Постоянный адрес сатьи http://soob.ru/n/2000/1/m/0


PR-стратегия важнее танков

Спустя более полугода после окончания бомбардировок Югославии многие аналитики считают, что реальные боевые действия НАТО там были не столь эффективными, каковыми их изображали СМИ. Крылатой в этой связи стала фраза, брошенная одним французским журналистом: "Войну выиграл не генсек НАТО Хавьер Солана, а его пресс-секретарь Джеми Шеа", - то есть не собственно военная машина альянса, а его информационно-пропагандистский аппарат. Однако это не совсем так: опыт освещения боевых действий в Косово показывает, что информационная война может приносить плоды только тогда, когда ее стратеги опираются на реалии, складывающиеся на поле боя, отчасти "корректируя" их для широкой аудитории. Виртуальная победа, созданная лишь с помощью PR-стратегии, неминуемо окажется краткосрочной. За ней наступит печальное прозрение. Кстати, на Западе процесс моральной переоценки косовской операции уже начался. Учитывают ли это московские разработчики PR-стратегии, призванной представлять в "нужном свете" действия российских войск в Чечне?

Одной пропагандой Чечню не победить

Судя по всему, политическое руководство и наши военные убеждены, что успеха в чеченской операции можно добиться с помощью телевидения. Каждый день на экранах мы видим бодрых генералов, рапортующих о грандиозных победах. И лишь иногда на заднем плане мелькает подлинное лицо войны - пожары, разбитая боевая техника на обочинах дорог, измученные солдаты и беженцы.

Поражение в "первой чеченской войне" наши политики и генералы объясняли для себя позицией столичной прессы. СМИ военных тогда не жаловали, хотя именно генералы сделали немало для обострения этого конфликта. Как бы то ни было, но информационную войну 1994-1996 годов действительно выиграли террористы. Размышляя об этих печальных итогах и корректируя свою PR-политику, генералы забыли о главном: если бы армия действовала более продуманно, никакие тогдашние успехи боевиков на информационном фронте их бы не спасли.

Разброд и шатания в верхнем эшелоне власти в 1995-1996 годах стали следствием именно военных неудач и нереалистичности сроков проведения операции, определенных политиками, - ведь война есть продолжение политики другими средствами, а не наоборот. В свою очередь, генералы, вторгаясь в сферу политики, становятся неадекватными непосредственно в военном плане.

Понаблюдав за натовской операцией в Косово, российские военные поняли, наконец, чего им не хватало. У американцев был не только высококлассный PR, главное - Госдепартамент вместе с Пентагоном смогли фактически ввести военную цензуру на освещение событий. Не допустив потока негативной, с точки зрения НАТО, информации из зоны конфликта и не позволив журналистам оказать реального влияния на общественное мнение в США и Европе, натовцы сохранили лояльность граждан своих государств к проводимой операции. О том, что они преувеличивали и масштабы зверств сербов, и результативность собственных авиаударов, теперь хорошо известно. Но это уже не имеет никакого значения. Альянс действительно выиграл войну.

В Москве же результаты косовской операции интерпретировали по-иному. Здесь, видимо, решили, что Запад победил прежде всего благодаря эффективной PR-стратегии. Мол, информационная война важнее реальных боевых действий. До сих пор однако не было случаев, чтобы какая-либо страна выигрывала войну лишь с помощью средств PR.

В России сегодня принято считать, что идея доведения до логического конца антитеррористической операции пользуется всеобщей поддержкой. Или почти всеобщей. Но так ли это на самом деле? Достаточно поговорить с людьми в электричках или возле продуктовых палаток, как становится ясно: заявления политиков и журналистов о том, что поддержка боевых действий всенародна - сильное преувеличение. Конечно, чеченские сепаратисты у большинства россиян симпатий не вызывают, но и войне мало кто радуется. И все же ни в эфир, ни в печать негативная информация из зоны боев не попадает. Это, разумеется, играет на руку сторонникам операции. Но в перспективе эта ситуация чревата крупными неприятностями. Оправдается ли рассчет на то, что, мол, победа все спишет? Будет ли сама победа? Если да, то какой ценой достанется она России? А если нет, то подготовлена ли PR-стратегия на случай неудачи?

В ноябре 1999 года в Лондоне появилась книга известного экономиста Сьюзан Джордж "The Lugano Report", начало которой напоминает сценарий фильма Квентино Тарантино "Бешеные псы". Несколько экспертов, не знакомые друг с другом, собираются в Лугано под предводительством некоего анонимного заказчика, поручившего им составить доклад о перспективах выживания капитализма в XXI веке. Авторы доклада приходят к вполне радужным выводам, однако есть единственное "но" - все было бы прекрасно, если бы не избыток народонаселения в странах "периферии" (включая Россию). И призывают сократить это население. Как? Да очень просто: снижая расходы на здравоохранение, урезая сельхозпроизводство, увеличивая зависимость "периферии" от сырьевого экспорта и постоянно дорожающего промышленного импорта. Но главное - затевая мелкие войны внутри "периферийных стран" и между ними, чтобы в ситуации постоянного конфликта они не смогли объединиться против "центра".

Война в Чечне строго соответствует рекомендациям, содержащимся в, казалось бы, фантастическом сюжете "The Lugano Report": русские и чеченцы истребляют друг друга. И это при том, что в глобальном плане Россия и Чечня - потенциальные союзники. Если бы события пошли по иному сценарию и Россия признала бы особый статус Чечни, то Грозный мог бы стать для Москвы важным политическим инструментом для реализации ее планов на Кавказе и в мусульманском мире. Допускаю также, что Дудаев и Масхадов не забывали о наличии общих для Чечни и России интересов, требуя лишь формального признания независимости республики. Достаточно упомянуть хотя бы такой стратегический проект, как транспортировка каспийской нефти по северному маршруту. Похоже, однако, что российскому руководству важнее не мир в Чечне, а рапорты о победах. В итоге разразилась жестокая война, которая может обернуться для России дипломатической катастрофой.

Во-первых, война эта уже поссорила Россию с мусульманским миром. Наши "ура-патриоты" отчего-то уверены, что союзники за рубежом нам не нужны. Хотя, казалось бы, ясно, что "атлантическому давлению" можно противостоять только имея партнеров в других странах "периферии". Во-вторых, Россия помогла западным политикам "отмыться" после Косово. Лишь только стали поступать сообщения о масштабах натовской лжи, лишь только в Европе убедились, что "победа" в Косово не остановила этнических чисток, как появилась новая - куда более впечатляющая тема - война в Чечне.

Сегодня российская пресса и ТВ соревнуются в лести военному начальству. Генералы тем временем, похоже, все больше верят собственной пропаганде, поскольку значительная часть восторженных репортажей о войне пишется либо в Москве, либо под контролем военных цензоров в Моздоке. Между тем мало кто задумывается о том, к чему приведет исход боевых действий (даже благоприятный, но кровопролитный и дорогостоящий) в долгосрочной перспективе?

Чем более явным становится разрыв между виртуальностью пропаганды и действительностью, тем больше сбоев дает пропаганда. Ведь на террористов и диверсантов она не оказывакт влияния. В перспективе она начнет деморализовывать собственные войска, как это было в Афганистане ("мы тут в грязи под пулями сидим, а они по ТВ рассказывают, как мы школы открываем").

Листовки с призывами сдаться, как известно, не эффективны. "Мирная" же сдача поселков в обмен на обещание не проводить "зачистки" дает боевикам своего рода "право убежища" в других местах. Если же "зачистка" все же будет осуществлена, то российских военных уличат в публичном нарушении обязательств, а ряды боевиков пополнятся.

Партизаны, действуя малыми группами, не вступая в бои с крупными частями, дезорганизуют снабжение. Непогода сводит к минимуму эффективность авиации. Дело довершает коррупция. Чем меньше будет свободной информации из зоны боев, тем больше будет воровства. Ведь возвращение из тюрьмы Беслана Гантамирова не гарантирует "чистоты рук" новой администрации.

Пропагандистский занавес поднимется, когда растает снег. По весне мы можем обнаружить, чем в итоге оборачивается "победа". Исправлять что-либо будет поздно. Останется ослабленная, деморализованная армия, дискредитированное государство и политический хаос на Северном Кавказе.

Дата публикации: 12:09 | 19.11


Copyright © Журнал "Со - Общение".
При полном или частичном использовании материалов ссылка на Журнал "Со - Общение" обязательна.