Постоянный адрес сатьи http://soob.ru/n/2003/7-8/practics/4


Make love - not war

Вы видели список известных политиков, государственных мужей, предпринимателей, живущих в подчинении у своих жен любовниц и принимающих решения исключительно под их влиянием? Скорее всего нет. Возможно, его не существует. Но, увидев его, вы бы поняли, что женщины обладают куда большей властью, чем принято думать. Между тем гендерная война продолжается…

— Говорят, что сегодня мужчины контролируют непропорционально большую долю власти и что это несправедливо и даже опасно, потому что способствует захлестнувшей мир войне полов. Герои ваших книг очень часто — именно люди власти: солдаты, политики, артисты… Почему? Что для вас власть? — Я не слишком хорошо понимаю, что такое власть. И для меня мужчины, описанные в моих книгах и статьях, в самую последнюю очередь — люди власти. Это просто интересные люди, у которых есть за душой нечто, привлекающее меня. Но это нечто — не власть. Да, когда-то, будучи амбициозной «дрянной девчонкой», я считала страшно важным положение, которое занимает в обществе человек, мужчина, с которым я общаюсь. Для меня имели значение его достижения, известность, могущество, стремление двигаться дальше — наверх… Но несколько лет назад я обратила внимание на то, что мои критерии отбора героев меняются. Что важным становится, не кто человек, а что у него внутри. Когда ты много путешествуешь, видишь войну, мужчин в экстремальных ситуациях, то понимаешь, что «мужчина власти» (и неважно, каков доступный ему инструмент этой власти: автомат, телефон или телеэкран), может быть белым, пушистым, затравленным, очень слабым и абсолютно не интересным. Или наоборот. Для меня как для женщины и профессионала социальная роль мужчины не имеет значения. — Но нужна ли власть самой женщине? — Многие дамы сетуют на засилье мужчин в политике, в руководстве корпораций, в государственных структурах… Они критикуют эту, с их точки зрения, несправедливую ситуацию, но, по-моему, забывают, что обществу видна только внешняя сторона жизни мужчин-руководителей. Считается, что эти боссы принимают решения, влияющие на судьбу миллионов женщин, а между тем в действительности они находятся в полном подчинении у своих жен и любовниц, диктующих свою волю. Так что если взглянуть на ситуацию более трезво, то выяснится, что женщины в этом мире обладают куда большей долей власти, чем принято думать. И хотя наши способы управления миром отличаются от тех, которыми пользуются мужчины, они достаточно эффективны. Очень многие были бы шокированы, узнай они о том, как много мужчин, наделенных большой формальной властью, являются в этой их роли тайными инструментами женщин. Тех неукротимых женщин, которые наделены умом, обаянием, гибкостью, способностью приспосабливаться к обстоятельствам и использовать их. Тех женщин, которые не сдаются или сдаются последними. Я ТЕБЕ — ТЕЛО. ТЫ МНЕ — ВОЗМОЖНОСТИ — Ну а как же женщины, пробивающиеся в формальную власть?.. — Это называется мужик в юбке. Хотя бывают и исключения. Например, Ирина Хакамада, несомненно делающая в политической карьере ставку именно на свое женское обаяние. И пришедшая во власть через мужчин. — Вы считаете, что для современной женщины это нормальный путь? — Вполне. Мы не можем изменить природу и заменить ее кем-то придуманными общественными правилами. Нельзя волка научиться питаться травой. Если женщина захочет прийти во власть, или в бизнес, или в искусство, используя мужчин, она это сделает. И будет права. — Быть может, в этом — одна из причин пресловутой гендерной войны? В том, что мужчины чувствуют себя неуютно, считая, что их используют… — Это так. И это очень смешно. Потому что использовать мужчин, так же естественно, как использовать женщин. Разве секрет, что в тот момент, когда мы начинаем чего-то друг от друга хотеть, мы начинаем друг друга использовать? С этим, я думаю, надо смириться. Однако, чтобы снизить остроту гендерного конфликта, важно, чтобы обмен был адекватным. Чтобы, получая желаемое, мы столь же щедро давали. Женщина может быть женой или любовницей, тянуть из мужчины деньги, драгоценности, удовольствия… Но при этом давать ему столько, что он будет счастлив видеть ее каждый день, не мучаясь комплексами и фобиями, понимая, что сделка по схеме «я подарю тебе душу — а ты подаришь мне деньги» или «я отдам тебе тело — а ты дашь мне возможности» — очень выгодная сделка. А вот то, что в таких ситуациях мужчины боятся продешевить, — действительно одна из причин гендерной войны. Кстати, русские мужчины боятся этого чаще, чем другие. — Почему? — Возможно, источник этого страха коренится в советской эпохе, когда женщина работала — порой зарабатывала не меньше мужчины — и, отбирая у него зарплату (уж не в виде ли компенсации за домашние услуги?), выдавала мятый рубль на обед. Такова была ситуация мнимого равенства, и, видимо, в памяти зрелых российских мужчин (я плохо знаю нормы, по которым живет молодое поколение) глубоко укоренился этот стандарт: ну ведь мы же равны… Нет, не равны! На Западе мужчины привыкли к тому, что жена не отбирает у них раз в месяц зарплату, но в случае развода отбирает всё! Там мужчина понимает, что, вступая в брак, он попадает в ситуацию обмена и эмоциями, и материальными ценностями. А у нас — посмотрите — бывшие жены богатых людей после развода остаются без копейки! И не только из-за плохих законов. А из-за корыстной и мелочной верности мужчин химере мнимого равенства. И потом, мужчина в России крайне избалован! И прежде всего обилием красавиц. Будь он даже страшен, как виселица, алкаш, шизофреник, наглец, он знает: в России найдется подходящая грудь, к которой он может припасть. А вот подходящих мужиков в нашей стране маловато. И в этом — другая причина войны, которую мы обсуждаем. Потому что женщина стремится к той жизни, которую она считает хорошей. И имеет все основания считать, что обеспечить эту жизнь ей поможет мужчина. Но, глядя вокруг, она понимает, что найти его очень непросто. КОГДА ОН — РЫДАЕТ… — Когда-то выйти замуж за лейтенанта считалось большим жизненным успехом. Солдаты Иностранного легиона и вообще военные — герои многих ваших очерков. В чем их очарование? Или общение с ними — это погоня за тем самым подходящим мужчиной? — Не погоня — игра. Военный — это особенный человек. С одной стороны, у него есть власть, которую рождает винтовка. А с другой — он раб. Раб устава. Раб инструкций. Норм, принятых в его среде. Условностей. Для меня он лишен очарования. Напротив, суть игры в том, чтобы силой моего очарования заставить его — могучего раба — нарушить правила, по которым он живет, преступить инструкцию, не последовать уставу. И в этом проявляется моя женская власть! Потому что нет ничего слаще, чем видеть, как большой и сильный мужчина рыдает у твоих ног! — То есть в этот момент вы — победительница? — Да. В этом — настоящая победа. И здесь, как в реальной политике, нет этических или иных ограничений. Можно всё. — Но, возможно, это только ваш особый путь — путь неукротимой женщины, которая не сдается, постоянно бросая вызов?.. — Я никому не бросаю вызов. В своих поступках я абсолютно естественна. Просто я остаюсь сама собой. И это людей бесит до истерики. Их раздражает, что я могу делать и делаю то, что я хочу. Этого они мне простить не могут никак. Но почему? Задавая этот вопрос, я думаю об огромном количестве российских женщин, которые в поступках, желаниях, интересах, мечтах стеснены намного больше, чем все солдаты на свете. При этом у них даже автоматов нет! ПУТЬ К МИРУ — Но чего же им не хватает, чтобы не проклинать судьбу, а жить, как хочется? — Смелости и решительности. Я ненавижу бабьи разговоры о том, что годы уходят, что мужики — мерзавцы (но без них — никуда), что законы на стороне этих супостатов, что с детьми не берут на работу, но рожать надо… Женщины сами опутывают себя миллионами пут! Боясь потерять в мелочах, они теряют судьбу. Вот это настоящая социальная болезнь: чудовищное в своей очевидности состояние массового не счастья. Но вместо того чтобы лечиться и рваться на волю, люди, лишенные радости, принимаются ненавидеть счастливых людей. Не обязательно богатых, успешных и знаменитых — эти тоже плачут. А счастливых. Я часто чувствую: до чего же людям нужно, что бы я была так же несчастна, как они. Это очень грустно. Наше общество (особенно его женская часть) пронизано тяжелой социально-психиатрической патологией покорности привычке, верности стандарту, запуганности и зависти. Несчастные женщины завидуют более счастливым, а также мужчинам, в которых видят врагов, отобравших у них лучшие годы, права и надежды. В этом смысле они напоминают африканок. Если те в большинстве своем, будучи абсолютно пассивны, безответственны и инфантильны, считают, что им должен белый человек, то эти говорят: перед нами в долгу мужчина. И порой им хватает энергии и темперамента, чтобы критиковать сильную половину российского общества, но не хватает страсти, чтобы разорвать свои путы, поняв, что мужчины, несмотря на все свои недостатки, в их несчастье не виновны, как не виновно и правительство. Ведь всем известно, что если ты с радостной душой делаешь то, что тебе желанно, то не только добьешься цели, но и получишь немало подарков судьбы — деньги, известность, хорошую семью… Известно: если девушка любит и следует чувству, то она, скорее всего, получит и мужа, и семью. А если она ставит целью жизни выйти замуж… То это ей удается ох как непросто. Если вообще удается. — Итак, вы считаете, что российская женщина жертва не столько войны полов, сколько своей покорности социальным штампам и устаревшим традициям? — Российская женщина не жертва. И штампы, и традиции, и законы уйдут и забудутся, а женщина останется. И если почувствует, что достойна счастья, то все у нее получится. Что же до гендерной войны… Лично я уже заключила свой мир. Причем на очень выгодных условиях. И считаю, что лучшее лекарство от этой болезни — следовать принципу: make love — not war. Интервью провел Аркадий Болотов

Дата публикации: 14:10 | 23.06


Copyright © Журнал "Со - Общение".
При полном или частичном использовании материалов ссылка на Журнал "Со - Общение" обязательна.