных демократий» подорваны. А на их обломках проводятся предвыборные кампании. Избирательная пиротехника вспыхивает так высоко, что не может осветить руин того, что некогда называлось политической деятельностью.

Точно так же основа деятельности правительств — государственные соображения — уже никого не интересует, их место занято соображениями рыночными. Зачем нанимать на работу политиков, если маркетологи понимают новую логику Власти гораздо лучше?

Политик, то есть профессионал в вопросах государства, был заменен управляющим. В результате государственное видение дел исходя из чисто рыночной логики кажется полным безумием (управляющий — это вчерашний приказчик, глубоко «убеждённый», что успех фирмы — его личный успех), и горизонты сужаются и снижаются во всех своих измерениях.

Парламентарии уже не создают законов. Это делает «лобби», состоящее из помощников и советников.

Сироты и вдовцы — традиционные политики и их интеллектуалы — чешут шевелюры (у кого они остались) и пытаются придумать новые алиби, чтобы предложить их на рынке идей. Но там слишком много продавцов и не видно ни одного покупателя.

Обращение к классу политиков с предложением стать «союзниками» в борьбе сопротивления стало бы неплохим упражнением по... ностальгии. Такое же обращение к неополитикам — симптом шизофрении. Там, наверху, делать совершенно нечего, разве что создавать видимость того, что, может быть, что-то ещё возможно.

Но есть люди, которые заняты тем, что сначала придумывают существование штурвала, а потом пытаются занять за ним место. Есть те, кто его ищут, уверенные, что он лежит брошенный где-то рядом. И ещё есть те, кто делает из острова не убежище для самолюбования, а корабль, плывущий чтобы встретиться с другим островом, и другим, и другим...

СОПРОТИВЛЕНИЕ

Кризисы наступают раньше, чем приходит их осознание, но размышления о последствиях или выходах из этих кризисов превращаются в политические действия. Массовое небрежение классом политиков — это не отказ от занятия политикой, а лишь отказ от определённой формы делания политики.

Если сегодня на крайне ограниченном горизонте календаря Власти не виден никакой новый способ делания политики, то это совершенно не значит, что его не существует, что он не рождается в немногих (или многих) секторах различных человеческих обществ нынешнего мира.

Всегда и все сопротивления казались бесполезными не только накануне, но и во время самых глубоких ночей отчаяния. Но парадокс времени в том, что течёт оно в нашу пользу. Если мы способны в это поверить.

Могут рухнуть многие идолы, но, если поколения сохранят и укрепят свою решимость, победа сопротивления окажется возможной. У неё не будет конкретной даты и торжественных парадов, просто возможности аппарата, превращающего собственный механизм в проект нового порядка, в какой-то момент полностью истощатся.

Я не проповедую пустую надежду. Я лишь хочу, чтобы мы все вспомнили мировую историю, а в каждой из стран — историю национальную. Мы победим не потому, что это наша судьба, и не потому, что так написано в соответствующих повстанческих или революционных библиях, а потому, что мы работаем и боремся ради победы.

Для этого необходимо чуть-чуть уважения к другому, который со своей, другой стороны, сопротивляется тому же. И побольше скромности, чтобы помнить, что у этого другого нам всегда есть чему научиться. И мудрость, чтобы не копировать, а создавать собственные теорию и практику, в которых не будет высокомерия, которые смогут признать ограниченность наших собственных горизонтов, но будут содержать инструменты, необходимые для их расширения.

Задача не в укреплении сегодняшних идолов, а в том, чтобы работать ради мира, где идолы будут служить лишь для того, чтобы на них гадили птицы.

Мир, в котором поместится множество сопротивлений. Не интернационал сопротивления, а многоцветное знамя, музыка из множества разных мелодий. И если сегодня в её звучании немало диссонансов, то только потому, что календарь тех, кто внизу, пока лишь начинает создание партитуры, где каждая нота найдёт своё место, свой объём, и главное — свою связность с другими нотами.

2003, №№7--8, 9, 11


[1] Текст печатался с сокращениями. Перевод Олега Ясинского, собкора журнала в Латинской Америке.

Дата публикации: 05:23 | 04.11


Copyright © Журнал "Со - Общение".
При полном или частичном использовании материалов ссылка на Журнал "Со - Общение" обязательна.