Главная  |  О журнале  |  Новости журнала  |  Открытая трибуна  |  Со-Общения  |  Мероприятия  |  Партнерство   Написать нам Карта сайта Поиск

О журнале
Новости журнала
Открытая трибуна
Со-Общения
Мероприятия
Литература
Партнерство


Архив номеров
Контакты









soob.ru / Архив журналов / 2003 / Развитие общественной связности / Концепт

Двое без третьего. Коммуникационная схема "Бизнес — Власть"


Сергей Боровиков
аналитик исследовательской группы «Конструирование будущего»
holy@nit.spb.su
Версия для печати
Послать по почте

Отсутствие гражданского общества делает ее ущербной
Предполагается, что Большой Российский Бизнес и Власть находятся в состоянии диалога. Однако стабильность современных социосистем обеспечивается устойчивостью коммуникаций между тремя социальными секторами. Третий — Гражданское Общество. Угрожает ли его неучастие масштабной дестабилизацией?


СУБЪЕКТЫ ДИАЛОГА

Итак, если допустить, что диалог между Бизнесом и Властью имеет место, следует начать с описания основных его участников, а также контекста их взаимоотношений. Так уж исторически сложилось, что люди (человечество) существуют в виде целостных социальных систем. Не углубляясь в детали этого понятия (подробности см.: "Социальная термодинамика и проблема идентичностей" http://www.archipelag. ru/text/329.htm), отметим, что для современных социосистем характерны разделение функций (управления, образования, познания и т.п.) и связанная с ним система разделения труда.

Соответственно, развитие (и даже существование) любой социосистемы требует гармоничного развития всех ее составляющих и соответствующих им общественных структур. (См. схему.)

Обратим внимание, что Бизнес и Власть представляют собой преимущественно систему управления, а образование и познание, несмотря на свою принципиальную важность для социосистемы, оказываются смещенными в зону "некоммерческих общественных организаций", что создает предпосылки для крайне неблагоприятного сценария развития нашей социосистемы.

Связано это с тем, что как Власть, так и Бизнес прежде всего преследуют свои витальные цели, а именно самосохранение и развитие. Отметим, что исторически Большой Бизнес в значительной мере сформировался в коридорах власти (постсоветскому большому бизнесу и взяться-то больше было неоткуда). Это обусловило близость Бизнеса и Власти, что привело к образованию так называемой новой российской олигархии.

ФУНКЦИИ УЧАСТНИКОВ

Понятно, что в первую очередь Власть и Бизнес обеспечивают свое выживание в условиях демократии, осуществляя взаимную конвертацию денег — власти — легитимности. Сама по себе система отношений "Бизнес — Власть" бинарна и потому неустойчива. Причем основная угроза ее стабильности лежит в области некоммерческих организаций, точнее, в невероятной слабости этого сектора. Сегодня в нем просто нет достаточно масштабных партнеров для переговоров. Нет партнеров, соразмерных представителям федеральной власти и олигархов.

Это, в частности, отметил Михаил Касьянов на 12-м съезде РСПП: "Полноценное гражданское общество в России только начинает создаваться, поэтому для страны очень важную роль играет сильное деловое сообщество и процесс его взаимодействия с правительством". К сожалению, придется огорчить господина Касьянова — никаким изолированным усилением делового сообщества подменить институты "гражданского общества", а точнее — сектор некоммерческих/негосударственных организаций, невозможно.

Если мы углубимся в российскую историю, то обнаружим, что развитые институты "гражданского общества" никогда не были характерны для России. Вспоминаются разве что традиции "выкликания царя" и новгородского вече. Не будем глубже анализировать это явление, отметим лишь, что эта особенность характерна не только для России. "Развитые институты гражданского общества" никогда не существовали, например, и в Японии, Китае и большинстве стран Латинской Америки. При этом их отсутствие часто приводит к критическому дисбалансу между так называемой "олигархической верхушкой" и "широкими народными массами".

Более того, в отсутствие многочисленного "среднего класса", способного обеспечить коммуникацию и целостность общества, эта социальная пропасть со временем расширяется, что приводит к многочисленным негативным последствиям, в частности, к:

  1. снижению внутреннего платежеспособного спроса;
  2. росту социальной напряженности;
  3. кризису образования и кадровому голоду;
  4. кризису обеспечивающих инфраструктур;
  5. компрометации структур власти;
  6. ухудшению общего имиджа страны;
  7. угрозе ее территориальной целостности.

Понятно, что подобное развитие событий не соответствует долгосрочным интересам ни Бизнеса, ни Власти. Это сценарий разрушения России как социосистемы и включения ее в чужую систему (скорее всего, систему Европейского Союза) в качестве сырьевого компонента. При этом все регионы, не связанные напрямую с добычей, транспортировкой, первичной переработкой сырья, смогут претендовать на формальную независимость и получат ее, дабы самостоятельно сводить концы с концами. Зона же "сырьевой России" замкнет все свои товарные и финансовые потоки на внешнем центре (или центрах), утратив какую-либо политическую самостоятельность.

Понятно, что при таком сценарии нынешние олигархи на первых порах останутся совладельцами либо топ-менеджерами сырьевых предприятий, но со временем, утрачивая политический и властный ресурсы, будут в значительной мере вытеснены более эффективными управленцами и собственниками. Фактически это одна из версий создания внешнего противовеса гипертрофированной олигархической группе.

К счастью, подобный апокалиптический сценарий не выгоден ни Власти, ни Бизнесу, ни "широким массам". Чтобы его избежать, важно сбалансировать социосистему, создать внутренний противовес блоку "Бизнес — Власть".

СОУЧАСТНИКИ КОММУНИКАЦИИ

Каковы возможные подходы к решению этой проблемы? Рассмотрим вероятных соучастников коммуникации на линии "Бизнес — Власть".

Во-первых, это крупные общественные объединения и организации (не являющиеся объединениями предпринимателей или профсоюзами). Несмотря на внешнюю привлекательность, на этом пути ожидаются существенные трудности — из крупнейших общественных организаций выделяется "добровольное общество садоводов и огородников", из наиболее значимых — Академия наук. Последняя в диалогах Бизнеса и Власти участвует уже давно, но без всякого конструктивного результата. Связано это, видимо, с архаичной формой академии, доставшейся нам в наследство от СССР. Что же касается диалога олигархов с садоводами, то он выглядит весьма анекдотически и пригоден разве что для сюжета очередных "кукол". Ситуация весьма печальна — ни филателистов, ни кактусоводов в сколь-либо наблюдаемых масштабах не осталось. Туризм и турклубы ушли в сферу бизнеса, туда же смещаются собаководы и кошководы. Спорт тоже стремительно коммерциализируется. Из достижений можно отметить "идущих вместе" и клубы футбольных фанатов. Оба эти "достижения" несколько удручают.

Во-вторых, конфессиональные организации, в частности Русская Православная Церковь или Центральное Духовное Управление Мусульман. К сожалению, большого результата от этих контактов пока получить не удалось — в основном подобные структуры апеллируют к Власти как арбитру в межконфессиональных разногласиях. В принципе, сотрудничество с ними представляется достаточно перспективным: как только (и если) конфессиональные организации смогут взять на себя ответственность за определенную зону социальной стабильности, возникнет возможность конструктивного диалога. И государство, и предприниматели в этом крайне заинтересованы. Проблема лишь в том, что ни РПЦ, ни ЦДУМ пока не готовы взять на себя какую-либо ответственность и без серьезной внутренней перестройки, видимо, не смогут.

Диалог с культурными организациями (союзы писателей, художников, театральных деятелей, кинематографистов) в настоящий момент возможен, но малоконструктивен, что связано в первую очередь с их происхождением: в большинстве своем они являются преемниками традиций старых структур СССР и достаточно далеки от "широких народных масс"; не готовы они и к коммуникации с бизнесом. А если таковая и возникает, то она либо касается, прежде всего, темы спонсорства, либо сопровождается "дрейфом позиции" с последующим уходом в сферу бизнеса. Несмотря на это, если мы хотим сохранить целостность нашей социосистемы, нам так или иначе придется выстраивать нормальную жизнедеятельность подсистемы "культура/искусство". Тут найдется широкое поле для приложения усилий и Бизнеса, и Власти. Некоторое продвижение в этой области уже существует: например, Аркадий Вольский, президент РСПП, является председателем попечительного совета и учредителем Международного фонда А.С. Пушкина. Представляет интерес и такой документ, как "Обращение видных деятелей культуры и ученых к президенту Торговопромышленной палаты Российской Федерации Е.М. Примакову" (1). Хотя путь от обращений до диалога может быть и не близок. Власть регулярно получает массу писем и обращений деятелей культуры, но полноценная коммуникация возникает достаточно редко. В качестве примера такого успешного диалога следует отметить работу по реформе русского языка и созданию Центра развития русского языка.

В современном российском обществе институты познания совершенно деградировали. В советский период исследовательская работа была сосредоточена в многочисленных НИИ различной ведомственной принадлежности и структурах Академии наук. К сожалению, в настоящее время их основная активность лежит в области прикладной науки, фундаментальным же исследованиям уделяется недостаточное внимание. Существующая система поддержки науки (гранты Российского фонда фундаментальных исследований, зарубежные гранты) в значительной степени ориентирует ученых не на глубокие фундаментальные исследования, а на взаимное раздувание индексов цитируемости и охоту за грантами. А ведь это тоже подрывает устойчивость социосистемы и грозит со временем ее гибелью. Ввиду того что старая система НИИ/АН себя в значительной степени изжила, возникает вопрос о формировании новой институциональной структуры исследовательской деятельности, в наличии которой заинтересованы как Власть, так и Бизнес. Например, президент ТПП Евгений Примаков считает, что Россия может претендовать на 12—17 % мирового рынка высоких технологий, доходность которого — 20— 40 % в год. Понятно, что наука сама по себе, без тесного диалога с властными и коммерческими структурами и качественно нового институционального оформления, не сможет поднять свою долю на мировом рынке с нынешних 0,5 % в 25—35 раз.

Кризис системы образования (обучения) неразрывно связан с кризисом институтов познания. Когда они не работают, утрачиваются источники новых знаний и смыслов, становится нечему обучать. И главное — незачем. Отметим (если кому-то от этого станет легче) что кризис образования характерен не только для России, но и для Европы и США и не характерен для Японии и Юго-Восточной Азии. Пока диалог образования и власти выглядит весьма уныло — учителя бастуют и пишут письма, власти обещают им погасить задолженность по зарплате.

Что касается коммуникации системы обучения с бизнесом, то она налажена несколько лучше — работает система элитных платных школ, дипломы и ученые степени легко покупаются. Но все это несет в себе мину замедленного действия: обеспечив худо-бедно образование своим детям, бизнес не может обеспечить образование своих будущих работников, подрывая себе кадровую базу на ближайшее будущее. В то же время диплом и научная степень, став товаром, теряют свою исходную ценность. Власть также заинтересована в достаточном кадровом резерве стремительно растущего чиновничества, с одной стороны, и поддержанию стабильных кадров для бизнеса — с другой. Кроме того, образование в России является традиционно сильной отраслью, имеющей высокий экспортный потенциал, практически не освоенный.

Никаких предпосылок для возникновения и развития в России мифических "институтов гражданского общества" нет, но, видимо, что-то в этой области построить придется. Хотя бы для того, чтобы успокоить западную ксенофобию, с одной стороны, и освоить выделенные на это средства — с другой. В принципе, возможно от них со временем и будет какая-то реальная польза, но для стабильности и развития социосистемы работа подсистем познания и образования гораздо существеннее. Возможно, когда они нормально заработают, настанет и черед "институтов гражданского общества".

ВЫВОДЫ

В современном российском обществе плотность консолидации Бизнеса и Власти на всех уровнях чрезмерна, не уравновешена соответствующего масштаба "гражданским сектором" и представляет угрозу стабильности общества.

Угроза стабильности общества связана с ростом социальной пропасти между богатыми и бедными и, прежде всего, с разрушением атрибутивных механизмов познания и образования в социосистеме.

Для преодоления этой угрозы необходимо сформировать совместными усилиями Бизнеса и Власти соответствующую структуру НКО/НГО, в первую очередь выделив структуры:

  • познания (и их новую институционализацию);
  • образования;
  • культуры;
  • конфессиональных организаций;
  • общественных организаций.

После восстановления структуры НКО/НГО необходимо включить их в диалог со структурами Бизнеса и Власти с целью формирования баланса общественных интересов.

На основе сформировавшегося баланса общественных интересов необходимо сформировать и провести в жизнь стратегию общественного развития России.

Ссылки

1. Известия. 21 февраля 2002 г.


Добавить комментарий

Текст:*
Ваше имя:*
Ваш e-mail:*
Запомнить меня

Комментарии публикуются без какой-либо предварительной проверки и отражают точку зрения их авторов. Ответственность за информацию, которую публикует автор комментария, целиком лежит на нем самом.

Однако администрация Soob.ru оставляет за собой право удалять комментарии, содержащие оскорбления в адрес редакции или авторов материалов, других участников, нецензурные, заведомо ложные, призывающие к насилию, нарушающие законы или общепринятые морально-этические нормы, а также информацию рекламного характера.






Развитие общественной связности
Концепт
Умение радоваться в эпоху перемен…
Дмитрий Петров
Возрождение связности. Обретение радости
Ефим Островский
Грядущий хам
Алексей Швайгерт
Связность социальных систем как мера развития инновационных процессов
Сергей Переслегин
О времени и о себе
Рифат Шайхутдинов
Общественная связность и развитие личности
Елена Русская
Три уровня связности
Михаил Кутузов
Двое без третьего. Коммуникационная схема "Бизнес — Власть"
Сергей Боровиков
Семь лет спустя
Петр Щедровицкий
Сообщения
"Серебряный лучник" — герой в мире знаков
"НОРД-ОСТ": второе рождение
Скоро "Авторадио" будет слышно везде. Даже совсем далеко
Прошел семинар "Технологии создания информационных поводов в Бизнес-PR"
Запущен очередной проект в рамках программы лондонской школы PR
Полномочный представитель президента России встретился с будущими PR-специалистами
Ярмарка интеллектуальной литературы прошла успешно. Раскупили практически всё
Международный клуб PR-управляющих "PRофессионал" обсуждает слухи
Политконсультанты готовятся к празднику
Третий из тысячи
Практика
Конституция как средство против энтропии
Дмитрий Шушарин
Из замкнутого круга выживания
Виктор Осипов
Единый творец как точка связности
Элиягу Эссас
Примите как аксиому: мир постоянно меняется
Владислав Вершинин
Коммерческая, политическая и социальная реклама: сотрудничество или конкуренция?
Гюзелла Николайшвили
Мысли выражай плакатом
Михаил Ухов
Оперативный простор
За пределами постмодернизма
Гейдар Джемаль
Культурный лоббизм
Денис Молчанов
Мы не сделали их. Поражение или урок?
Александр Чернов
PR в розницу
Эдуард Михневский
Эпоха перемен: как выжить? = Как руководить?
Елена Брусникина
Коучинг как форма жизни
Алина Слободова
Производственная комедия. Больше жизни, больше импровизации...
Ну очень модное кино в плену у сладкой жизни
"Господин Гексоген" в исполнении Тьерри Мейссана
О власти журналистики
Всё не так однозначно и плоско


e-mail: info@soob.ru
© Со-общение. 1999-2018
Запрещается перепечатка, воспроизведение, распространение, в том числе в переводе, любых статей с сайта www.soob.ru без письменного разрешения редакции журнала "Со-общение", кроме тех случаев, когда в статье прямо указано разрешение на копирование.