Постоянный адрес сатьи http://soob.ru/n/2002/5/c/26


Протоплазма российского бизнеса

Бизнес, общество и деловая пресса
Образ бизнес-сообщества как некой целостности не инструментален. В его создании нет необходимости. По сути, нет и самого бизнес-сообществ. Перед каждой компанией стоят свои цели и задачи, поэтому можно говорить только о системе локальных сообществ, объединенных отраслевыми интересами. Не надо воздействовать на все российское общество. Зачем компании требовать к себе максимального общественного внимания? Зачастую достаточно лишь конкретных целевых аудиторий, с которыми непосредственно приходится сталкиваться в работе. Поэтому, когда формируется репутация компании, нужно четко сегментировать окружение. Такова позиция Валерия Фадеева, главного редактора журнала "Эксперт".

Образ бизнес-сообщества никому не нужен

- Существует ли образ бизнес-сообщества в сознании российских граждан?

- Образ бизнес-сообщества... А зачем? Этот образ не инструментален. Каких российских граждан? Например, в сознании тех российских граждан, которые голосуют за коммунистов, это негативный образ. Причем он будет негативным независимо от того, как будут развиваться общественные связи со стороны бизнеса.

На российских граждан не нужно влиять. ЮКОС, например, чтобы повысить свою капитализацию, взаимодействовал не с широкими массами, а с узким кругом лиц, принимающими инвестиционные решения. Бессмысленно объяснять людям, какой Ходорковский хороший руководитель. Эта задача не имеет никакого практического приложения, понимаете?

-Да, но есть у этого процесса еще другая сторона. За последние несколько лет ЮКОС реализовал несколько крупных социальных программ в регионах: благотворительность, спорт, финансирование.

- Ходорковский - богатый человек и, похоже, озабочен развитием страны. Он думает, что один из важнейших аспектов этого развития - мозги и интеллектуальный потенциал народа. И он вкладывает деньги в развитие этого потенциала, но ему просто интересно этим заниматься - вот он и занимается.

Если компания работает в каком-то отдаленном регионе, где люди трудно живут, почему бы этой компании не улучшить жизнь людей? Люди будут чувствовать себя более комфортно, будут лучше работать и будут давать больше прибыли этой компании. Это работа с кадрами, с их семьями.

-В результате этой деятельности в сознании людей что-то меняется, они могут, скажем, начать воспринимать эту конкретную компанию иначе.

-А зачем? Не надо думать, что мнение каких-то абстрактных людей имеет значение для того же ЮКОСа. Имеет значение мнение тех людей, которые непосредственно соприкасаются с ЮКОСом, которые живут в регионах, где он работает, которые инвестируют в ЮКОС. Достучаться до них - задача развития общественных связей. И это абсолютно конкретная работа с конкретными субъектами.

-То есть руководители в принципе не думает о социальной пользе того, что он делает, ему просто это нравится?

- Почти каждый человек, когда что-то делает, думает о социальной пользе.

Ценности мнимые и настоящие

- Можно ли назвать бизнес-сообщество или бизнес-среду субкультурой, которая функционирует в пространстве "большой культуры" общества и вносит туда свои ценности?

- Среда радикально изменилась в конце 80-х - начале 90-х годов. Сначала существовал образ "нового русского", который почти приравнивался к бандиту. Этот образ появился где-то в конце 80-х - одновременно с возможностью зарабатывать деньги. Параллельно существовал образ "красных директоров". "Красный директор" - это бывший советский руководитель, который смог дешево или просто бесплатно забрать себе в полную или частичную собственность то предприятие, которым руководил. Оба образа были негативны и слабы.

Потом появился новый тип - те, кого чуть позднее назвали "олигархами". Это представители крупного бизнеса. Олигархи обладали фундаментальным пороком зависимости от государства. Помните знаменитые залоговые аукционы, когда у государства не было денег, и оно продавало на залоговых аукционах этим олигархам, довольно дешево, свои крупные компании? Главная характеристика этих трех типов - зависимость от государства.

И только ближе к концу 90-х годов, и особенно отчетливо после финансового кризиса 98-ого года, стал проявляться новый тип предпринимателей, независимых от государства, по-настоящему свободных, с другими ориентирами. Этот новый тип "созидателей" был, естественно, и в 90-е годы, но обнаружился только в конце 90-х, потому что кризис утопил очень многих предпринимателей, зависящих от государства.

Вот как раз тогда, может быть, стало проявляться то, что вы называете субкультурой, но это не субкультура, это настоящие ценности. До этого преобладали ценности "отобрать" и "украсть", а в конце 90-х стало видно, что начнут преобладать ценности, которые условно можно описать как "создание", "созидание". Экономический подъем конца 90-х - результат усиления новых ценностей.

- Почему стало возможным доминирование новых ценностей над установками "отобрать", "украсть" и "взятку дать"? За счет чего? Как произошел этот перелом?

За счет того, что эти люди усиливались на протяжении 90-х годов. Они начинали маленький бизнес, но они росли, развивались, и сейчас это уже заметная, серьезная сила в хозяйстве страны. Кстати, многие "олигархи" отчетливо движутся к этому типу "созидателя".

Инструменты РОС: деловая пресса

- А вообще, что такое деловая пресса в России? Как она появилась, стала ли успешной?

- Она почти вся появилась из "Коммерсанта". Был сильный энергетический всплеск, который вызвал Владимир Яковлев, создавший "Коммерсантъ". Идея очень простая: когда появился новый слой людей, условно говоря, кооператоров, возникла необходимость в новых СМИ. Кстати, это же "Коммерсантъ" придумал термин "новые русские". В одном из номеров был большой материал, где было написано: "Мы работаем на новых русских, новые русские - это вы, такие-то люди, такой-то возраст у вас, такие-то примерно доходы". И поскольку образ жизни этих людей был иной, отличный от советского образа жизни, то надо было по-другому предоставлять им информацию: не надо было длинных мировоззренческих статей, нужна была информация. Простые требования: если там какой-то конфликт, значит, надо показывать обе стороны конфликта, потому что неизвестно, кто прав, да журналист и не обязан знать, кто прав. Все эти элементарные правила были внедрены Яковлевым. Почти все остальные издания вышли из "Коммерсанта", а затем возникло более осознанное разделение по ценностям.

Скажем, газета "Ведомости" - более жесткая, более американизированная: новости-новости-новости. В "Коммерсанте" много внимания уделяется репортажам, интервью, очерки даже иногда бывают; все-таки, это более такая интеллектуальная, что ли, журналистика, и она ближе к российской традиции. В "Коммерсанте" больше человека.

- Возникает ощущение, что субъектом создания нового образа бизнеса стал не бизнес. Новый образ бизнеса сделала деловая пресса?

- Не преувеличивайте. Если бы не было этих людей - с новыми ценностями - не было бы и "Эксперта", ему не о чем было бы писать. "Эксперт" не может создать новые ценности, нельзя их придумать, а если они есть, их можно "вытащить" и усилить. СМИ могут давать только реальную информацию.

Бизнес-сообщество - это не субъект

- Возьмем такую систему: общество, в котором есть совокупность институтов и структур, которые мы определяем как бизнес-структуры, бизнес-институты. Является ли эта совокупность субъектом?

- Нет, не является.

- Нигде и никогда?

- Возникают периоды, когда смутно проявляются общие цели. Есть знаменитый пример немецкого послевоенного реформатора Людвига Эрхарда. После Второй мировой войны местная экономика была в ужасном состоянии. Эрхард управлял процессом подъема экономики. Фактически, он занимался РОС. Он работал с предпринимателями, объяснял им, в чем смысл проводимых реформ, как они должны действовать. И у него была ключевая фраза - "каждый думает только о себе - и никто об общем деле". Вот лейтмотив этой борьбы. Он пытался заставить их начать думать их об общем деле возрождения Германии, хотя бы на некоторое время. И это получилось. Предприниматели начали об этом думать, выстроилась жесткая пирамида ассоциаций ( теперь в Германии каждый предприниматель обязан состоять в какой-то ассоциации).

А в России, если даже сейчас появится кто-то и скажет: "Каждый думает только о себе и никто - об общем деле", то все покрутят у виска и скажут: "О чем же мы еще должны думать, как не о себе?"

- А может быть, нужна такая идея?

- Для того, чтобы эта идея появилась, нужны реальные субъекты. Не воображаемые субъекты под названием "бизнес-сообщество", а реальный субъект. Вот, скажем, как появился Эрхард? В 43-м году в Германии при Министерстве экономики была создана группа, которая работала над проблемой: "Что будет с Германией после поражения во второй мировой войне? Как надо будет трансформировать немецкую экономику?" Эрхард возглавлял эту группу. Значит, была часть элиты, которая заботилась о будущем. Но вот они и были этим субъектом, которые реформировали объект под названием "Германия". Они - носители этой идеи. Пока нет носителя - чего бы то ни было - невозможно его откуда-то создать, навязать.

- А позволяет ли современная российская ситуация говорить о возможном появлении такого субъекта? Может ли деловая пресса быть таким субъектом?

- Нельзя брать на себя слишком много. Конечно, журнал "Эксперт" не может этого сделать. Бессмысленно требовать от журнала так много. Если говорить о России, то должно, видимо, появиться много людей, которые будут примерно в одном направлении действовать, которые хотя бы начнут понимать, насколько важна нормальная экономическая среда.

Существующие ассоциации пока слабы. Кое-какую роль они играют, но не слишком заметную. Есть РСПП, где заседают крупнейшие предприниматели, есть "Деловая Россия" для среднего бизнеса, есть другие ассоциации - отраслевые, и некоторые из них эффективно работают. Например, РАТЕК - ассоциация торговцев электроникой. Чем более "продвинуты" предприниматели, чем выше конкуренция на их рынке, тем легче они понимают общие интересы.

- Кто может стать субъектом формирования экономической стратегии страны?

- Я утверждаю, что никакого субъекта под названием "бизнес-сообщество" нет, а есть некие лидеры в различных областях, которые организуются в локальные сообщества. Вот эти лидеры, эти локальные сообщества и являются субъектом экономической политики. Они являются контрагентами для государства. С ними и надо работать. Не с абстрактным бизнес-сообществом, не с абстрактными схемами из учебника, а с конкретными людьми и микросообществами. Эта работа будет вовлекать в себя новых лидеров бизнеса и образовывать новые сообщества или усиливать существующие локальные сообщества.

- А есть тогда вообще необходимость говорить о бизнес-сообществе? Если его как такового нет и быть не может?

- Есть макроинтересы. Скажем, правительство говорит о снижении налогового бремени; это ложь, никакого снижения налогового бремени нет, а есть, повышение. Эту точку зрения разделяют почти все предприниматели страны. Но это не означает, что на основе одной идеи их можно объединить.

- Лучше говорить о ряде сообществ?

- Да. Жизнь многообразна. Заметьте, мы говорим не о каком-то поэтическом анализе, мы говорим о развитии общественных связей. Говорим о прикладном анализе. Для развития общественных связей не нужно понятие бизнес-сообщества в целом, оно не конструктивно, не инструментально.

Новые герои

- Вы сказали об образе "созидателя".

- Это настоящий предприниматель. Предприниматель - это тот, кто что-то предпринимает. Предпринимать можно какие-то дурные вещи - да, это понятно. Капитализм - система, которая за триста лет обеспечила невероятный взлет благосостояния людей: продолжительность жизни увеличилась, детская смертность уменьшилась, у людей появилось больше возможностей для отдыха, изучения культуры, образования. Но капитализм - это абстракция. Кто, собственно, конкретно это обеспечил? В понимании Шумпетера это обеспечили предприниматели, которые все время создавали новое, обеспечивали экономическое развитие. Конкретные люди, заточенные на создание нового и на зарабатывание на этом денег. Это все на риске делается: они рисковали, создавая новое. Тот, кто рискует и пытается создать новое, обеспечивает и развитие хозяйства, и улучшение жизни...

- Мы хотели спросить о жизненных стратегиях и моделях, которые бизнес предлагает обществу, вовлекая таким образом в свое пространство новых людей, которые принимают для себя эти стратегии. Например, надо получить хорошее образование в области менеджмента, потом нужно заняться делом и т.д. Это влияние бизнеса?

- Конечно. Молодые люди начинают понимать, что для того, чтобы стать преуспевающим и богатым, не убить надо кого-то или украсть, а получить образование, выучить языки, найти хорошую работу. Это означает, что торжествуют уже новые ценности.

Так произошло, потому что люди созданы такими, потому что в них преобладают позитивные ориентиры. Если в стране долго преобладают негативные ориентиры, она умирает. То, что вы спрашиваете, невозможно найти в области развития общественных связей. Это надо искать в Святом Писании. Люди так устроены. Плотник хочет создать стол, чтобы за ним сидели люди и выпивали вино, и были бы довольны. Плотнику приятно оттого, что он создал стол своими руками. То же самое - бизнес.

- То есть все дело в людях?

- Конечно. Они хотят одного или другого. И почти всегда они хотят одного: они хотят что-то делать. И максимальное удовольствие, которое получают люди, это удовольствие от того, что они что-то сделали, и эта работа оценена другими.

Интервью провели: Анна Федорова, Юлия Агеева

Дата публикации: 09:46 | 29.11


Copyright © Журнал "Со - Общение".
При полном или частичном использовании материалов ссылка на Журнал "Со - Общение" обязательна.