Впрочем, раз уж у ФОМа второй раз подряд все так славно получается, то, может, следует назначить его официальным авгуром и сэкономить?

Разумеется, выборы были телевизионными, а партии — виртуальными. Но не в смысле наличия у них административного ресурса и электората, а по части существования именно в качестве партий, то есть своеобразных таких структур гражданского общества. Так что вроде получилось, что виртуальность сохраняется? Нет, она точно сохранилась в парламентской части жизни: чем «Родина» не «Фабрика звезд»? Но уже и разнарядка «на местах» при всей ее виртуальности заставляет подумать: а может, это и есть реальность?

Реальна и неявка. В смысле — процент явки. Половине избирателей не то что до государства вообще нет дела, но даже свои планы на воскресенье с государством она не сопрягает. У кого причина возвышенней, у кого банальней, но — не сопрягает…

Даже с рогозинцами все разумно и реально, учитывая наличие известного теперь количества народа, который склонен как к подобной риторике, так и к действиям по расклеиванию бумажек с требованиями обеспечить немедленное величие России и русскому народу. В этом, если хотеть от жизни чего-нибудь позитивного, позитив найти легко: ведь лучше, когда соответствующие тренды предъявляются конкретно и публично.

Разумеется, есть вероятность, что у них всё и в самом деле получится, но тут уж дело такое — как карта ляжет.

ПОЧЕМУ «ПРАВЫМ» ОТКАЗАЛИ ОТ ДОМА

И вот еще интересный момент: продается некоторая тема. И некие лица объявляют себя «темовладельцами». При этом объект ответственности существует, в общем, помимо усилий этих ответственных. И что же? В случае «Родины» озабоченность национальной идеей имеет успех, при этом вовсе не Дмитрий Рогозин и Сергей Глазьев ее раскручивали. Даже и на олигархов вовсе не они перли, а совсем другие люди.

А в случае, связанном с либеральной идеологией, свободой предпринимательства и т. п., заявление своей ответственности не означало, как оказалось, ничего. Лица, осуществляющие рыночную идеологию на рабочем месте, в СПС своих представителей не признали. В этом помимо несомненного позитива присутствует и что-то глубоко философское — вот как раз на тему разрушения виртуальности и т. п.

Одновременно получилось, что интеллигентное сословие слегка унизили по части общественного представительства. К которому, однако, оно вообще не стремилось, ибо, как уже видим, не имело там своего выразителя. Теперь, выходит, в какой-то мере сословие оказалось в заложниках у власти, в смысле — у государства. Ситуация, в общем, естественная и привычная, так что даже лучше, что нет иллюзий, которые могли бы возникнуть при прохождении в Думу СПС и «Яблока». Даже наоборот, тогда бы еще и сосчитали: вах, сторонников либеральной идеи в России всего 5,1 процента! А теперь так сказать нельзя, потому что в представительстве было просто отказано.

БЛАГОСОСТОЯНИЕ В РАССРОЧКУ

То есть всё хорошо. Что же до сетований на характер отношений интеллектуального сословия и государства, то в данном случае они необоснованны. О характере этих отношений следует судить в любое время, кроме выборов. А нынче — зафиксировано отсутствие общественного представительства определенного класса людей. Ну а поскольку его реально и не было — где повод для расстройства?

И лучше бы не произошло теперь немедленного развертывания интеллигентской фронды и быстрого расцвета литературы и искусств. Такие эмоции будут свидетельствовать, что иллюзия возможности взаимопонимания сословия и государства сохранена. Да, она может сохраниться, но давайте начистоту: какие у упомянутого сословия есть иные социально-образующие элементы, кроме солидарного отношения к власти? В чем присутствует и вполне исторический вызов: появятся когда-нибудь эти представительские элементы или как?

Конечно, большинство населения проголосовало за лозунг перераспределения ренты, предпочтя популизм. Откровение ли это? Понятно, что публично заявлена склонность к государству, опекающему не только сирых и немощных, но и всех подряд. И что о модернизации страны при таком общественном мнении говорить сложно. Да и о стратегии, для которой требуется думать и работать, речь вряд ли зайдет. Сырьевая конъюнктура будет употреблена на то, чтобы ни в коем случае не намекнуть людям, что вообще-то надо работать, а не стенать о вырождении и нищете.

Но все это было понятно и до выборов.

Так что на данный момент интересно другое: а что будет с глянцевыми журналами? Не в том, конечно, смысле, что они тут же начнут превращаться в неглянцевые и даже черно-белые. Любопытна ценовая линейка представляемых там товаров и услуг: произойдет ли сдвиг от промоций товаров из бутиков к вещам максимум за 100 долларов, причем в рассрочку? Это и продемонстрирует реальные последствия происходящей политической эволюции.