Главная  |  О журнале  |  Новости журнала  |  Открытая трибуна  |  Со-Общения  |  Мероприятия  |  Партнерство   Написать нам Карта сайта Поиск

О журнале
Новости журнала
Открытая трибуна
Со-Общения
Мероприятия
Литература
Партнерство


Архив номеров
Контакты









soob.ru / Архив журналов / 2000 / Российский PR в международном контексте / Контекст

Парттехнологические маневры


Борис Немцов
лидер фракции СПС в Госдуме
Версия для печати
Послать по почте

В случае принятия депутатами президентского законопроекта "О политических партиях" мелкие партии прекратят свое существование, а число общественных организаций, представители которых сохранят право баллотироваться в парламент, резко сократится. Приведет ли это к сужению рынка оказания политтехнологических услуг? Журнал "Со-общение" попытался прояснить перспективы прохождения в парламенте данного законопроекта. А заодно и выяснить, как политики относятся сегодня к работе политтехнологов. И оказалось, что весьма неоднозначно.

Политикам мы задали следующие вопросы:

1. Устраивает ли вас концепция закона "О политических партиях", который вносит в Госдуму президент России?

2. Как вы оцениваете деятельность политтехнологов?

3. Чего бы вы пожелали политтехнологам в новом году?

Политтехнологи - не маги

Борис Немцов


лидер фракции СПС в Госдуме

СПС выступает против бюджетного финансирования партий. Это для нас принципиально. Мы никогда не проголосуем за закон, если в нем сохранится данная норма. Выделю две основные причины, по которым мы не поддержим проект.

Первая: слишком скромен сегодня российский бюджет, чтобы из него финансировать еще и партии. Лучше направить эти деньги на финансирование школ, больниц, сферы культуры, на помощь инвалидам и старикам, многодетным и неполным семьям.

Вторая: мне, как простому налогоплательщику, непонятно, почему на мои деньги должны содержаться партии, такие как, например, КПРФ или ЛДПР, за которые я никогда бы не проголосовал.

СПС и против того, чтобы деятельность какой-либо партии прекращалась только на том основании, что она не участвует в выборах. Проект закона предполагает такую норму. Мы же считаем, что партию можно запретить только в том случае, если она имеет ярко выраженную экстремистскую или ультранационалистскую направленность.

Я никогда не пользуюсь услугами политтехнологов, потому что твердо уверен, что это дорогостоящее, но не чудодейственное средство. Мне кажется, что зачастую политтехнологи, особенно те из них, кто уверен в собственной непогрешимости, стараются "запихнуть" политика в схему, которая ему не соответствует или слишком для него примитивна.

Лучшим политтехнологом для себя является сам политик. А технологи - это просто более или менее профессиональные помощники для богатых и не очень уверенных в себе политиков. Однако это не значит, что следует игнорировать мнения специалистов. Конечно, настоящие профессионалы могут посоветовать дельные вещи, к которым порой стоит присмотреться, и если эти рекомендации органичны для имиджа политика, то их надо использовать в нужное время и в нужном месте. То есть когда и где политик сочтет это целесообразным. А вот уповать на то, что какой-нибудь "гениальный политтехнолог" сделает из политика фигуру популярную и горячо любимую народом, - наивно и глупо. Что касается политтехнологий, то у нас в стране они далеко не совершенны. Модных политтехнологов я не знаю. Да они мне и не интересны.

Дерзайте, господа!

Каждый голос - доход в партийную казну

Владимир Жириновский


зампредседателя Госдумы, лидер ЛДПР

Мы давно хотели, чтобы такой закон был принят. Однако коммунист Зоркальцев, возглавляя профильный комитет, саботировал принятие этого проекта.

Сейчас, по данным Минюста, у нас две сотни партий. Каждый раз в выборах участвуют 30-40 партий, а реально проходят в Думу четыре-пять, максимум - шесть. Это говорит о том, что 90% партий - "липовые". Их в действительности нет. Человек регистрирует организацию, устав и остается сидеть дома. Если партии участвуют в выборах, то фактически получают дотации от государства в виде бесплатного эфира на радио и телевидении, газеты публикуют статьи о них. Провалившись на выборах, большинство таких партий не рассчитывается с государством. Просто уходят - и все. А из-за них ущемляются в правах полноценные партии.

Теперь регистрация партии будет производиться при условии, что у нее есть первичные организации больше, чем в половине субъектов РФ, и членов у нее будет не меньше 10 тысяч человек. Правильно и то, что политические партии должны обязательно участвовать в выборах.

Должно быть и финансирование партий из бюджета. Иначе получается абсурд: мы разрешаем деятельность партий, разрешаем им формировать власть, но деньги не даем. Как они это будут делать? Мы волей-неволей толкаем политические партии в руки преступников, мафии. Как иначе политическая партия может функционировать? Это огромные аппараты, агитационная, пропагандистская деятельность, поездки по стране. Во всех странах мира политические партии получают деньги от государства: определенную сумму за каждый полученный голос избирателя. Допустим, партия получила три миллиона голосов: умножаем каждый голос, скажем, на полмарки, и вот вам полтора миллиона марок дохода в партийную кассу. Если, например, в Италии партия прошла в парламент, то ее предвыборные затраты полностью компенсируются из госбюджета.

Технологи политикам нужны. Это как школа вождения: тот, кто не умеет водить машину, идет в школу обучаться или нанимает репетитора. Например, человек, талантливый в бизнесе, вдруг захотел проявить себя и в политике. Он может обратиться к политтехнологам. Я, например, никогда к ним не обращался. Их советы всегда были вредны мне.

Сейчас много искусственного в избирательных кампаниях, много фальсификации и обмана. Конечно, свою лепту вносят политтехнологи: учат, как обмануть избирателя. Как торговая реклама шампуня или зубной пасты, которые не имеют заявленного эффекта. Так и политтехнологии ищут способы войти в мозги избирателя и заставить его поверить данному политику.

Пожелать политтехнологам хотелось бы одного: быть честнее! Когда они подсказывают политику, как обмануть избирателя, - это все равно что помогать преступнику проникнуть в квартиру, взломать сейф. Это преступная деятельность. Ведь с помощью технологий за большие деньги можно привести к власти кого угодно. Это как проституция: все прекрасно знают, что это плохо, но есть сутенеры, которые этим промышляют.

"Грязные" технологии изобретают мужчины

Екатерина Лахова


зампредседателя Комитета по делам общественных объединений и религиозных организаций, движение "Отечество-Вся Россия"

С 90-х годов в России начали формироваться новые политические институты. Но развить многопартийность за десять лет невозможно. И на примерах трех прошедших выборов видно, что число партий сокращается. И все же искусственно создавать три-четыре партии не вполне правильно: ведь гражданское общество у нас только начало формироваться. И если мы говорим о демократических процессах, то регулировать их искусственно неправильно: селекция партий должна произойти естественным путем, путем отсеивания и выживания.

Законопроект о партиях обсуждается уже давно. В 1995 году Госдума приняла первый вариант закона "О политических партиях", но его отклонил Совет федерации. И последующие пять лет проект лежал без движения. Появление сразу нескольких законов о партиях в Госдуме в 2000 году, подготовленных "Яблоком", "Единством" и ЦИК, заставляет задуматься. Тем более что Центризбирком не является субъектом законодательной инициативы и скорее всего работает по поручению кремлевской администрации. Этот проект в Госдуму будет вносить президент. Естественно, что у этого варианта окажется больше шансов, чем у того, который внесет какая-то фракция или даже комитет.

Наш комитет провел парламентские слушания по законопроектам о политических партиях, участники которых в один голос критиковали концепцию проекта ЦИКа. Все забеспокоились, что искусственно, причем очень быстро, сокращается число партий, а госчиновники все чаще вмешиваются во внутрипартийные дела.

Я уже одиннадцатый год в парламенте и все эти политтехнологии в той или иной степени испытала на себе. У меня выработался к ним иммунитет, потому что политика - это борьба за выживание, и пока нельзя говорить о том, что она всегда делается "чистыми руками". К сожалению, многие используют "грязные" технологии и методы. И очень важно, чтобы избирательная система в процессе предвыборной кампании вовремя на это реагировала. За примерами далеко ходить не надо: когда ОВР шло в Думу, на нас обрушились потоки "помоев", в том числе и через государственные телеканалы.

Когда в 1995 году объединение "Женщины России" пошло на выборы, то мы также ощутили на себе "грязные" технологии, причем со стороны демократических сил, которые распространяли против нас информацию, будто мы выступаем за войну в Чечне. А коммунисты кричали, что мы "политические проститутки", которые голосуют за антинародный бюджет. Когда же они сформировали большинство в Думе, то поддерживали все "антинародные бюджеты". Коммунисты поняли, что мы своей работой в первой Думе завоевали авторитет, отстаивая социальные вопросы, оборонку, "космос". И испугались, что мы отберем у них часть избирателей.

В борьбе за власть соперники часто прибегают к любым методам: "грязные" технологии используются не только у нас в стране. Я думаю, что политика должна иметь не только мужское, но и женское лицо. Если в партиях, во власти, да и в PR-агентствах будет больше женщин, то "грязи" будет меньше. Политика перестанет быть жесткой и агрессивной, будет более цивилизованной. Я не видела, чтобы подобные "грязные" технологии когда-либо инициировала женщина. К сожалению, пока решения у нас принимают мужчины.

Политтехнологи, конечно, нужны, но только те, кто имеет опыт, чтобы помогать молодым политикам. Сейчас много новых людей приходит в политику. Им бы политконсультанты пригодились: политикам нужно завоевывать авторитет, но только не дешевыми приемами, как, например, делает это сегодня депутат Шандыбин.

Цель законопроекта - утвердить нынешний расклад в Думе

Вячеслав Игрунов


заместитель председателя Комитета по делам Содружества Независимых Государств и связям с соотечественниками, фракция "Яблоко"

Cегодня участие общественных организаций в политической жизни страны практически нерегламентировано. Однако простое сокращение числа партий не есть синоним упорядочения общественно-политической жизни. Главное - добиться прозрачности в деятельности партий, чтобы было понятно, кто и как их финансирует, как расходуются средства, каковы нормы внутрипартийной жизни и так далее. Важно исключить такие ситуации, как в ЛДПР, где Владимир Жириновский является пожизненным председателем; он один все решает. Сейчас источники львиной части поступлений в партийные кассы весьма туманны. Хотелось бы все-таки их знать: каждая партия раз в год должна бы обнародовать отчет о своей финансовой деятельности. Важно поэтому, чтобы закон жестко регулировал эти аспекты.

Сегодня государство частично финансирует деятельность партий. Однако цель чиновников не в том, чтобы добиться прозрачности. Их скорее интересует другое: использовать механизм финансирования для манипулирования партиями, в том числе и путем создания для некоторых из них "финансовых трудностей".

Между тем новый механизм финансирования партий со стороны государства мог бы быть прост: например, каждый голос, полученный партией от избирателей, мог бы оборачиваться для нее, скажем, рублем из госбюджета. Проголосовали, например, за "Яблоко" четыре миллиона человек - государство выделяет этой партии четыре миллиона в год. Сумма не ахти как велика и не слишком обременительна для государства. Но при этом госструктуры могут проверять работу партий: поднимать все счета, требовать отчетов - деньги-то государственные. Или можно перенять практику, существующую в Германии: там, чтобы получить марку из госбюджета, партия должна подтвердить получение двух марок от спонсоров. В результате значительная доля финансовых средств партии становится легальной и открытой для госконтроля.

Представленный на рассмотрение депутатов проект закона "О политических партиях" не идеален. Например, создать крупную партию с числом членов не менее 10 тысяч человек - не так уж и трудно. Но и она может оказаться "фантомной": например, за определенную плату можно привлечь в партию множество людей, платить им за голосование, за присутствие на собраниях, а также за то, что они записали в партийные ряды своих родственников и знакомых. Такая организация, однако, не станет настоящей партией - это скорее группа манипуляторов.

Проект закона препятствует полноценной деятельности других организаций, декларируя исключительное право именно партий принимать участие в выборах. Представим себе, что созданные наспех псевдопартии участвуют в выборах, а другие серьезные организации, кстати не желающие заниматься очковтирательством, оказываются исключенными из избирательного процесса.

Сегодняшние избирательные технологии таковы, что группа эффективно работающих людей вполне может обеспечить себе необходимое количество голосов и тем самым создать в Думе собственную фракцию, а затем на основе ее - и партию. Кстати, именно так создавалось "Яблоко": в 1993 году мы образовали в Госдуме небольшую фракцию компетентных и эффективных людей. Затем на базе этой группы мы начали наращивать политическую структуру, создавать политическую партию. Нынешний же расклад в парламенте будет существенно меняться. Но как? Одни действующие партии неизбежно сойдут со сцены, а для появления других воздвигается барьер в виде обязательного числа членов в 10 тысяч человек. Обычно партию создают несколько десятков единомышленников - трудно себе представить, чтобы 10 тысяч нормальных людей вдруг разом прибежали и встали "под новое знамя".

Так что по сути проект закона направлен на то, чтобы законсервировать тот политический расклад, который сегодня представлен в Госдуме. И постепенно сократить число партий. В результате может оказаться так, что партии смогут создавать либо очень богатые люди, для которых потратить сотню тысяч долларов в месяц - не проблема; либо делать это будут властные структуры. Таким образом, шансы на формирование реального гражданского общества невелики.

К политтехнологам я отношусь как к неизбежному злу: есть политика - есть и политтехнологии. Любой процесс в обществе по своей природе технологичен: хотите есть хлеб - сначала засейте поле, соберите урожай; хотите иметь достойную власть - выработайте механизмы ее формирования, функционирования и контроля за ней. Есть технологии - будут и технологи. Этот вид деятельности у нас очень молод, и в нем немало шарлатанов. Достаточно взглянуть на то, что происходит в связи с выборами в регионах: в основном туда приезжают московские технологи, "обкрадывают" местных кандидатов, подсовывая им "липовые" рекомендации - порой бессмысленные и даже абсурдные. К сожалению, молодые и не слишком грамотные политики "покупаются" на это.

Большинство сегодняшних технологов вызывает самые разные чувства - отвращение, сожаление, а иногда сочувствие. Очень трудно назвать среди них кого-либо, с кем действительно полезно работать.

Политтехнологам я бы пожелал, чтобы в следующем году, который будет более спокойным в плане избирательных кампаний, они активнее совершенствовали свои профессиональные навыки. Хотелось бы, чтобы поле демократии не стало меньше, и чтобы работы у технологов не убавилось. К критике же в их адрес им лучше относиться философски.

Мелким партиям лучше объединиться

Любовь Слиска


первый заместитель председателя Госдумы от фракции "Единство"

Недавно состоялись парламентские слушания, участники которых бурно обсуждали несколько законопроектов о партиях. Авторы всех этих проектов выступают за то, чтобы на федеральном уровне в России действовали несколько - не обязательно две или три - крупных партий. В принципе с этим согласилось и большинство участников слушаний.

Если исключить тонкости и нюансы, то все основные политические силы в Госдуме расположены на левом и правом флангах, а также в центре. Результаты голосований подтверждают, что политически противостоят друг другу именно эти три крупные силы. Любая партия так или иначе позиционируется в рамках этого расклада. И, скажем, наличие десяти правых или пятнадцати левых партий только дробит электорат, ослабляя в парламенте соответствующие фланги.

Поэтому мелким партиям лучше объединяться по идеологическим принципам, если таковые есть в действительности у их вождей.

Такой закон нам нужен

Анатолий Лукьянов


председатель комитета Госдумы по госстроительству, КПРФ

Меня приглашали в Центризбирком для участия в разработке отдельных положений этого законопроекта. Сейчас в России 186 партий, причем члены некоторых из них вполне могут вместиться в один автобус. Взять хотя бы партии "любителей пива" или "пчеловодов". Понятно, что эти объединения созданы под выборы. Вместе с тем существует ряд общественно-политических объединений, таких как "Яблоко", СПС, "Россия" (под руководством Геннадия Селезнева), Движение в защиту армии и оборонной промышленности, НПСР, которые реально вовлечены в политический процесс. Они, как правило, включают в себя по нескольку "коллективных членов". Предложения же президентской администрации и Центризбиркома исключают возможность участия таких организаций в выборах, лишают их права выдвигать кандидатов в депутаты. Это положение уже вызвало негативную реакцию многих объединений.

Принятие законопроекта приведет к отсеву мелких партий (с числом членов менее 10 тысяч человек). Впрочем, не только мелких: например, в "Яблоке", по словам Николая Травкина, насчитывается порядка четырех тысяч человек. А это означает, что и "яблочники" не могут рассчитывать на статус политической партии. По-видимому, этим можно объяснить их участие в создании широкой коалиции партий правого толка. В КПРФ же сегодня более полумиллиона индивидуальных членов; в каждом регионе действуют первичные организации.

Непросто обстоят дела и в партии "Единство": не зря Борис Березовский назвал ее "партией одноразового использования" - среди ее членов немало противоречий и всякого рода трений. Есть проблемы и у ЛДПР, заявившей себя как "партия одного вождя", - закон подобное не приветствует.

И все же такой закон нужен прежде всего для того, чтобы избавиться от большого количества "диванных партий". Этот процесс будет способствовать структуризации гражданского общества. На политической же арене останутся десять-двенадцать партий. А если сохранятся пятипроцентный барьер и нынешняя структура выборов (по партийным спискам и мажоритарным округам), то в парламенте и вовсе окажутся три-шесть партий.

Я не скрываю, что отношусь к политтехнологам плохо. Они отхватывают немалую часть огромных сумм, которые обычно бросаются на выборы. И за что? За то, что фактически предлагают своим клиентам способы обойти избирательное, а порой и налоговое законодательства. Можно ли это называть технологиями? Скорее это криминал. Другая часть политтехнологов - не более чем предсказатели: гадают себе по звездам и лунному календарю, предсказывая, что в голову взбредет. Серьезных же специалистов, опирающихся на данные психологии, социологии, - немного.

Как отрасль политтехнология у нас только зарождается. И политтехнологам я бы пожелал две вещи. Первое - анализировать расстановку сил в обществе с учетом социальных, политических, экономических и духовных критериев, а не "высасывать из пальца" какие-то выводы. Тогда политтехнолог будет ценен - кстати, даже если он будет говорить что-либо неприятное своему заказчику, "денежному мешку". Впрочем, последний и серьезная политология - вещи несовместимые. Здесь скорее пахнет преступным промыслом.

Второе - политтехнологи должны выпутаться из схемы отношений "политиков и личностей". Мир вступил в информационную эпоху - и политтехнологи должны быть на уровне: не запускать очередную клевету и "чернуху", а оперировать объективной информацией. Такие технологи гражданскому обществу нужны. Я за честные и серьезные технологии. Политтехнолог должен быть человеком высокой культуры, понимающим объективные процессы развития общества, и в значительной степени независимым. Такими я хотел бы видеть в будущем веке людей этой специальности.

Опрос провела Елена Фомина


Добавить комментарий

Текст:*
Ваше имя:*
Ваш e-mail:*
Запомнить меня

Комментарии публикуются без какой-либо предварительной проверки и отражают точку зрения их авторов. Ответственность за информацию, которую публикует автор комментария, целиком лежит на нем самом.

Однако администрация Soob.ru оставляет за собой право удалять комментарии, содержащие оскорбления в адрес редакции или авторов материалов, других участников, нецензурные, заведомо ложные, призывающие к насилию, нарушающие законы или общепринятые морально-этические нормы, а также информацию рекламного характера.






Российский PR в международном контексте
Контекст
На полпути к крупнопартийности
Елена Фомина
Парттехнологические маневры
Борис Немцов
Как России обогнать Швейцарию
Среда
Российский PR в международном контексте
Сергей Михайлов
Внутренняя информация на экспорт
Лариса Зелькова
И в России пиарщик может работать этично
Александр Палладин
PR для "внутреннего клиента"
Наталья Кожевникова
Год, удачный для PR
Александр Чумиков
Рекламные ассоциации - инструмент согласия на рынке
Игорь Писарский
"Повивальные бабки" нового брэнда
Александр Репьев
В России должно быть престижно жить и работать
Александр Моисеев
Ярмарка брэндов
Мария Хохлова
Практика
Политтехнологическая ничья
Марина Гвоздиевская
Интернет
Российская Сеть подыграла Бушу
Евгений Верлин
Академия
"Управляемая демократия": российский вариант,
Владимир Тикунов
Гуманитарные фабрики
Корпоративные граждане "местных сообществ"
Джейн Нельсон
Инвестировать в социальное партнерство
Сергей Туркин
Реклама и антиреклама православия в России
Елена Фомина
Магистр
Борьба иллюзий, или Реклама versus PR
Анна Федорова
PR-итоги 2000


e-mail: info@soob.ru
© Со-общение. 1999-2018
Запрещается перепечатка, воспроизведение, распространение, в том числе в переводе, любых статей с сайта www.soob.ru без письменного разрешения редакции журнала "Со-общение", кроме тех случаев, когда в статье прямо указано разрешение на копирование.