Главная  |  О журнале  |  Новости журнала  |  Открытая трибуна  |  Со-Общения  |  Мероприятия  |  Партнерство   Написать нам Карта сайта Поиск

О журнале
Новости журнала
Открытая трибуна
Со-Общения
Мероприятия
Литература
Партнерство


Архив номеров
Контакты









soob.ru / Архив журналов / 2004 / Новые языки нового мира / Практика

Ошибка эксперта


Порой она сродни ошибке сапера

Евгения Абрамова
заместитель руководителя информационно-аналитического отдела Аналитической дирекции «Первого канала»
abramova @ortv.ru
Версия для печати
Послать по почте

Результаты выборов в Думу разошлись с прогнозами. Причем расхождения касались всех без исключения политических партий. Фонд эффективной политики и Центр политической конъюнктуры дали «Единой России» и блоку «Родина» меньше процентов, чем те получили, а КПРФ - больше. СПС и «Яблоко», по прогнозам, преодолевали пятипроцентный барьер. В чем же причина несовпадения прогнозов с результатами и можно ли назвать такой прогноз ошибкой экспертов ?

ЭКСПЕРТНОЕ ВЫСКАЗЫВАНИЕ

В 2003 году работали две открытые («Открытый форум», «Гражданские дебаты») и три закрытые (Совет по национальной стратегии, Экспертный клуб «Первого канала», «Консервативный клуб») главные площадки, где эксперты обсуждали политическую ситуацию в России и в мире и выступали с прогнозами. При этом большинство заседаний было посвящено парламентским выборам. Выступления оформлялись в виде высказывания одного участника на заданную тему (это важно отметить, так как здесь речь идет не только о цитировании экспертного мнения СМИ, но и о развернутом высказывании, сохраняющем внутреннюю логику выступающего).

При обращении к значительному массиву экспертных выступлений по предвыборной тематике, включающему также и открытые экспертные доклады/записки, обращает на себя внимание непрерывное проговаривание электоральных и идеологических особенностей политических партий. Это говорит о том, что экспертам было важно вновь и вновь обозначать смутно различимый «портрет» избирателя-2003 (и партийного избирателя в частности), определяя место партий на «лево-правой» шкале. Редкий эксперт обходился без этих критериев при прогнозе исхода выборов.

В то же время электорат и идеология, по мнению тех же экспертов, не относятся к факторам, обладающим наибольшей значимостью и оказывающим максимальное влияние на исход выборов.

Согласно опросу Центра стратегического анализа (Дмитрий Ольшанский), в качестве наиболее важных факторов «эксперты устойчиво оценивают финансовые ресурсы партий, поддержку со стороны СМИ, известность названий и харизматичность лидеров... Ниже всех оцениваются три других параметра: креативный потенциал штабов, известность и популярность программ и электоральный ресурс, то есть готовность избирателей голосовать «за» ту или иную партию»» («Открытый форум», 08.04). В пояснении Дмитрий Ольшанский указывает на несоответствие между «экспертным видением» и «реальной политикой», «электоральной поддержкой». Различия дают о себе знать, когда речь заходит об оценках предвыборной ситуации и прогнозах итогов выборов. Остановимся на электоральной поддержке. Два высказывания.

Юрий Коргонюк (ИНДЕМ): «КПРФовским можно считать лишь половину нынешнего электората Компартии — те самые 12%, которые она получила на выборах 1993 г. Это так называемой традиционалистски (имеется в виду советский традиционализм) настроенный бюджетополучатель. Данная часть электората будет верна КПРФ до конца.

Что касается оставшейся половины, то ее составляют тоже бюджетополучатели, но несколько другого свойства — в том смысле, что их связь с советским традиционализмом носит достаточно случайный характер. Данная часть избирателей вообще не имеет постоянной «прописки» и постоянно кочует от одной партии к другой» («Кремль.орг», 06.06).

Борис Макаренко (Центр политических технологий): «У коммунистов есть объективно неразрешимое противоречие: между попыткой найти новый, молодой электорат и удержать старый. В этом цикле гораздо выше по приоритетности все-таки задача удержания старого электората, для которого критически важно сохранение и названия партии «Коммунистическая», и традиционной символики (красные флаги, серпы, молоты), и той же стилистики общения с избирателем, которую идеально олицетворяет Зюганов. ...В любом случае, что бы ни происходило внутри партии, свои минимум 15 % от списочного электората, что в реальном голосовании никак не меньше 20, у КПРФ будет — это абсолютный факт, аксиома, и это никуда не денется. Компартия — единственная сила, которая возьмет примерно такой процент голосов при любой погоде» («Кремль.орг», 14.03).

По итогам выборов более точной оказалась оценка Коргонюка и неточной — Макаренко. Но значит ли это, что первый эксперт использовал отличный от второго метод анализа? Нет, оба рассуждали о предпочтениях избирателей с указанием на «старый электорат» КПРФ. Различие в цифрах — 12 и 15% — также несущественно, кстати, более точный прогноз сделан за полгода до выборов — на три месяца позже, чем ошибочный (второй). Однако речь идет о так называемом «ядерном электорате», позиции которого эксперты считают менее всего подверженными трансформации. При соотнесении же с опросом Ольшанского можно сделать вывод об «оторванности» экспертов от предпочтений избирателей и подкрепить наблюдением, что только в одном из десяти экспертных заключений встречаются ссылки на соцопросы или фокус-группы. И отметить, что зачастую в отношении описаний электората эксперты используют нестрогие термины из области психологии, а не политологии или социологии.

Однако вот высказывание Александра Дугина (Центр геополитических экспертиз), сделанное еще в феврале 2003 года: «...для того чтобы иметь 21%, «Единой России», надо активно стремиться ввысь. КПРФ для сохранения 24% надо «не делать ничего», посвистывая, наблюдать за «Единой Россией», инкассируя любые погрешности власти. И эти 24% будут спокойно прибывать. Если же потрудиться и арифметически вычесть у КПРФ в ее формате процентов 6-8% (для чего нужна в первую очередь политическая воля), то «Единая Россия» выигрывает искомый зазор, особенно ничего не прибавляя. Так как Зюганов в лево-патриотическом секторе успел взбесить очень и очень многих, то левопатриотический дубль КПРФ, даже независимый прямо от Кремля, не будет с ней солидарен (из принципа), а это обеспечит партии власти с ее стратегическими партнерами (как СПС) искомый         контрольный         пакет» («Кремль.орг», 24.02).

Первое, что на поверхности, — разница в регистрах высказываний. У Коргонюка основной элемент анализа — «ядерный электорат» — зафиксирован, оцифрован, представлен как онтологический. Экспертная оценка построена так, что ретроспективное обращение делает ее пригодной в качестве объяснительной модели итогов выборов для КПРФ (при допущении, что 12,9% Компартии на выборах-2003 — это результат голосования «ядерного электората»).

Для Макаренко «ядерный электорат» КПРФ становится «рабочим», то есть таким, который нужно удерживать (при одновременном утверждении, что коммунисты получат 15% «при любой погоде»), а прогноз в цифрах делает его экспертное заключение более уязвимым.

Дугин (его прогноз — 16% для КПРФ — также не оправдался) рассуждает, используя термин «политическая воля», что делает его суждение еще более размытым и ставит вопросы о политической позиции эксперта, с одной стороны, и о его партийной ангажированности — с другой. Проецировал ли в данном случае Дугин в своем заключении свои левые убеждения или намерение участвовать в проекте по созданию блока Глазьева «Товарищ»? И в каком качестве он выступал — частного эксперта, руководителя Центра геополитических экспертиз или лидера партии «Евразия», вышедшей впоследствии из блока «Родина» и присоединившейся к КПРФ? То есть Дугин — это кто: эксперт, политик или политтехнолог?

ЭКСПЕРТЫ И ЗАКАЗЧИКИ

В таком трехсмысленном или двусмысленном положении оказывалась и оказывается большая часть экспертов, и каждый выходил из положения с разной степенью изящности и ущерба для экспертизы.

Игорь Бунин (Центр политической конъюнктуры) отдавал предпочтение прогнозам относительно неопределившейся части электората, на который, в частности, претендовала «Народная партия»: «Народная партия — это одна из загадок. Она может набрать 1 %, а может стать сюрпризом выборов и набрать 6-7%» («Время новостей», 08.09).

Виктор Хомяков (директор Агентства прикладной и региональной политики) заявлял: «Прохождение в Думу «Союза правых сил» мне кажется наиболее очевидным. Причем эта уверенность связана не столько с ситуацией внутри СПС, сколько с тем, что правые могут удачно использовать ошибки... конкурентов» («Кремль.орг», 19.06).

Галина Михалева (директор Центра изучения современной политики) уверяла: «...рейтинг «Яблока» стабилен, и это позволяет надеяться на уверенное преодоление 5%-ного барьера. Кроме того, как показывают опросы, у «Яблока» есть значительный электоральный резерв» («АиФ», 03.09).

Глеб Павловский (ФЭП): «Будет победа «Единой России». Будет чудовищное поражение коммунистической партии. А затем начнется восстановление реального спектра — новой правой партии, новой левой партии» («Открытый форум», 27.11).

Странное отсутствие различий между политиком и экспертом явлено на «Открытом форуме», где выступали и партийные лидеры, что, в свою очередь приводило к неожиданным эффектам. Так, в период предвыборной кампании отчеты «Комсомольской правды» о заседаниях форума походили на рекламные продукты «Яблока». Единственное, что отличало эксперта от политика, — маркировка. Члены и функционеры партий представляли именно эти партии.

«РЕАЛЬНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ»

Другую сторону включенности в политический процесс представлял и представляет собой клуб «Гражданские дебаты» и его организатор — ФЭП. Глеб Павловский открыто явил себя в новой должности — советника главы администрации президента Александра Волошина, опубликовав в этом качестве аналитическую записку «О негативных последствиях «летнего наступления» оппозиционного курсу Президента РФ меньшинства».

Но произвел ли он экспертную оценку, представив стороны конфликта — «семейных» и «питерских» — и назвав участников поименно?

Оппонент Павловского — Станислав Белковский утверждал, что описание никуда не годится, так как «не могут быть разные ценности у Папы Карло и топора, с помощью которого он выстругивал Бу-ратино. В данном случае Семья — Папа Карло, силовики — топор. А Буратино — это та российская государственность, которая в результате получается» («Эхо Москвы», 18.09).

Павловский, если использовать его собственные наблюдения, датированные 2001 годом, заранее не претендовал на экспертное заключение: «...создание метафор «олигархии» и «коллективного Ельцина» я в каком-то смысле приписываю себе, потому что в 1993 году я как раз этим и занимался... Существенно что? Эксперта здесь нет. Но есть и нужны источники образов и источники слов, источники оценок, удобных для прохождения по каналам СМИ. Но отсюда следует, что это реальная оценка» («НГ», 10.06.2001).

Белковский, надо сказать, отстаивает схожую позицию, определяя положение вещей как «постмодернистскую политическую реальность, в которой... всё обман, — термины и слова теряют истинное значение» («Эхо Москвы», 18.09).

Для этой полемики характерно, что эксперты не только указывают друг другу на ангажированность, но и апеллируют к реальности. Вообще, требование обратиться к «реальной реальности», «истинности» и «правдивости» довольно распространено в экспертных высказываниях и часто не может быть расценено иначе, как фигура речи, издержка профессии.

Но такие призывы, включенные в экспертную оценку, направлены в первую очередь к самим себе и обращают экспертов к основам, проблематизируют «последние основания» экспертных заключений. В пределе эксперт не работает в поле значений «истина/ложь» и занимается интерпретацией, а не спекуляцией.

«НЕЗАВИСИМАЯ ЭКСПЕРТНАЯ ОЦЕНКА»

Строго говоря, ожидается, что эксперт «полностью обусловлен в полном осознании этого». То есть в его высказывании изначально содержатся идеологические предпочтения, политическая деятельность, партийная и властная ангажированность.

Думается, правы те, кто утверждает, что «независимая экспертная оценка» невозможна в принципе. Что, конечно, не исключает требования ее придерживаться. Тем не менее эксперта всегда можно одернуть, указав на «отработку заказа». Пример — конфликт вокруг доклада Совета по национальной стратегии «Государство и олигархия», где подписавшихся под текстом экспертов беспокоил не подход к написанию и не термины (на что сетовал Марк Урнов — председатель фонда «Экспертиза», сотрудничавший с ЮКОСом), а «кто заказчик» и не использовали ли экспертов «втемную».

Руководитель «Меркатора» Дмитрий Орешкин, рассуждая о том, на какие деньги функционировал СНС — Белковского или Березовского, остался в Совете, то есть принял решение, выяснив неизвестные ему до публикации доклада значимые подробности. Таким образом, эксперт в некоторой степени сам выбирает предпосылки собственных суждений и в момент принятия решения «на кого работать» оказывается свободен (если не принимать во внимание тотальную заданность ситуации выбора).

Экспертное же высказывание, учитывающее эти предпосылки, включающие в том числе и метафоры, о которых упоминал Павловский, в этих рамках также свободно и в полной мере описывает действительность со скидкой на все интенционально включенные элементы.

Но где же, собственно, в таком случае располагается «ошибка эксперта»?

«ОШИБКА ЭКСПЕРТА»

Эксперт, он же политолог, он же политтехнолог, он же порой политик, в момент объявления итогов выборов должен трепетать: его прогноз либо сбудется, либо нет. Названные им накануне цифры при несовпадении с результатами говорят против него — портят репутацию. Но удивительное дело —упреки экспертами не принимаются. Не в том смысле, что им на них никто не в праве указать, а в том, что поле политологической экспертизы, строго говоря, не содержит цифр как точных данных. Типа цифры — это забота социологов.

Александр Ослон («Фонд общественное мнение») так «разводил» социологов и экспертов: «...социологи, которые занимаются измерениями, — это не те социологи, которые занимаются интерпретациями. Их надо различать. ... Мы не для того делаем измерения, чтобы эксперты по этому поводу рассуждали. Это абсолютно разные роли» («Открытый форум», 22.04).

Соотнесение прогнозов и результатов избирательной кампании-2003 показало, что в задачу эксперта входит не производство констатации типа «такая-то партия получит столько-то процентов голосов избирателей», а обозначение условий, в которых возможен такой результат. Цифровое же выражение выступает как маркировка границ распределения голосов избирателей.

И в этом случае эксперт как эксперт не ошибается.


Добавить комментарий

Текст:*
Ваше имя:*
Ваш e-mail:*
Запомнить меня

Комментарии публикуются без какой-либо предварительной проверки и отражают точку зрения их авторов. Ответственность за информацию, которую публикует автор комментария, целиком лежит на нем самом.

Однако администрация Soob.ru оставляет за собой право удалять комментарии, содержащие оскорбления в адрес редакции или авторов материалов, других участников, нецензурные, заведомо ложные, призывающие к насилию, нарушающие законы или общепринятые морально-этические нормы, а также информацию рекламного характера.






Новые языки нового мира
Концепт
В коридорах вавилонской башни
Дмитрий Петров
Власть языка
Евгений Сабуров
Волшебный язык Путина
Евгений Бунимович
Да здравствует (контр) революция!
Ефим Островский
Ограниченность инновации
Дмитрий Пригов
Сообщения
Со-Общения
Практика
Деловой разговор
Андрей Успенский
Не надо хвататься за голову
Павел Теплухин
Жестокая песня о пенсии
Эдуард Михневский
Наш пылесос, вперед лети...
Андрей Левкин
Блистательное поражение СПС
Сергей Митрофанов
Ошибка эксперта
Евгения Абрамова
А вы говорите -шоу б-и-и-и-знес
Александр Цекало
Вавилоновские строители обретают язык жестов
Оксана Мосендз
Шут, колдун, советник, соперник
Игорь Сид
Дипломатия: от «новояза к новым языкам»
Александр Горелик
Оперативный простор
Как рождаются боги?
Сергей Переслегин
Человек среди миров
Виктор Осипов
Пионер русского «ЖМЕЙКЕРСТВА»
Анна Бражкина
Не надо бояться медиавирусов
Кондратий Рылеев


e-mail: info@soob.ru
© Со-общение. 1999-2018
Запрещается перепечатка, воспроизведение, распространение, в том числе в переводе, любых статей с сайта www.soob.ru без письменного разрешения редакции журнала "Со-общение", кроме тех случаев, когда в статье прямо указано разрешение на копирование.