Постоянный адрес сатьи http://soob.ru/n/2000/3-4/practice/19


Не стреляйте в медвежат

Кандидаты в президенты США-2000 дерутся по-черному
Россиянам непросто понять американскую избирательную систему. Так, несмотря на поражение в ходе "супервторника" 7 марта, Билл Брэдли от демократов и Джон Маккейн от республиканцев продолжают делать погоду и в своих партиях, и среди своих сторонников из числа избирателей. Никто в США и не подумал по примеру нашего ЦИКа заниматься перепечаткой бюллетеней: выбывшие кандидаты продолжают отбирать голоса у действующих. Президентская гонка тем временем постепенно выруливает на финишную прямую. В отличие от России, исход избирательной кампании в которой был предрешен заранее, американские выборы будут реальными и жесткими.

Сегодня в Америке мало кто помнит, что мягкий игрушечный медведь (по-русски - плюшевый, а по-английски - teddy bear) обязан своим названием президенту США Теодору (Teddy) Рузвельту. Знатоки рассказывают, будто в 1903 году на медвежьей охоте американский президент пожалел маленького мишку, которого услужливые клевреты подсунули ему за неимением взрослой особи. Отказавшись стрелять в симпатичного зверька, президент лишь добавил себе популярности.

История эта тогда сразу попала в "Вашингтон пост". Ею с ходу воспользовался владелец нью-йоркского магазина сувениров, кстати, выходец из России. Он выставил в своей витрине тряпичного медведя рядом с карикатурой из "Вашингтон пост" и табличкой "Teddy's Bear". Медвежонка купили мгновенно, и бизнес закрутился. В том же 1903 году немецкая фирма игрушек Steiff выставила на Лейпцигской ярмарке своего медведя и тут же получила из-за океана заказ на три тысячи штук. Но самое интересное в том, что год спустя, начиная президентскую кампанию, Рузвельт сделал медвежонка своим талисманом. И выиграл. Разумеется, успех ему принесли реальные дела, в частности "политика большой дубинки". Медвежонок же сыграл роль "утеплителя" грозного имиджа. Образ пушистого зверя сослужил хорошую службу, как в известной русской сказке про Ивана-царевича, и американскому президенту, а теперь, похоже, активно работает на и. о. президента России.

Мягкий демократический PR

В отличие от российских коллег американские имиджмейкеры уже не прибегают к столь упрощенным образам и PR-ходам: слишком усложнилась в Америке взаимосвязь жизни и политики, слишком дифференцировано общество. Незамысловатые приемы способны нередко вызвать лишь обратный эффект. Кандидаты постоянно корректируют свое послание избирателям, благо результаты праймериз сопровождаются данными exit polls - опросов, из которых видно, как проголосовала та или иная группа избирателей в тот или иной конкретный момент.

Кроме того, нужно правильно распределить силы: кампания длится долго, выложишь все козыри сразу - в дальнейшем придется повторяться, а американская публика занудства не прощает. Наконец, важно вовремя заметить промахи конкурента, заострить на них внимание общественности и соответственно перестроить собственную тактику.

Нынешняя кампания демократов так и не предоставила возможности Альберту Гору и Биллу Брэдли доказать свои бойцовские качества, прибегнув к арсеналу заготовленных жестких средств воздействия на электорат. Билл Брэдли проиграл сопернику во всех штатах, и жесткий PR теперь его не спасет. Предвидя такой исход, Брэдли предпочел мягкий PR и призвал избирателей не обращать внимания на опросы, а "голосовать сердцем". При этом он не скрывал надежды повторить феномен Гарри Трумэна, который в 1948 году выиграл вопреки всем прогнозам. Трумэна тогда до такой степени списали со счетов, что наутро после выборов газеты вышли с сообщением о победе республиканского кандидата Томаса Дьюи. Однако оказалось, что выиграл, хоть и с минимальным преимуществом, все-таки Трумэн. "Давайте сделаем то же самое во вторник!" - предложил Брэдли электорату на митинге в Нью-Йорке. Потом он отправился на Центральный вокзал, встал у эскалатора и улыбаясь начал пожимать руки всем, кто сходил со ступеней. Но этот ход так и не спас Брэдли.

Добивать соперника "крутыми приемами" Гору тоже оказалось не выгодно. И все же легкость доставшейся Гору победы вполне может сыграть с ним злую шутку на финишной прямой осенью этого года.

Как успешно запутать избирателей

Иное дело республиканцы. Они хорошо "раскрутились", их соперничество постоянно протекало на критическом уровне, что и предопределило жесткость применявшихся ими приемов. Джону Маккейну, конечно, было труднее, чем его сопернику Джорджу Бушу-младшему: у него оказалось гораздо меньше денег, он не пользовался столь широкой поддержкой губернаторов-республиканцев с их могучими партийными машинами, его предвыборные обещания были скромнее бушевских. Сделав ставку на образ "народного, надпартийного" кандидата, Маккейн до сих пор пожинает с него плоды - продолжающиеся публичные дискуссии свидетельствуют о том, что число его сторонников нисколько не сокращается и после поражения в "супервторнике". Впрочем, Маккейн проиграл Бушу с весьма достойным счетом. Он пришел первым в четырех штатах Новой Англии, в том числе в Коннектикуте, считавшемся родовой вотчиной Бушей, где Буш-старший не проигрывал никогда. Однако победитель определялся голосованием в двух крупнейших штатах, Нью-Йорке и Калифорнии. Маккейна в конечном счете подкосила "негативная реклама": он вынужден был защищаться и оправдываться, а это позиция заведомо проигрышная.

Делегатов партийного конвента (для чего, собственно, и проводятся праймериз) обычно избирают открытым голосованием, причем участвовать в процедуре вправе не только республиканцы, но и демократы, и независимые избиратели. В случае нехватки "чисто республиканских голосов" задача кандидата в том, чтобы мобилизовать демократический и внепартийный электорат. Эта стратегия Маккейна определилась в результате тщательного изучения exit polls в Нью-Гэмпшире и полностью себя оправдала в Мичигане. Соперник Буша настойчиво и на все лады повторял: пришло время "большинства Маккейна", того большинства, которое голосовало за Теодора Рузвельта и Рональда Рейгана. Буш же обвинил Маккейна в попытке расколоть "Великую старую партию", издавна славящуюся своим единством. И при этом намекнул, что демократы, мол, намеренно голосуют за Маккейна - чтобы у Гора на финише был заведомо слабый соперник.

Намеренно или нет, но Маккейн и впрямь избрал опасный путь: одно дело, когда избиратель голосует за одного из двух "чужих" кандидатов, и совсем другое - когда делает выбор между "своим" и "чужим". В момент решающего выбора лояльность голосующих собственной партии может и впрямь вернуть "колеблющихся демократов" в стан Гора. Логика подсказывает, что и республиканцы в решающий момент осенью поступят также. Впрочем, "мантию Рейгана" как "внепартийного кандидата" не прочь примерить и Буш. К прискорбию обоих, сам Рейган, сраженный болезнью Альцгеймера, не в состоянии (в отличие от того, как поступил Борис Ельцин) указать "истинного наследника", да и Нэнси Рейган от комментариев на сей счет упорно воздерживается.

Политнекорректность по-республикански

Успехи Маккейна до "супервторника" заставили прессу внимательнее присмотреться к его команде. В числе советников сенатора немало фигур крупного калибра: Генри Киссинджер, по рекомендации которого Маккейн голосовал в сенате против ратификации Договора о всеобщем запрещении ядерных испытаний, глава агентства Bloomberg News Майкл Блумберг, бывший президент инвестиционного банка Merrill Lynch Херб Аллисон, имиджмейкер Рейгана Майк Дивер. Помогают Маккейну и такие столпы администрации Рейгана, как бывший посол США в ООН Джин Киркпатрик, бывший советник по национальной безопасности Брент Скоукрофт, бывший министр труда Энн Маклафлин. Аппарат Маккейна немногочислен и работает, как говорят, в неформальной, почти дружеской атмосфере. Сотрудники его в один голос утверждают, что сенатор больше доверяет своему политическому инстинкту, а не их рекомендациям. "Крестовым походом нации" назвал свою кампанию Маккейн.

У Буша-младшего, до сих пор не занимавшегося политикой на федеральном уровне, дело поставлено иначе. Сотрудников в его команде гораздо больше; рабочие группы заседают беспрерывно; сам губернатор то и дело совещается с ближайшими советниками, первый среди которых - профессор Стэнфордского университета Кондолизза Райс, "восходящее светило республиканской мысли". "Реформатор с результатами" - главный слоган кампании Буша, который упирает также на то, что среди основных кандидатов он единственный "не из системы", а потому только он и способен ее реформировать.

Поначалу оба кандидата держались в рамках политкорректности. Первым от нее отступил Маккейн. В январе на теледебатах в Южной Каролине он назвал "фискально безответственными" налоговые посулы Буша. Агрессия аризонского сенатора вполне понятна: программа налоговой реформы - самый сильный аргумент кампании Буша. И впрямь: чтобы в ней разобраться, избирателю даже не надо вникать в детали - достаточно зайти на сайт губернатора, вписать в специальное окно сумму своего годового дохода, кликнуть мышью, и тут же высветятся две цифры. Первая - сумма налогов, которую избиратель платит сегодня; вторая - сумма, которую тот же самый избиратель будет платить в случае президентства Буша. Предлагаемые Маккейном налоговые сокращения не выдерживают сравнения с тем, что предлагает Буш, поскольку сенатор намеревается направить бюджетный профицит на укрепление социальных программ и погашение внешнего долга.

Адресованный Бушу упрек в "фискальной безответственности" тут же попал в заголовки новостей. Тот, пораженный агрессивностью нападок своего однопартийца, опешил и не сразу нашел, что возразить. Тем временем маккейновцы развивали атаку: задействованные сенатором эксперты стали объяснять, что налоговая реформа "по Бушу" будет проведена лишь в интересах богатых слоев населения. Дошлые репортеры тотчас вспомнили, что и папаша нынешнего кандидата в президенты, Буш-старший, в свое время также обещал не повышать налоги, но слова не сдержал. Известную фразу отца "Watch my lips: no more taxes" маккейновцы переиначили на свой манер: "Watch my lips: no more Texas". Мол, хватит с нас техасцев, которые не выполняют обещания. Значки с этой надписью следует признать одной из самых блестящих находок команды Маккейна.

Как по нотам разыграли советники сенатора явный "прокол", допущенный Бушем в ходе его выступления в университете Боба Джонса в штате Южная Каролина. Этим заведением заправляют христианские фундаменталисты, считающие католичество сатанинским культом, а Папу - Антихристом. Накануне праймериз тысячи мичиганцев, сняв трубку телефона, услышали записанное на пленку сообщение о том, что Буш - противник католиков. А они составляют четверть населения штата. Тщетно доказывал Буш, что семья его родного брата - католики, тщетно обвинял он Маккейна в грязной игре. Сенатор легко открестился от обвинений в "жестком пиаре": мол, не пойман - не вор. Бушу пришлось писать письмо с извинениями О'Коннору, кардиналу Нью-Йоркскому.

"Бред сивой кобылы", или В ожидании компромата

Дискуссия о веротерпимости приобрела в результате неожиданно острый характер. Маккейн, не удержавшись, обидел проповедников, поддержавших Буша, назвав их "агентами нетерпимости" и "силами зла". Настал черед Буша ликовать, а Маккейна - оправдываться. Десятые и последние перед "супервторником" теледебаты проходили в необычной атмосфере. На подиуме в студии CNN в Лос-Анджелесе рядом с Бушем и Аланом Кизом стоял телевизор - Маккейн дебатировал с соперником из Сент-Луиса. Конечно, ему было сложнее - он не чувствовал "дыхания" аудитории, тогда как Буш активно взаимодействовал со зрителями. Например, слушая Маккейна, он мимикой показывал свое ироническое отношение к его словам.

Чего пока нет в нынешней кампании, так это войны компроматов. А ведь досье с подбором негативной информации имеется на каждого фаворита. Известно, например, что Буш развел у себя в Техасе crony-capitalism и раздает дружкам казенные подряды. Противники Гора обвиняют его в незаконном финансировании кампании 1996 года - собственной и Клинтона. Словом, много чего по мелочам, но в целом этот материал уже в значительной мере отработан и изрядно поднадоел публике.

Свалить конкурента можно или совершенно свежим разоблачением, или новым поворотом старого сюжета. До сих пор однопартийцы воздерживались от того, чтобы валить друг друга компроматом. Теперь же на финишной прямой два разнопартийца. И, как утверждают аналитики, они-то уж друг друга не пощадят.

Поисками компроматов сейчас заняты люди с обеих сторон. Кое-что уже появляется в печати. Например, некая утечка информации из ФБР против Гора, согласно которой некий посредник между Белым домом и его "китайскими донорами" якобы способствовал поставке Пекину американского оборудования двойного назначения, которое может быть использовано для производства бактериологического оружия. Или другой "наезд" на Гора: в газетах недавно опубликована фотография вице-президента в обществе директоров российского концерна "Голден Ада", засвеченного в криминальных делах. Не исключено, что противники Гора докопаются и до документа, существование которого упорно отрицает руководство ЦРУ, - доклада о коррупции в российских верхах с собственноручной резолюцией Гора, которая в мягком переводе звучит как "бред сивой кобылы". Получается, что Гор, мол, не принимал всерьез размах коррупции в России.

Только без личного

Случай с Клинтоном показал, что американцы не склонны, как прежде, придавать большого значения обвинениям частного характера, особенно при несомненных личных достоинствах того же человека. Известно, например, что жена Маккейна Синди страдала пристрастием к наркосодержащим медикаментам, но на публику куда большее впечатление произвела история удочерения Маккейнами девочки из Бангладеш, которую Синди привезла из приюта матери Терезы для другой семьи, но не смогла расстаться с этим двухмесячным младенцем. Этот факт и сегодня положительно акцентируется прессой.

Плотное соперничество претендентов на президентский пост и их переменный успех объясняются отнюдь не трюками политтехнологов, а фундаментальным обстоятельством: страна стоит на распутье, новому президенту предстоит принимать решения, которые на десятилетия вперед определят судьбу не только самой сверхдержавы, но и всего остального мира. Наступает, как утверждает известный политолог Артур Шлезингер, новый цикл американской истории, период нового консерватизма. Время, когда нация распыляла энергию вовне, сменяется временем концентрации этой энергии. Вопрос сегодня в том, не подорвет ли ведущаяся избирательная кампания процесс концентрации общенациональной энергии.

Дата публикации: 06:01 | 19.11


Copyright © Журнал "Со - Общение".
При полном или частичном использовании материалов ссылка на Журнал "Со - Общение" обязательна.